Часть 7

Это случилось спустя несколько дней после их неожиданной встречи в дождливом переулке. Утром следующего дня она проснулась в залитой солнцем спальне. От вчерашней непогоды ни осталось и следа. От Драко не было никаких вестей, хотя они об этом и не договаривались и Гермионе даже стало казаться, что ей это все приснилось. Но однажды, когда она вернулась с обеда, на ее столе появилась записка без подписи: "Через час в библиотеке." В это время дня библиотека Министерства обычно была пуста. Сотни стеллажей, заполненные всевозможными книгами, стройными рядами протянулись по огромному помещению. В этой библиотеке было все. Свечи, висящие в воздухе, одна за другой зажигались сами по мере того как Гермиона шла в направлении раздела с книгами особой магической важности. Хотя она и старалась идти как можно тише, ее шаги все равно гулко разносились по рядам. Драко ждал её у окна. Его фигура в полумраке казалась вырезанной из ночи. - Я боялся, что ты не придёшь.  - Придя сюда, я совершаю ошибку, Драко, - чуть слышно сказала Гермиона. - Ты изменилась. Стала сильнее. Но твои глаза... они такие же. Они всегда выдавали тебя. Даже когда ты притворялась. - Притворяться пришлось многим. Война научила нас играть роли.  - Но теперь войны нет. И всё равно ты живёшь так, будто шагаешь по полю боя. - Потому что мир - это не мир. Это хрупкая витрина. И я её часть, я та рама, удерживающая стекло от падения. Он подошёл ближе. Расстояние становилось опасным. Гермиона на миг закрыла глаза. Она слышала его дыхание, чувствовала тепло. - Если кто-то узнает... это разрушит всё. - А если никто не узнает? Разрушит ли это тебя, если ты позволишь себе быть собой? Она посмотрела на него. Его лицо было ближе, чем позволяли правила. - Я слишком долго жила ради других, Драко, я это знаю. Но если позволю себе жить ради себя... я боюсь, что потеряю всех. - Проговорила она шепотом. - Ты можешь потерять мир. Но потерять себя - гораздо хуже. Сказав это, он протянул руку и осторожно коснулся её пальцев. Это был почти невинный жест, но страсти в нём было больше, чем в самом горячем поцелуе. Она не отдёрнула руку. - Ты не понимаешь, Драко. Я дала клятву. - Ты дала клятву миру. Но сердце твоё никому ничем не клялось. Она вдруг почувствовала, что плачет - тихо, почти незаметно. Он мягко стёр бегущую по щеке слезу. - Зачем ты вернулся? - Чтобы напомнить тебе, что ты - живая. И чтобы самому вспомнить, что я ещё человек. Их губы встретились. В этом поцелуе было слишком много страха, слишком много риска. Но когда она вышла из библиотеки, её пальцы все ещё дрожали от его прикосновения. А Драко остался в библиотеке и шепотом произнес, смотря на удаляющуюся в полумраке фигуру Гермионы: - Искра загорелась. Осталось лишь, чтобы ты позволила ей стать пламенем. Гермиона не понимала, что с ней происходит. Через полчаса Совет ждал ее выступления, вечером ее будет ждать дома муж, а на ее губах горел поцелуй Драко Малфоя. Хоть ее мнение о Драко изменилось уже давно, не все из ее друзей сделали то же самое. Для многих он по-прежнему оставался Пожирателем и предателем, а для тех, кто любил ничем не обоснованные сплетни, убийцей Дамблдора.  Удивительно, но при всей своей честности, Гермиона не испытывала чувства вины перед Тео за то, что происходит между ней и Драко. А что, собственно, происходит? Ее неумолимо влекло к нему, а когда она увидела его на помолвке, когда их взгляды встретились, по ее телу побежали мурашки, а сердце начало бешено стучать. С момента их разговора во время танца Гермиона не запрещала себе думать о нем и оправдывала это тем, что их брак с Тео ненастоящий, в нем нет любви, нежности, страсти, а следовательно, хотя бы свои мысли она могла посвящать кому угодно. Гермиона боялась лишь одного - что Тео узнает о Драко и тогда... Гермиона потрясла головой, словно прогоняя страшные картинки, возникшие у нее перед глазами. Она не может допустить, чтобы об их связи стало известно кому бы то ни было, а уж тем более ее мужу. Но также она не может заставить себя прекратить встречи с Малфоем. Она должна, должна что-то придумать...