Глава 2. «Встреча с банным листом неизбежна!» или «Здравствуй, новенькая!».

      Pov Ника.       Блять, что за день сегодня, а? Ещё один настойчивый пикапер нарисовался! Нет, конечно, у меня и так было много потенциальных кавалеров за пять лет работы барменом в ночном клубе. Но все они велись на мою симпатичную внешность, и у всех возникал один мотив — трахнуть меня. И у одного получилось, к сожалению.       С Колей Пановым я познакомилась на очередной своей смене. Как и Сергей, он оказался приятным в общении, но тогда меня, девятнадцатилетнюю дуру, которая ни разу ни с кем не встречалась, не волновало. Мы также обменялись номерами телефонов и стали переписываться. Также гуляли, когда у него было увольнительное в город, поскольку в момент нашего знакомства Коля проходил срочную службу в лейб-гвардии Гренадёрского полка. Да, император пошёл в ногу со временем и снизил продолжительность службы — с долгих двадцати пяти лет до двух годов, как в других капиталистических странах.       Что-то я отвлеклась, так вот… С Колей я довольно быстро поняла, что влюбилась. Ну, по крайней мере, я тогда считала это влюблённостью. А парень просто воспользовался этим, и мы провели очередное его увольнение в номере отеля, где он меня и оприходовал, скажем так. А утром его и след простыл. Благо всё обошлось без беременности. Но неприятные ощущения после такого поступка Коли терзали меня долго.       Я уже не помню, сколько подушек в доме видели и впитали мои слёзы по этому идиоту. Тяжело было, и даже хотела одно время совершить самоубийство, но отец смог убедить меня это не делать, сказав, что моя смерть какого-то солдафона не стоит. И с тех пор я больше ни одного мужчину к себе не подпускаю. Даже со своим новым знакомым, Сергеем, стараюсь держать дистанцию. Не нравится он мне, какой-то скользкий тип. Мне о Леське надо заботиться, а не шашни крутить с первым встречным!       Что касается образования, то учёбу в юридическом колледже имени Михаила Михайловича Сперанского я худо-бедно закончила, но по профессии юриста работать не пошла. Подработка барменом в ночном клубе летом на тот момент мне понравилась куда больше, чем составление тех же исков и сшив дел при их завершении. Бар, конечно, приносил деньги, но не такие большие, как хотелось бы. Так что я и отец, Владимир Николаевич Шарапов, работаем на нашего маленького ангелочка, Лесю.       Вернувшись с работы в очередной раз поздно, я не услышала от отца ни одного упрёка, поскольку он понимал, что у меня такая работа — не видеть, как растёт младшая сестра. Или, наоборот, как она угасает.       Совсем недавно Леся пришла со школы и упала в обморок. Мы с папой списали это на то, что, несмотря на свой маленький восьмилетний возраст, у неё просто стресс. Но к врачу мы всё равно сходили, и ей поставили диагноз — онкология. Для меня тогда мир просто рухнул, примерно как в тот момент, когда меня бросил Панов. Какой рак, господи?! Ребёнку всего восемь лет! Ей ещё жить и жить!       После диагноза Леськи наша жизнь превратилась в кошмар. Мы с отцом работали не покладая рук, чтобы оплатить дорогостоящее лечение. Клиники, анализы, лекарства — всё это требовало огромных денег. Когда у меня были силы и время, я брала дополнительные смены бармена в клубе, а отец подрабатывал везде, где позволял ему возраст. Мы экономили на всём, лишь бы у Леськи был шанс. С тех пор малышку мы перевели на домашнее обучение, поскольку в связи с болезнью её иммунитет достаточно сильно ослабевает и в школе ей нельзя быть — каждая простуда оборачивается борьбой за жизнь и смерть.       В целом, не беря в расчёт онкологию, сестрёнка держалась молодцом, несмотря на все мучения от болезни. Она продолжала улыбаться, рисовать, мастерить замысловатые поделки из бумаги и мечтать о будущем. Её жизнерадостность давала нам силы бороться. Но видеть, что эта положительная реакция ненадолго и как девочка слабеет с каждым днём, было невыносимо.       Папу давно предупреждали, что такие приёмные дети, как я и Леся, будем ему обузой. Но он никого не слушал и воспитывал нас как родных. Как мы у него появились? Когда я всё-таки спросила у него о своём происхождении, поскольку ни жены, ни родных детей у мужчины не было, то родитель мне сказал, что нашёл меня совсем крошкой в люльке от коляски на пороге своего дома ранним утром шестого дня декабря почти двадцать пять лет назад. Документов при мне никаких не было, да и в целом это было чудо какое-то. А когда я подросла и уже была в более сознательном возрасте, отец удочерил из дома малютки и Лесю, которая оказалась последствием любви какой-то парочки, которая просто испарилась, когда сдала ребёнка в дом малютки. Вот папа и удочерил Лесю, которую мы стали растить вдвоём. Конечно, полноценно родителей заменить нельзя, но поддержать и помочь ей идти по жизни я смогу.       