Часть 1

Сузука дышала огнём. Вечернее солнце окрашивало трибуны в золотой цвет, а над трассой уже гудели вертолёты трансляции. Последние круги Гран-при Японии превратились в чистую агонию — весь паддок затаил дыхание, потому что именно здесь решалась судьба чемпионства. Шарль Леклер держал руль так, будто это был последний шанс в его жизни. Красно-белая Ferrari металась по изогнутым связкам поворотов, мотор рычал, а счётчик кругов сжалился — «FINAL LAP». На трибунах, в море японских флагов и плакатов, стояла т/и, прижимая к себе картонку с номером 16. Ты чувствовал, как дрожат руки, как сердце бешено стучит, перекрывая шум толпы. — 頑張れ、シャルル！ (Ганбарэ, Шарль!) — выкрикнул(а) ты, и голос утонул в реве болельщиков. Последний поворот. Машина Леклера вылетела на прямую, и когда клетчатый флаг замелькал над трассой, весь стадион взорвался. Он был первым. Чемпионом. Радио наполнилось криками его инженера, а сам Шарль едва сдерживал слёзы: — I can’t believe it… We did it… We are champions! Ты зажал(а) лицо ладонями, а потом рассмеялся(ась) сквозь слёзы. Горло сжало от счастья, сердце будто хотело вырваться наружу. Все эти годы поддержки, все гонки, бессонные ночи — и вот он, момент истины. На подиуме Леклер поднял кубок к небу, глаза сияли от слёз и победы. Когда заиграл гимн Монако, ты шепнул(а), едва слышно, но искренне: — おめでとう、シャルル… чемпион. И казалось, что вся Сузука кричала вместе с тобой.