Рицу

Отражение в ложке издевкой глядит железной, что копилось во мне — не пыталось казаться честным. Эта чертова бездна из зависти-восхищения так сложилась легко в несложное уравнение, где иксом мне становится липкий и терпкий страх. Это все отразилось на месяцах и годах, отравляя моменты, когда я с тобой был, брат. Ложек сломано-целых нечетный ряд, а во мне пробуждается сила неровным градом, что мне в уши течет громовым раскатом. Я не чувствую страха ныне: я царь той бури, что снесет с неба ясного чистый окрас лазури, только больше меня не радует эта сила, что когда-то меня влекла и меня душила. И я так виноват, так сильно виновен, Моб. В этой силе я плыл и в нею же я утоп, в ней сиял и я в нею же был сожжен, ею был разорван и ей сплетен. «Ты в порядке, Рицу?» - соврать б сейчас. У меня был дождь, а осталась грязь; была медь, а выяснилось, что сталь. Все смешалось в ломаное: «мне жаль».