Но недавно Дима, мой напарник по смене, сказал, что есть какая-то лотерея, что проводит Императорская Дворцовая Академия. Каждый год первого сентября они проводят розыгрыш, на котором объявляется имя простого гражданина империи, получившего шанс на обучение в этом учебном заведении и стать советником для царствующих особ не только России, но и любой страны в мире. Хм, предложение очень заманчивое, но для реализации невозможное. Заявки туда подаются каждый год в таком количестве, что я даже цифр таких не знаю. Да и к тому же, я слышала, что меньше трети победителей такой лотереи заканчивают данную Академию. Обучение там не выносят даже некоторые представители аристократии. Но с другой стороны… Стать леди роял или статс-советником для императора или императрицы означает, что обеспечить свою семью довольно хорошим жалованием и некими привилегиями. Если вдруг так случится, что я выиграю эту лотерею, то я приму этот поворот судьбы и сделаю всё, чтобы помочь папе и Лесе! Конечно, я сомневаюсь, что смогу быть как Екатерина Вторая, но попытаться всё-таки стоит ради моих близких людей…       — Ника, давай быстрее! Скоро начнётся трансляция линейки Академии! — радостно вскрикнула Леся, когда она сидела перед телевизором в гостиной, а я занималась завтраком — готовила её любимые блинчики.       Сестрёнка очень любит смотреть про будни аристократии. Она столько мультиков про принцесс посмотрела, что и пальцев не хватит сосчитать. Поэтому каждую трансляцию из этого учебного заведения Леся смотрела с большим упоением.       Закончив готовку, я взяла тарелку с блинами, тюбики с клубничным джемом и сгущёнкой и вошла в гостиную. Сев рядом с нашей любимой и маленькой принцессой, я поставила блины перед ней и стала тоже смотреть трансляцию.       — Это тебе, императрица Ника, — сестра протянула мне бумажную корону, которую разукрасила цветными карандашами и маркерами, а также прикрепила на неё бисер и пайетки.       — Лесь, ну какая я императрица? Они в барах ночных клубов не работают, — отозвалась я, отмахиваясь от слов ребёнка.       — Волконский говорит, что в каждой девушке живёт принцесса или другая царствующая особа. Просто нужно её разбудить, — ответила Леся и демонстративно надулась на мой отказ.       — Лесь, когда закончишь школу, то ты будешь учиться в этой Академии, я тебе обещаю, — ответила я, понимая, насколько ничтожны мои слова.       Я боюсь, что она просто не доживёт до этого. Болезнь забирает у Леси все жизненные силы, и я стараюсь продлить её радость в жизни как можно дольше. Так что, Ника, захлопнись и сделай всё, чтобы подарить сестрёнке как можно больше положительных эмоций.       Я надела предложенную моей малышкой бумажную корону, и мы вместе стали смотреть трансляцию, уплетая блины. Камеры показывали учеников в форме Императорской Дворцовой Академии и преподавателей, которые были одеты не менее представительно и элегантно, чем молодые аристократы. Директор Академии, Пётр Михайлович Волконский, как показали титры видеоряда с ним, говорил проникновенную и напутственную речь для собравшихся. После эстафету в этом у него переняла довольно эффектная, но по своему виду заносчивая дама зрелых лет. Она говорила тоже проникновенно, но больше эгоистично, выставляя напоказ своё «я».       — Теперь перейдём к лотерее, в которой мы узнаем, кто из числа простых граждан нашей необъятной Родины и также за рубежом достоин обучения в нашей Академии. А проведёт её наш лучший ученик и мой сын, Сергей Трубецкой! — объявила дама.       И в следующем кадре я увидела крупным планом лицо своего нового знакомого из клуба, что подвёз меня сегодня ночью после смены, в форме учебного заведения, которая ему невероятно шла. Сергей, когда представлялся мне, не называл своей фамилии, хотя я была уверена, что он из ряда учеников Академии. Теперь, когда я увидела его и ещё одного парня на экране телевизора, то у меня всё сложилось в голове. Вспомнив, что когда-то называли эту фамилию в качестве рассмотрения кандидатуры на всероссийский престол в каком-то выпуске новостей, я поняла, что сегодня меня подвозил будущий император России. Сказать, что я сейчас охуела, значит, ничего не сказать…       Сергей вместе с кучерявым парнем прокрутил большой барабан в цвет флага империи и, когда тот остановился, открыл его. Покопавшись там где-то несколько секунд, темноволосый подошёл к стойке с микрофоном, рядом с которой стояла его мать, и объявил.       — Шарапова Ника Владимировна.       В гостиной повисла тишина. Леся перестала жевать блин и улыбнулась какой-то странной улыбкой. Я же, в свою очередь, замерла с куском своего завтрака в руке, не веря своим ушам. Не может быть, это какая-то ошибка! Моя фамилия и имя — это совпадение. Да и тем более, я не отправляла свои данные в эту лотерею! Если только…       — Ура! Ника будет леди роял! Кто будет леди роял? Ника будет леди роял! — запрыгала на диване моя младшая сестрёнка.       — Леся! Леся! — я попыталась поймать маленький ураган. Когда мне это удалось, я удержала её за плечи. — Это ты внесла моё имя в список участников?       — Всего лишь раз в месяц в течение всего предыдущего года! — призналась малышка и продолжала дальше ликовать, что я победила в лотерее. Так и знала, что подпускать её к компьютеру в семь лет было рано!       Мой мозг отказывался воспринимать происходящее. Как такое возможно вообще? Я, барменша из ночного клуба, вдруг становлюсь ученицей Императорской Дворцовой Академии? Да ещё и по воле моей маленькой сестрёнки. Это просто какой-то цирк с конями! Но, глядя на счастливое лицо Леси, я понимала, что просто не имею права отказаться от этого шанса.       — Лесь, ты понимаешь, что это значит? Мне придется уехать, учиться…       — Я знаю, Ника! Но ты же станешь важной дамой! Может, даже императрицей будешь, как я и говорила! — малышка обняла меня так крепко, как только могла, и я почувствовала, как в груди поднимается волна решимости. Если это и есть спасение маленькой жизни, ради которой я столько работаю, то почему бы и нет…       Ну и ладно! Раз судьба решила так подшутить надо мной, я сыграю по её правилам. Что я теряю? Работа в баре мне в последнее время уже перестала нравится, а тут шанс получить достойное образование, привилегии и, самое главное, возможную помощь сестре. Нужно взять то, что дают, иначе и это отберут.       Естественно, в связи с такой новостью Леся отказалась идти в зоопарк, куда мы планировали отправиться после обеда. Помочь сестре с поездкой в мир заносчивой аристократии было важнее, чем глазение на животных. Поэтому после звонка из Академии о том, что мне необходимо взять с собой для обучения, я вместе с Лесей собирала чемодан. Из клуба пришлось уволиться сегодняшним числом и отправить заявление хозяину непосредственно по мессенджеру, но Николай Фёдорович, хозяин клуба, вошёл в моё положение, сказав, что видел трансляцию и уволит без проблем. Конечно, с выходным пособием будет небольшой напряг, но всё решаемо.       Что касается моего телефона, то он был сегодня почти красный от звонков и сообщений. Кажется, что мне не позвонил и не написал только мёртвый! Ребята из клуба желали мне лёгкой учёбы и найти себе какого-нибудь красавчика-аристократа, а также говорили, чтобы я не ругала Леську за такое. Сама бы я на такое обучение не решилась. И это было правдой. Папа позвонил мне самый последний и наказал мне не переживать, за Лесей он присмотрит, пока я буду учиться в Академии.

***

      Ближе к вечеру мы с Лесей увидели через окна гостиной, как к нашему подъезду подъехала чёрная машина представительского класса, больше напоминающая «Мерседес», с символикой Императорской Дворцовой Академии. Это приехали за мной! Господи, как я волнуюсь, это просто какой-то кошмар! Будто замуж выхожу и улетаю в другую страну.       — Ника, не переживай, всё будет хорошо, — как мог успокаивал меня отец. — Я присмотрю за Лесей, пока ты будешь учиться в Академии. Тем более, это такой шанс — стать леди роял для царствующей особы не только России, но и для других мировых держав.       — Пап, мне всё равно страшно, — обняла я родителя. — Как вы тут будете?       — Мы справимся, милая, — заверил он меня. — Поэтому езжай спокойно и покажи всем этим заносчивым аристократам, какая ты у меня умница.       Спустя пару минут раздался дверной звонок, после которого Леська ломанулась ко входной двери. Что происходило дальше, я не видела, но услышала довольно знакомый голос.       — Привет, маленькая красавица. А Ника Шарапова дома? — донеслось до моих ушей. Нет… Нет, не может этого быть! За мной сам Трубецкой приехал, что ли?       Небольшое замешательство, и в гостиную действительно вошёл Сергей Трубецкой, одетый в ученическую форму Академии. Сказать, что выглядел сногсшибательно в деловом костюме-тройке, значит ничего не сказать.       — Ну, здравствуй, новенькая, — улыбнулся широко он. — Готова к новому повороту своей жизни?       — Готова-готова! — защебетала Леся и толкнула меня в сторону парня. Даже слишком сильно толкнула, что едва не повалила его на пол. Благо, Сергей меня поймал, удержав за талию, а затем сразу убрав свои руки.       — Тогда поехали. Где твои вещи? — поинтересовался аристократ, а отец тем временем протянул ему мой собранный чемодан.       Темноволосый принял груз и, попрощавшись с моей семьёй, направился на выход. Я тоже помахала на прощение родне и засеменила следом за Трубецким. Спустившись вниз по лестничным пролётам и выйдя из подъезда, я всё-таки решилась спросить.       — Эм, Сергей, а почему ты приехал за мной? У вас в Академии водителей нет?       — Почему же, есть. Просто хотел лично встретиться с победителем лотереи и сопроводить до Академии, — просияла на его красивом аристократичном лице белозубая улыбка.       М-да, сомнительный ответ, но всё равно окей. Простолюдинку до крутого учебного заведения подвозит не менее крутой аристократ. Да, будущий российский император — крутой титул для такого, как Трубецкой. Девчонки, наверно, так липнут к нему, подстёгиваемые соблазном стать императрицей. Классная перспектива, ничего не скажешь!       Послышался звук захлопывающегося багажника, который вывел меня из раздумий. Сергей убрал мои вещи и открыл для меня дверь машины, ведущую на заднее сидение. Ну хорошо, что не переднее, как сегодня ночью. Приставать особо не будет.       Устроившись поудобнее в машине, я почувствовала, что нервное напряжение так и не спало, а стало только больше. Может, это так компания Трубецкого влияла? Или запах его парфюма вперемешку с ароматом кожи салона авто? Сам Сергей сел на место водителя и, выполнив определённые требования правил дорожного движения, посмотрел в зеркало заднего вида.       — Эй, Ника, ты чего такая зажатая, будто я тебя в лес везу и там буду с тобой непристойностями заниматься? — усмехнулся он, заметив моё состояние. Смешно, прям уржаться просто как смешно!       — Кто же тебя знает, — отозвалась я. — Может, и правда, в лес отвезёшь.       — Если только на романтическую прогулку, красотка, — подмигнул он мне, продолжая смотреть на меня через зеркало заднего вида.       — А разве у будущего императора найдётся для меня время? — решила я уколоть его самолюбие. Приструним немножечко его.       Резко воцарилась тишина в салоне. Я почувствовала, как Трубецкой нахмурился и напрягся от моих слов. Даже слишком крепко ладонями руль сжал, отчего показалось, что ещё чуть-чуть и он треснет в его руках. А как ты думаешь, только ты можешь наступать людям на больное? Я тоже могу, если вывести меня из себя.       — Найду, — односложно ответил парень и завёл двигатель автомобиля. — И на будущее, следи за своим языком. В Академии учатся разные люди и могут понять некоторые твои слова не в том смысле, в каком ты их сказала.       Трубецкой выехал со двора, и мы направились в Академию в полной тишине, которая нарушалась лишь треском какой-то радиостанции из магнитолы машины. Я смотрела на серые вечерние улочки Петербурга, что менялись одна за другой. Наблюдая за этим, я продумывала слова, чтобы извиниться перед Сергеем, так как по сути я сейчас оскорбила малознакомого мне человека. Да, я умею извиняться и бываю неправа.       — Прости, пожалуйста, — наконец нарушила я тишину. — Я была неправа и не должна была на тебя вот так кидаться… Я просто… Я просто нервничаю сильно, а когда так, то я несу всякую фигню…       — Я понимаю твоё состояние, — кивнул Сергей, просто филигранно ведя машину по городской автомагистрали. Мне даже показалось, что он как-то смягчился после моего извинения. — И для меня поступление в Академию было большим стрессом, но всё равно будь аккуратнее со словами.       — Хорошо, буду аккуратна, — кивнула я, как китайский болванчик, а затем перевела тему разговора. — А ты, правда, будешь императором?       Опять я задала неудобный для своего водителя вопрос. Сергей помолчал несколько секунд, словно собираясь с мыслями, а потом выдал.       — Да. Но это будет только в том случае, если не найдётся законный наследник, — ответил аристократ. — А я намерен найти его.       — Поэтому ты и пристал ко мне в клубе с этим? — спросила я, на что он лишь кивнул.       — Хочешь верь, хочешь не верь, но ты правда похожа на покойную цесаревну Софию, дочь Александра Первого, — произнёс Трубецкой. — Ты сама в этом можешь убедиться, когда нас всех поведут на урок хороших манер и этикета в императорский дворец. Там, на первом этаже, есть портреты императорской семьи от самого основоположника до нынешнего правителя.       Хм, ну если он говорит так, то нужно будет глянуть тогда. Может, и правда мне папа что-то недоговорил. Но то, что я ему приёмная дочь, это сто процентов.       — Ника, — позвал меня парень.       — Да?       — Пожалуйста, не свети «будущий император России», ладно? — попросил он, бросив мимолётный взгляд на меня через зеркало заднего вида. — Не потому, что я боюсь им не стать и не оправдать надежды общества, а просто потому, что мне это неприятно. Как будто клеймо на теле, честно. Я такой же обычный человек, как и ты, но только из знатного рода. Договорились?       — Да, — согласно кивнула я.       После этого разговора ехать стало как-то легче. Чувствовалось, что между мной и Сергеем возникло некое подобие понимания. Трубецкой больше не казался мне надменным аристократом, каким я его увидела в клубе, а скорее обычным парнем, уставшим от своего статуса. Я даже слегка прониклась к нему симпатией, что ли, и на мгновение показалось, что мы даже подружились немного.       — Кстати, есть хочешь? — спросил Сергей после продолжительного молчания.       — Да можно и перекусить, — ответила я на его вопрос.       — Отлично! — просиял Сергей.       Свернув куда-то с ровной дороги, он поехал по не менее ровной, но уже окружённой растительностью различного вида. Постепенно деревья сгущались, и казалось, что мы едем через чащу леса, но такое чувство было недолго. Вскоре замелькал яркий свет, и мы подъехали к огромной территории с большими кованными воротами и таким же забором. На них были всякие разные узоры, но главным украшением был, конечно, герб Императорской Дворцовой Академии. Стоило подъехать к ним, как эта громада открылась автоматически. Вот это нихрена себе!       — Алло, Петь, попроси тётю Зину пару-тройку пирожных оставить мне и чай с мелиссой сделать, — говорил кому-то по телефону Сергей. — Я знаю, что уже поздно, но таковы обстоятельства — ученика нового привёз. Да, спасибо.       Отключив звонок, Трубецкой проехал на территорию двора Академии, а затем куда-то свернул. Оказалось, мы поехали на подземную парковку, где нас уже ждали. Заехав туда, Сергей заглушил двигатель и вышел из машины, обошёл её и открыл мне дверь. Пока я вылезала из салона, он успел вытащить из багажника мой чемодан. М-да, я думала, что, несмотря на современность, у аристократии до сих пор лошади есть, но подземный паркинг меня удивил.       — Эй, ты чего застыла? — поинтересовался Сергей, отвлекая от созерцания пространства. — Пойдём, нас ждут Пётр Михайлович и фирменные кексы Академии.       Мы вышли обратно на улицу и направились к главному входу учебного заведения. Само здание напоминало огромный старинный замок где-то начала восемнадцатого века с некими пристройками современного типа. А глядя на это всё, невольно съёживаешься от величественности архитектуры и думаешь, что на тебя вот-вот нападёт дракон или ещё чего похуже.       Войдя в Академию и увидев, как всё обустроено, я просто рот открыла от ослепляющей красоты интерьера и убранства в целом. Ученики в такой же форме, как у Трубецкого, сновали туда-сюда, о чём-то переговариваясь между собой. Некоторые, проходя мимо, несколько удивлённо таращились на меня. Ну да, на фоне деловых костюмов молодых мужчин и юбок с кипенно-белыми блузками девушек я в своих джинсах и цветастой футболке очень выделяюсь!       Вдруг я услышала, как откуда-то на меня кто-то бежит. Пара секунд, и я с громким вскриком упала на пол, а надо мной возвышается довольно большая и пушистая собака, имеющая окрас шерсти помесь из трёх цветов — чёрного, белого и рыжего, больше всё-таки медного, оттенков. Похоже это пушистое облако на собаку из сериала «Счастливы вместе». Блин, как же называется эта порода?..       — Принц, фу! Слезь с неё! Фу, я сказал! — стал пытаться отогнать от меня пса Трубецкой, но животное продолжало меня обнюхивать и вилять хвостом. Ещё секунда, и этот мохнатый начал меня облизывать.       — Эй, дружок, перестань! Я, конечно, рада такому приёму, но он у тебя слишком тёплый, — отозвалась я, смеясь и катаясь по полу в целях избежания быть мокрой от слюней собаки породы «Бернский зенненхунд». Господи, пока выговоришь, язык сломаешь!       — Принц, прекратил немедленно, — вдруг раздался грозный мужской голос, от которого я и Трубецкой застыли на месте, а Принц слез с меня и сел рядом.       Посмотрев наверх, я увидела на вершине небольшой лестницы высокого мужчину в военном мундире, чем-то немного напоминающего Сергея по внешности. В целом, незнакомец выглядел статно, мужественно и даже внушал некий страх. Даже шаг немного чеканил, пока спускался по лестнице к нам.       — Добрый вечер, Пётр Михайлович, — поздоровался с мужчиной Трубецкой. — Вот, привёз новую ученицу Академии.       — Странно, что именно ты за ней поехал, а не Свистунов, — несколько хмыкнул этот Пётр Михайлович, а затем обратился ко мне. — Вы, должно быть, Ника Шарапова?       — Да, — кивнула я, не отрывая своего взгляда от военного человека.       — У нас не принято, чтобы будущие советники царственных особ валялись на полу, — с неким укором произнёс Пётр Михайлович. Точно, я же сейчас валяюсь на полу благодаря Принцу.       — Простите, — извинилась я и осторожно поднялась. Выровнявшись, я отряхнула свою одежду и поправила её. — Просто Принц оказался таким милым, что я не устояла на ногах и упала.       Попыталась я отшутиться, и у меня это получилось — у мужчины на лице промелькнула тень улыбки. Даже Трубецкой от моих слов начал лыбу давить.       — Я понимаю, — кивнул мужчина. — Но обычно он людей сторонится. Принц, будь добр, оставь нас.       Последнее явно было адресовано собаке. Принц коротко залаял и, виляя своим пушистым хвостом, довольно гордой походкой пошёл в ту сторону, откуда на меня налетел. Смешной такой пёсик, хоть и большого размера.       — Я Пётр Михайлович Волконский, директор Императорской Дворцовой Академии и приближённый Его Величества, императора Александра Павловича, — представился мужчина. — Я рад познакомиться с Вами, Ника.       — Я тоже, Пётр Михайлович, — улыбнулась я ему, стараясь быть дружелюбной.       — Простите, что не смогу Вам показать учебное заведение — срочно вызвали в штаб, — извинился военный. — Я думаю, что Сергей с этим справится.       — Конечно, Пётр Михайлович, новенькая в надёжных руках, — с таким пафосом произнёс это князь из знатного рода, что у меня резко появилось желание ему втащить.       — Прекрасно. До встречи, — кивнул Волконский нам и бравой походкой направился ко входной двери, за которой через несколько секунд скрылся.       Оставшись с Сергеем одна, я перевела взгляд на него и увидела, как улыбка на его лице стала шире. Так, что-то мне не нравится, как ты улыбаешься, мой хороший! Прям совсем не нравится!       Я заметила, как мимо проходил какой-то высокий парень с усами, что делало его похожим на некоторых офицеров императорской армии. Нет, это не тот парень, который был в клубе вместе с Трубецким и его остальной компанией — этот повыше ростом. Заметив Сергея и меня, он посчитал своим долгом остановиться и поприветствовать нас.       — Опа, новенькая, — буквально начал пожирать меня взглядом молодой человек. — Хорошенькая. Серый, ты где её откопал?       — Где откопал, там уже нет, — ответил на его вопрос мой сопровождающий. — Будь другом, отнеси её вещи в комнату к Зине и Розе. Там у них ещё осталось место.       — А самому влом? — брови незнакомца удивлённо поднялись.       — Волконский дал поручение, чтобы я провёл Нике экскурсию по Академии, поскольку сам он в штаб уехал, — пояснил Сергей. — Свистунов, тебе тяжело, что ли? Всё равно без дела слоняешься.       — Ладно-ладно, я ушёл, — подхватив мой чемодан, Свистунов ухмыльнулся мне. — Рад знакомству, Ника.       И реально ушёл куда-то, больше не пререкаясь со своим бывшим собеседником. Снова оставшись с Трубецким наедине, парень взял меня за руку и повёл вглубь учебного заведения, чтобы провести экскурсию. Уж что-то, а гидом он оказался отменным. Рассказывал о каждой комнате и детали так, как будто сам жил в Академии, и было очень интересно его слушать. Проходя мимо библиотеки, которая казалась просто громадной, спутник мой сказал:       — В библиотеке Академии можно найти любые книги. Даже любовные романы, которыми наши девчонки обожают зачитываться, — выдал он. — Есть как печатные издания, так и цифровые, поскольку, несмотря на верность традициям, с технологиями тоже надо дружить.       — Это да, — слегка улыбнулась я.       — Так, ну в принципе, я тебе всё рассказал и показал, — стал завершать наш обзор Сергей. — Сейчас в святую святых всех студентов — в столовую, а потом покажу тебе корпус отдыха, где находятся комнаты для проживания.       Выйдя из библиотеки, мы пошли в сторону столовой комнаты, где нас уже ждали, оказывается. На столике с двумя стульями, расположенного у окна с прекрасным видом на вечерний пейзаж, переходящего из лета в осень, уже стояла тарелка с пирожными и две чашки с чайником. И причём никого из учеников или преподавателей не было.       — А почему никого нет? Занятия же завтра, — поинтересовалась я, увидев пустоту комнаты.       — Потому что мы с тобой копуши, — засмеялся Сергей. — Ужин уже давно прошёл и время на чай тоже. Но не съесть наших пирожных на ночь — значит прошляпить весь год обучения!       Я закатила глаза на такое его высказывание, понимая, что он шутит. Но пускай уж лучше клоуном будет в моих глазах, чем высокомерным представителем «голубых кровей», который каждое слово в штыки воспринимает. Пройдя за стол и сев за него, Сергей разлил ароматный чай по чашкам, позволяя себе ухаживать за мной. Запах такой приятный у напитка, да и кондитерские изделия тоже вкусно пахнут.       Попробовав пирожное, я едва сдержалась, чтобы его полностью не съесть за один укус. Оно оказалось настолько вкусным и сладким, что у меня задница чуть не слиплась от внутреннего гастрономического оргазма из-за сочетания крема и начинки. Прежде чем уйду на каникулы, возьму у поваров рецепт этих пирожных — попробую их сделать дома.       — Пирожные просто бомбические, — отозвалась я, когда дожевала последний кусочек своего десерта и принялась за новое пирожное.       — Я рад, что тебе понравилось, — улыбнулся молодой князь, наблюдая за мной и потягивая чай из своей чашки. Потом он предложил. — Если захочешь, могу таскать их тебе, когда тебе будет грустно или просто захочется сладкого.       — Ой, нет. Это будет уже слишком, — сразу отказалась я. — Ещё скажут, что ты в меня влюбился.       — Ну, кто знает-кто знает, — загадочно протянул Трубецкой, подмигнув мне. Именно этот жест заставил появиться жгучий румянец на моих щеках. А может, это из-за чая? Я всё-таки выпила больше двух чашек! И вообще, нужно срочно перевести тему разговора в другое русло!       — Слушай, — начала я свой план по переводу нашего диалога в новое направление. — А как мне с одеждой быть? Вы же тут все в форме ходите. Я в своей плебейской одежде очень сильно выделяюсь.       — Не переживай, комплект одежды для учёбы ждёт тебя в комнате, — ответил Сергей. — Куда мы, кстати, сейчас и отправимся. Так что доедай свой десерт и пойдём.       У меня оставался небольшой кусочек крайнего пирожного на тарелке. Взяв его, я довольно быстро схомячила остаток сладкого и запила чаем. Вышло комично, судя по тому, как усмехнулся на моё действие Трубецкой. Закончив со всем, мы встали из-за стола и пошли на выход из столовой.       Снова проходя по длинным коридорам Академии и войдя на территории комплекса отдыха, я рассматривала интерьер. В своеобразном общежитии учащихся он был гораздо современнее, чем в основном здании. Широкие коридоры, светлые стены, мягкое освещение — всё располагало к отдыху и восстановлению сил. Вместо чопорных портретов на стенах висели современные картины, а в холле стояли удобные диваны и кресла. Некоторые даже были заняты студентами, которые о чём-то разговаривали между собой. На стенах виднелись стильные светильники, а на полу — мягкие ковры. Чувствовалось, что здесь заботятся о комфорте студентов.       Подойдя вместе со мной к двери, Сергей коснулся ручки и потянул её вниз. Поверхность поддалась и открылась. Стоило нам вдвоём зайти, как на меня уставились две девушки, которые до нашего прихода занимались своими делами: одна убирала свои вещи в шкаф, а вторая лежала на кровати и слушала музыку в наушниках. Обе были темноволосые и довольно приятной внешности.       — Ну что ж, Ника, здесь ты будешь жить на время обучения, — произнёс Сергей. — Гебель, Лаваль, знакомьтесь, ваша новая соседка, Ника.       — О, здорово! — просияла Роза — девушка с тёмно-каштановыми, прямо как у меня, длинными волосами и зеленоватыми глазами. Почти моя сестра-близнец. — Рада знакомству, Ника, я Роза Гебель, а эта меломанка — Зина Лаваль. А ты принцесса или леди роял?       — Леди роял, — отозвалась я несколько смущённо, сбитая с толку вниманием своей собеседницы. — А ты?       — Тоже. И Зина, — кивнула Роза в сторону второй соседки, на что та сняла наушники и помахала мне. Я ответила ей тем же.       — Серёж, можешь идти. Мы её не съедим, — обратилась Зина к моему сопровождающему.       — Да кто же вас знает, — рассмеялся он. — Ладно, был рад всех увидеть и познакомиться с некоторыми. Кстати, как Катя?       — Я ей звонила — она завтра будет, — ответила на вопрос парня Лаваль. — Споил её твой Миша.       — А чего это он мой? Он мой такой же, как и твой, — сразу же возмутился на её слова Сергей, а затем перевёл тему, обратившись ко мне. — В общем, Ник, располагайся, девчонки не кусаются. Если будет что-то нужно, то можешь обратиться ко мне или к девчонкам. До встречи на занятиях.       Трубецкой попрощался с нами и закрыл дверь с той стороны. Роза провела меня к пустой кровати, расположенной у окна, и у которой был мой чемодан с вещами. Коротко рассказав о завтрашнем дне, она даже поделилась со мной некоторой канцелярией, сказав, что довольно много купила её для учёбы. Насчёт учебников объяснила, что они выдаются преподавателем на занятии и при желании их можно ещё в библиотеке, если нужно сделать конспект или выписать какие-то выдержки.       Распаковав свои вещи и разложив в отведённом для меня шкафу, я достала оттуда студенческую форму Академии, состоящую из белой блузки, свободной юбки тёмно-синего цвета и таких же пиджака с жилеткой. Только на них ещё был герб учебного заведения.       — Ещё погоны прикрепить бы, и от полицейской формы вообще будет не отличить, — усмехнулась я, осматривая одежду.       Роза звонко рассмеялась, а Зина лишь хмыкнула, уточнив, что погоны, к счастью, к форме не прилагаются. Девушки помогли мне разобраться с застёжками и пуговицами, объяснив, что к чему. Оказалось, что жилетку можно носить как самостоятельно, так и под пиджак — в зависимости от погоды и настроения. Юбка, длина которой была чуть больше ладони от колена, оказалась удобной в носке и не сковывала движения, а блузка была выполнена из приятной к телу ткани. В целом, форма выглядела довольно стильно и элегантно, хотя от полицейской её действительно отличало только отсутствие погон и наличие нашивки герба Академии в районе сердца, а не на рукавах одежды.       — Прекрасна, как принцесса, — улыбнулась Роза, рассмотрев меня со всех сторон. — Точнее, как леди роял.       — Согласна с Розой. Ещё волосы распустишь, и будет очень эффектно, — согласилась с соседкой Зина. — Парни голову просто потеряют.       — Ну, один уже точно потерял, — хихикнула Гебель, делая довольно жирный намёк на Трубецкого.       — Ой, Сергей со всеми такой обходительный. Князь из знатного рода и будущий император всё-таки, — отмахнулась кареглазая.       — Девочки, а можно мы не будем поднимать эту тему? — попросила я.       Я обещала Трубецкому, что не буду обсуждать его положение. А если я не буду, то хотя бы ближний свой круг попробую уговорить так не делать. Да и к тому же, Роза сейчас пыталась намекнуть на то, что Сергей в меня влюбился, раз сам за мной поехал, провёл экскурсию по Академии, а также покормил в столовой. Но в этом девочки — любое хорошее отношение парня к девушке уже расценивают как влюблённость.       — Ладно-ладно, молчу, — примирительно подняла руки Роза. — Но ты сама видела, как он на тебя смотрел! Как на десерт, который вот-вот съест. Он даже на Катю, сестру Зины, так не смотрел, как на тебя.       — Роза, тебя, кажется, попросили не поднимать эту тему, — напомнила Лаваль, кашлянув. Спасибо, Кать, а то не хочется ругаться в первый день.       — Ладно-ладно, не буду, — улыбнулась Роза, а затем стала показывать мне расписание на завтра.       Наименование дисциплин, преподаваемых в Академии, особо не пугали, поскольку я видела трансляции приёмов и балов в императорском дворце, а также в сериалах и фильмах что-то заметила для себя. Меня больше волновало, как поведут себя преподаватели при виде меня. Наверняка будут тыкать тем, что я попала сюда случайным выбором лотереи и вообще ни на что не гожусь. Так что в моих интересах и силах показать всем обитателям Академии, что я смогу сделать многое.