Странные слова и парень.

***

Томас, Бен и Чак, сидя на траве, смеялись чуть ли не на весь Глейд. Казалось, гриверы сейчас сбегутся на их смех. — Заткнитесь вы! — крикнула Акапелла. — Вы вообще бросили меня, гондоны. — Ну прости, Ако! — сквозь смех говорил Том. — Это было просто прекрасно. — Прекрасно?! — крикнула девушка. — А то, как ты и Минхо, все красные, выходили из зала совета, когда Ньют вас позвал! — вспоминал Чак. — А ты откуда знаешь? — спросила Акапелла. — Так я по поручению медаков ходил. — объяснял кудряш. — Там Алби проснулся. Томаса звал. — Том? — спросила русоволосая, взглянув на друга. Улыбка спала с лица Тома. — А это... — пробормотал он. — Не важно... — Колись, дружище. — допытывалась девушка. — Там что-то случилось? Этот ублюдок опять на тебя быковал? — "Быковал"? — переспросили Бен и Чак синхронно. — Вы не знаете что такое быковать? — спросил Том, явно переводя тему. — Блин, да вы постоянно какие-то словечки используете! — выпалил Бен. — Что это... "чë" или "блять", или "гондоны", или вот это "быковать"! Вы можете не придумывать слова? — Какое придумывать? — озадачился Томас. — Мы просто разговариваем. — Нет! — вновь возразил Бен. — Ако ещё в лабиринте говорила странно, когда кричала на Минхо! — Чего?! Ты о чём? — не понимала Акапелла. — Вот опять! Что за "чего"? Что это за слово? — Мы нормально говорим! — настаивала Ако. — Нет! — чуть ли не кричал Бен. Его лицо стало красным, а песочные волосы прилипли к его лбу. — Вы говорите нормально, но вставляете странные слова! — А может это другой язык? — тихо предположил кудряш. Все трое обернулись на него. — Другой... язык? — переспросил Томас. — Да, если мы вас не понимаем, а вы друг друга – да, то это может быть другой язык. — обьяснил Чаки. — Барашек дело говорит. — сказал Бен. — Вы на каком языке говорите? — Ничего не понимаю... — пробормотал Томас, поникнув. — Может это... как все остальные наши знания? — предположила Акапелла. — Мы что-то умеем, а как и кто нас этому учил – не помним. Может мы с Томасом знали другой язык, который вы не изучали? Или мы из разных стран. — Короче, вы иностранцы. — сказал голос сзади. Это был Ньют. Далее блондин добавил с усмешкой, сложив руки на груди. — Вроде меня. Ако задумалась. У Ньюта и правда был заметный акцент, но её слова были другими. Они явно принадлежали рассе, которая ранее говорила на другом языке, а этот они просто выучили. Акапелла точно выучила. Томас, скорее всего, выучил "её язык" и потому мог на нём говорить. — Хей, шанк. Пора в кутузку. — говорил заместитель главы, потянув Томаса за локоть. Затем он повернулся к девушке. — У тебя есть какие-нибудь личные вещи? — Мультитул. — коротко ответила та. — Тогда бери свой мультитул и иди к Минхо. — Нет! Не пойду к этому... — она замялась, подбирая ругательство. — гондону. — "Гондону"? — переспросил Ньют. — Это ругательство. Какое не скажу. — встрял в разговор Том. — Понятно, но в любом случае, он теперь твой парень. Опора и всё такое. — продолжал блондин. — Это когда он моим парнем стал? — возразила Акапелла. — Намёков – не было. Признания – не было. Обняться – не встречаться, Ньюти. — Ако, Минхо тебе нужен, чтобы парни не приставали. — настаивал Ньют. — А Том чем не вышел? Или Бен? — спросила девушка. — У них статус не тот. — Хорошо. А ты почему не подходишь? — Я не хочу, а Минхо, как известно, накосячил. Вот. Грешок замаливает. — Погоди-погоди. Если Минхо мой парень типа по договорённости, то расстаться мы не можем, так? — Так... — Окей. Устрою ему разнос. — усмехнулась Акапелла и добавила. — По-женски. Томас, Бен и Чак сразу отозвались: — Где кутузка? — Можно и мне в кутузку? — И мне!

