Акт I

I

      Океан. Волны. Ковчег.       Ковчег?       Ковчег «La République» медленно шествовал по волнам океана. Курс на Инадзуму.       Чудо фонтейнской инженерии. Детище оставшихся в живых инженеров.

II

      Капитан Фурина стояла на палубе, опёршись о металлическое ограждение. Под ней — идущая перпендикулярно рябь.       Воздух пахнет солёным. Экипаж ковчега — 384 человека.       Ковчег — последний остаток фонтейнской цивилизации. Возможно, и тейватской.

III

      Чьи-то руки медленно обвились сзади вокруг её талии. Чья-то голова уткнулась носом в ключицу.       — Кинич! Напугал!       — Прости, — тихо ответил вице-капитан.

IV

      — Инадзума, ответьте… Инадзума, ответьте… Я Фонтейн, я Фонтейн… — тщетно повторял в микрофон Лини.       В ответ — абсолютная тишина. Нет даже белого шума.       Нет. Что-то есть. Кто-то вышел на связь.       «УЙДИ УЙДИ УЙДИ УЙДИ УЙДИ», — внезапно раздалось из динамика. Чёткий, громкий, резкий, как наждачная бумага, голос. Нечеловеческий.       — БЛЯДЬ!

V

      — Смотри… Инадзума совсем близко, — промурчал Кинич, указывая пальцем в сторону кормы.       Там, на юге, уже были видны очертания островов Инадзумского архипелага.       Его подбородок приятной тяжестью давил на плечо Фурины.

VI

      — КТО-НИБУДЬ! — выбежал на палубу Лини. Бледный. В панике.       Фурину пробрала дрожь.       — Что… Что такое? — она рванулсь к нему, оставив недоумевавшего Кинича у ограждения.       — Кто-то… ответил.       — Инадзума?       — Я не знаю…       Фурина крепко обняла заплаканного Лини.       Кинич подошёл к ним. Напряжённый.       — Что именно случилось? — негромко спросил он.       — Голос… из динамика. Он… — всхлип помешал продолжить.       Кинич кивнул и направился к радиостанции.       Фурина утешала Лини.

VII

      Кинич взял микрофон.       — Инадзума… — и тут же выронил его из рук.       «УЙДИ УЙДИ УЙДИ УЙДИ УЙДИ», — снова раздалось из динамика. Ещё громче.       Кинич побледнел.       — Кто это?       — УЙДИ.       — Спрашиваю…       — ВАМ ЗДЕСЬ НЕ МЕСТО.       — Кто ты…       — УХОДИТЕ.

VIII

      Кинич вернулся на палубу. Бледный. Встревоженный.       — Кинич? — тихо позвала его Фурина.       — Сколько нам ещё плыть до Инадзумы? — спросил он.       — НЕ НУЖНО ТУДА ПЛЫТЬ, — запаниковал Лини, сидевший на каком-то ящике.       — Всё будет нормально, Лини. Это… просто помехи.       — Да что случилось-то?! — воскликнула Фурина. — Плыть до Инадзумы нам где-то два дня ещё. Если что.       — Вооружай экипаж.       — Ты мне уже объяснишь, что случилось?!       — Да. Пошли в каюту?       — Пошли…       Лини остался на палубе один.

IX

      Следующие два дня прошли в немыслимом напряжении.       Ковчег, казалось, не хотел идти на юг: паровые двигатели то и дело выходили из строя и сильно замедляли движение судна.       Фурина не могла уснуть.       Кинич тоже.       Лини отказывался даже подходить к радиостанции.       Остальной экипаж также пребывал в напряжении. Никто не мог сказать точно, что конкретно действовало на нервы: оглушающая тишина (ветра не было), неисправные двигатели или полное отсутствие рыбы в воде.       Радио молчало.       А жива ли ещё Инадзума?

X

      Океан. Штиль. Ковчег.       Ковчег «La République» медленно шествовал по водной глади океана. Курс на Инадзуму.