3. Home

Она поняла, что это он, едва услышав раздраженный окрик. Его лицо за несколько секунд сменило целую гамму эмоций — шок, изумление, недоверие. — Пом…? — его голос сорвался на полуслове. Он медленно сделал шаг к ней, затем поднял руку и указал на неё пальцем. — Помни? — Джекс, — она указала на него в ответ, и улыбка, словно лесной пожар, расползлась по её лицу. — Но ты же…? — А как ты…? Попытки подобрать слова мгновенно улетучились, и он бросился к Кристин, сжав её в объятиях с такой силой, словно хотел раздавить. От такого напора она бы рухнула на землю, если бы он не замер в этой медвежьей хватке, удерживая её так крепко, будто боялся, что её вот-вот вырвут у него и унесут прочь. — Джекс. Мы посреди улицы, — прошептала она, с трудом выжимая из себя слова. Его объятия сдавили её лёгкие, не давая вздохнуть. — А, да… — растерянно пробормотал он. — Моя квартира за углом, если что, — предложила она. — Ого, а ты быстрая, — он мгновенно вернулся к своей обычной самодовольной ухмылке. — На что-то надеешься, Пом-Пом? — Вообще-то, меня зовут Кристин, — поправила она, с лёгким раздражением закатив глаза. — Да ну? — он приподнял бровь. — Так ты наконец вспомнила? Больше не представляешься каждому встречному: «Привет, меня зовут Помни?» — Он изобразил слабую, писклявую пародию на её голос, что вызвало у неё короткий смешок. — Использовать это имя в цирке — ещё куда ни шло. Но в реальном мире на меня бы косились, как на ненормальную. Или тебе и «Кристин» не нравится? — Нет, нет, имя хорошее. Тебе идёт. Приятно познакомиться, Кристин, — он усмехнулся, и фирменная ухмылка идеально легла на его теперь человеческое лицо. — А как тебя зовут? — поинтересовалась она, перестроившись так, чтобы идти рядом с ним, а не впереди. — Угадай. — Вечно ты с играми, — она прищелкнула языком, обдумывая вариант. — Может, Майкл? — Майкл? — в его голосе прозвучала наигранная обида. — Всё, лишаю тебя права голоса. А то насочиняешь мне ещё кучу паршивых имён. Феликс. — Феликс, — проговорила она, пробуя имя на вкус. — Хорошее имя. Их молчание было спокойным и лёгким, и единственным диалогом вокруг оставались обрывки фраз незнакомцев. — Ну надо же, так случайно встретиться на улице, — тихо произнёс он, наблюдая, как небесная лазурь медленно перетекает в сиреневый сумрак. — Позже устроим разбор полётов с розовыми соплями, а пока… я рад, что ты здесь. — Я тоже, — она улыбнулась, бросая на него взгляд снизу вверх. Она всё ещё не могла поверить, что это — реальность, а не какой-то невероятный лихорадочный бред. Она и Джекс… нет, Феликс… просто случайно столкнулись посреди улицы. А что, если Зубл и Гэнгл тоже где-то рядом? Может, Рагата ждёт их за следующим переулком? Неужели они все уже нашли друг друга и сейчас гадают, где же остальные? Мысли унесли её так далеко, что она не заметила, как её нога зацепилась за приподнятую на сантиметр плитку. Молниеносно рука Феликса схватила её за запястье и мягко дёрнула на себя, не давая упасть. — А я говорил, — в его голосе звучала лёгкая насмешка, но его пальцы не спешили разжиматься. Она была взрослым и вполне самостоятельным человеком, и подобная реакция казалась нелепой. И всё же её сердце на мгновение ёкнуло, щёки предательски покраснели. — Спасибо, — выдавила она. Сделав несколько шагов, они оказались у подъезда её дома. Кристин, провозившись, подобрала нужный ключ, вставила его в замочную скважину, и тихий щелчок возвестил о том, что дверь открыта. — Милости прошу, — она с лёгкостью швырнула ключи на столик у входа и набросила на крючок пальто, всё ещё пропитанное ароматом кофе и свежей бумаги. — Нормально так. Уютно, — произнёс он, стоя неестественно прямо и неподвижно, словно его только что выставили по струнке. — Спасибо, — её губы тронула улыбка, в