***

Минхо, пробежав весь лабиринт, начертив карту своего сектора, сходив в душ и переодевшись, зашёл в свою комнату в хомстаде. — Где был? — встретил его злой голос. Он повернулся на звук. Ако сидела на его кровати в его рубашке, в штанах и без обуви. — И тебе привет. — озадачился азиат. — Где. Ты. Был? — с нажимом повторила Акапелла. — В лабиринте. — С кем? Минхо явно не понимал, что это за допрос средь бела дня. — Со стенами. — Что делал? — Бегал. — Почему тогда не воняет потом? — Потому что я искупался. — С кем купался? — Так! Это что за фигня?! Чего ты мне допрос устраиваешь?! — вспылил азиат. — Почему ты уклоняешься от ответа? — настаивала Акапелла, уже начав сдерживаться, чтобы не засмеяться. — Я не уклоняюсь. Ни с кем я не был в душе. Чего ты, как ревнивая жена? Вчера ты такой не была. Парень подошёл ближе, положив руку на изножье кровати и наклонившись.. — Вчера ты была милой и робкой. Почему сейчас злая? М? Где твоя женственность? Если ты девушка, так играй девушку, а не злого полицейского на допросе. — А что? Злой побывать нельзя? — усмехнулась Ако и, не выдержав, прыснула смехом. — Хорошо. Играем по твоим правилам. Ты где сегодня была? — Минхо явно понял принцип и ответил тем же. — С Беном и Томасом. — Что делали? — Тебя обсуждали. — И как? Каков я? — Минус три из пяти. — Вот как? Почему? — Подарков не даришь. Не целуешь. Не обнимаешь. Не говоришь, что любишь. Не очень из тебя парень. — Подарки? В первый же день? Ну хорошо. — глаза Минхо загорелись азартом. — Тогда ты захлебнëшься в моей любви. После этих слов, азиат наклонился и поцеловал девушку в щёку. Акапелла аж оторопела: — Ты чего? — Сама поцелуя хотела, а теперь спать. — усмехнулся азиат и снял футболку со штанами. Он переодевался в серую, растянутую вутболку и шорты до колен, когда заметил, что Ако забилась в углу кровати, держа на готове свой мультитул. — Не волнуйся. Не съем я тебя. — Откуда мне знать? — Оттуда, что я не хочу проблем. — Каких проблем? — Ну... Думай логически. Если мы переспим, то ты, вероятнее всего, забеременеещь, потому что у нас нет никаких средств защиты, а рожать тебе не где. Да, даже если родить захочешь, то высока вероятность, что либо сама кони отбросишь, либо ребёнок. Вообщем проблем ого-го. — Окей... — с подозрением протянула Акапелла, ложась на кровать к стенке. Парень лёг рядом. Сон пришёл незаметно.

***

Ночью Минхо плохо спал. Он всё не понимал, как девушка, которая притворялась парнем, простила взбесившегося Бена, может использовать странный предмет, иногда говорит на другом языке, имеет какую-ни-какую подготовку, выдержала атаку гривера и теперь... тихо спит рядом с ним, иногда мило морща нос. Минхо смотрел на девушку и думал: «Может обнять её? Спит, может не заметит... Нет. Задницей чувствую, больно будет... Ну... А если я утром умру, верно?» Приняв решение, он аккуратно положил руку на плечо девушки. Она тут же открыла глаза и мгновенно взобралась на него верхом, приставив к его горлу лезвие, появившееся из её вечного оружия. — Тихо-тихо. — протораторил Минхо, расставив руки в знак капитуляции. — Кто ты? — резко сказала девушка, будто на автомате. — Это я – Минхо. — ответил парень. — Минхо? — Да, я. Минхо. Ты чего всполошилась? — А ты чего меня трогаешь? — Я... случайно. — Не ври. — Хорошо-хорошо. Я... я... — Минхо отвёл взгляд. Не говорить же, что просто из любопытства. — мне... казалось тебе холодно. — Холодно? — Да, ты бормотала во сне. — солгал парень. — И что я говорила? — Ну... я не разобрал. — Ладно... — вяло сказала Акапелла, убирая мультитул и сваливаясь обратно к стенке на матрас. — Так... Обнять можно? — спросил Минхо, надеясь, что его не ударят. — Обнимай. — сонно сказала Ако. Его рука тут же перекинулась через девушку, ложась под руку самой Акапеллы. Та в ответ положила на его ладонь свою.