то время как взгляд скользнул по его скованному телу. — Ты чего это такой напряжённый? — Я? Нет, тебе показалось, — он промямлил это, беспокойно оглядывая квартиру. — А можно… ну… обнять тебя? — он произнёс, стиснув зубы, и продолжал смотреть куда угодно, только не на неё. Она ласково рассмеялась. — Иди сюда. — Она встала на носочки и обвила его шею руками. В ответ он издал какой-то сдавленный, прерывитый звук — не то смешок, не то вздох, и его длинные руки плотно обхватили её, почти скрыв от всего мира — Я скучал, — прошептал он ей в волосы. — Я тоже, — тихо ответила она, чувствуя биение его сердца у своей щеки. Они замерли в объятиях ещё на несколько долгих мгновений, прежде чем Феликс медленно отпустил её. — Так. Дай теперь хоть посмотреть на тебя. Он наклонился к ней, сравняв их рост, и она почувствовала, как учащённо забилось её сердце. Чтобы скрыть смущение, она устремила взгляд куда-то в область его лица, лишь бы не встречаться с ним глазами. От этого её сердце принялось стучать лишь чаще. Всё его лицо было усыпано веснушками. Их было так много, что, казалось, на коже можно было разглядеть целые созвездия. Цвет его глаз находился где-то между тёмно-оливковым и медью, а круги под ними ясно выдавали бессонные ночи. На нижней губе красовались два маленьких чёрных кольца, проколотые под «змеиный укус». Кристин на мгновение задумалась, каково это — прикоснуться губами к холодному металлу. Эту идею она немедленно уничтожила, мысленно расстреляв из всех видов оружия и распилив бензопилой. Он довольно хмыкнул, закончив разглядывать. — Забавно, что в реальной жизни ты такая же мелкая, — насмешливо, но беззлобно заметил он, и на его губах расползлась та самая наглая ухмылка. — Забавно, что в реальной жизни ты такой же придурок, — тут же откликнулась она с той же дурашливой энергией. — Вот уж не думала, что ты решишь отращивать щетину. — Да как ты смеешь? Моя щетина — эталон брутальности! В ответ она лишь фыркнула и удалилась вглубь квартиры. — Можешь присесть, если хочешь. Так, на всякий. Он неотрывно следовал за ней и, как только диван оказался в поле его зрения, немедленно устремился к нему. — Офигеть, какой же он мягкий! Не то что мой! — он буквально увяз в подушках, блаженно выдыхая. Кристин тихо хихикнула, наблюдая за его внезапным обожанием, и села от него на почтительном расстоянии. — Так, что ты делал в городе? — Пытался отыскать своё добро. Мою квартиру, в общем, немного… обчистили. — Обчистили? — Кристин с беспокойством округлила глаза. — У тебя там всё в порядке? С жильём? — Я каждую ночь дрыхну на диване. Но для меня это привычно. Да и всё здание вообще заброшено, — просто констатировал он. — Если хочешь, можешь тут… Перекантоваться какое-то время, — произнесла она после минутного молчания, стараясь говорить как можно небрежнее, хотя само предложение её смущало. — Какой напор, Пом-Пом! — он широким жестом прижал руки к сердцу, изображая потрясение. — У нас даже первого свидания не было, а ты уже зовёшь меня переехать? — Я с тем же успехом могу и вышвырнуть тебя, — парировала она, легонько толкнув его в плечо. — Сначала обживись, а потом я тебя угощу ужином. Феликс кхыкнул, делая вид, что поперхнулся, чтобы выиграть время, затем вновь надел маску беззаботности. — Я запомню, — его лицо порозовело. — Но… спасибо. Я тебя как-нибудь отблагодарю. В комнате стало тихо. Она рискнула бросить на него быстрый взгляд и обнаружила, что он смотрит на неё с необычайно серьёзным выражением лица. — У меня что-то на лице? — улыбнулась она, чувствуя, как теплеют её щёки. — Нет, просто… — он опустил голову. — Всё ещё не верится, что ты настоящая. Что это всё по-настоящему. Иногда я… Его пальцы затряслись, и он судорожно вдохнул, стараясь успокоиться. — Порой мне кажется, будто это иллюзия. Что всё это — сон. И если закрою глаза, то очнусь снова в том проклятом цирке. — Феликс, я правда здесь, — Кристин говорила мягко, почти шёпотом. — Всё позади. Мы свободны. Мы не вернёмся туда. Никогда. — Ты права… Извини, — прошептал он. — Когда такое случается… мне нужно прикоснуться. К чему-то настоящему. Можно я?.. — Да, — она кивнула, её губы сложились в едва заметную улыбку. — Можно. Он беззвучно поблагодарил, не в силах выдавить из себя ни звука. Рука Феликса замерла в воздухе, и лишь потом он кончиком пальца коснулся её щеки, а затем провёл линию под её губами. Робко, почти благоговейно. — Ты настоящая, — выдохнул он, и это прозвучало как молитва, в то время как его вторая рука потянулась к ней. — М-м, — она утвердительно промурлыкала, нежно взяв его лицо в свои ладони. — И ты тоже. Настоящий. Феликс слегка вздрогнул от её прикосновения. Кристин уже было потянула руки назад, но он мягко, но настойчиво остановил её, прижав её ладони к своим щекам. — У тебя руки холодные, — пробормотал он. — Прости. Я убил всю атмосферу, да? Он выдавил из себя улыбку, и всё, что секунду назад выдавало его уязвимость, бесследно растворилось. Поразительно, как Феликс умел вмиг снова становиться шутником-задирой — что бы он ни чувствовал мгновением раньше. В его смущении была какая-то трогательная наивность, но она ни за что не сказала бы ему этого в лицо. Если только, конечно, не хотела бы вылететь в окно. Не дав ей и рта раскрыть, он подозвал, похлопав по месту перед собой. — Иди сюда. — Зачем? — наклонила голову она, решив не давить на него. На сегодня она и так вытянула из него достаточно. — Ты мне не доверяешь, Пом-Пом? — он широко ухмыльнулся. — Я просто кое-что хочу проверить. — Я теперь до конца жизни с этим прозвищем, а? — вздохнула она, перебираясь поближе и усаживаясь между его ног. Она ощутила, как её охватывают его руки, а одна из ладоней цепко ложится на плечо. — Точно. Всё ещё подходит, — сказал Феликс, упёршись подбородком о её макушку. — Хотя разница в росте уже не так заметна, — заметила она, с лёгкостью дотянувшись до его головы, чтобы взъерошить волосы. — Я, кажется, совсем забыл, каково это — чувствовать кого-то рядом, — тихо выдохнул он, удобно устраиваясь за её спиной. — Ничего? Удобно? — Ага, — она взяла его руку и начала рассеянно водить пальцем по его ладони. — А ты как? — Нормально, — было всё, что он прошептал в её волосы, глубже утопая в них лицом. Люди, которые были «просто друзьями», вероятно, так бы не поступали. Но сейчас это не имело никакого значения. Это казалось естественным, нормальным — и после того, как она провела одному богу известно сколько времени в мире пикселей и пластиковых текстур, возможность просто чувствовать была блаженством. Тысячи мельчайших деталей терялись в цифровом мире. Теперь же она могла изучать каждую черточку на его ладони, каждую крошечную, неидеальную неровность его кожи, то, как его рука слегка дрожала, вместо того чтобы оставаться идеально неподвижной. Занятие было до смешного банальным, но она не удержалась и прикрыла своей рукой его ладонь, сравнивая их. Кончики её пальцев доходили лишь чуть дальше середины его пальцев. Его ладони были широкими, а кожа на ощупь — шершавой и плотной. — Впечатлил мой размер? — Мог бы и поприличнее выразиться, — отчитала она его, сцепив их пальцы в замок. — Абсолютно не понимаю, на что ты намекаешь, — он лёгким движением сжал её ладонь, и она мгновенно ответила тем же. — Не против, если я тут посплю? — едва различимо прошептал он, его голос звучал измученно и устало. — А ты не хочешь сначала свои вещи забрать? — Завтра, — он зевнул. — Мне с тобой слишком уютно. — Хорошо, — ответила она с улыбкой, ощущая, как её накрывает тяжёлое, тёплое одеяло сна. — Завтра.