Слом

Как некоторые яндере-парни отреагируют, если ты станешь абсолютно апатичной? Когда ты настолько сломлена выходками своего похитителя, что больше не сопротивляешься, но и не потакаешь ему так, как он того хочет? Например, позволяешь себя обнимать, но лежишь при этом как безжизненное тело. Учитывая, что некоторые яндере — большие любители провокаций, как каждый из них воспримет твое состояние? Ведь кажется, будто им нравится сама «игра». Станет ли твой мучитель мягче или попытается провоцировать тебя еще сильнее? Возможно ты так устала быть его возлюбленной, что почти перестаешь заботиться о себе. Это переход из одной крайности в другую: если раньше он беспокоился, что ты мало спишь, то теперь ты начинаешь спать целыми сутками. А может, у тебя действительно нет сил подняться с кровати, как при тяжелой депрессии. Это словно твой способ отомстить, используя собственное здоровье как единственное доступное оружие. А может, ты не говоришь с ним, отвечаешь односложно, оставляешь еду нетронутой, даже если весь день голодала. Никогда не смотришь на него, если он не заставит силой, и почти не реагируешь на наказания. Просто часами смотришь в стену с пустым выражением лица, а перед сном сидишь на краю кровати, отвернувшись... глядя в никуда. Раньше ты была такой живой, а теперь — ни слов, ни эмоций, лишь пустая оболочка. Он разозлится? Опечалится? Станет наказывать тебя еще суровее?

Авантюрин

Он дразнит тебя именно ради «азарта игры» — не зря же он носит титул короля провокаций. И, честно говоря, довести тебя до такого состояния апатии, чтобы ты в итоге совсем перестала на него реагировать, было бы достижением, достойным похвалы. Однако у его выходок есть и обратная сторона: твоя терпимость к нему постепенно растет, и в какой-то момент, когда психика перенасыщается, ты просто уходишь в глухую ментальную изоляцию. Разумеется, Авантюрин замечает эти постепенные перемены — в таких вещах он крайне проницателен. Поначалу тот факт, что он не может добиться от тебя реакции, вызывает у него легкий дискомфорт. Скажем, вы ложитесь в постель, и он, едва устроившись рядом, совершенно буднично забирается своей ледяной ладонью тебе под топ и накрывает ладонью грудь. Просто ради забавы. Ты чувствуешь, как он ухмыляется тебе в затылок, явно ожидая ответной реакции, но вопреки его ожиданиям... ничего не происходит. Ты просто лежишь и терпишь, хотя он чертовски уверен, что тебе это неприятно. Более того, в последнее время ты стала пугающе покладистой — полный контраст с тем временем, когда ты пускала в ход кулаки, едва он пытался тебя обнять. Его это, безусловно, беспокоит. Но он ни за что не подаст виду. Авантюрин из тех, кто привык сохранять видимость благополучия, независимо от того, что чувствует внутри, и этот случай не исключение. Он не хочет, чтобы ты знала, как сильно на него повлияла перемена в твоем поведении. Авантюрину потребуется примерно неделя, чтобы собраться с мыслями. Он будет прокручивать ситуацию в голове снова и снова: что ему делать, является ли это медицинской проблемой, нужна ли помощь извне или он справится сам, стоит ли вообще что-либо предпринимать. В конце концов он станет чуть мягче: поубавит пыл в своих самых едких поддразниваниях, заменяя их на что-то более безобидное, станет реже инициировать свои «специфические» забавы — какое удовольствие в том, что ты просто лежишь и терпишь, не пытаясь вырваться? Вместо этого он сосредоточится на спокойной близости, вроде простых объятий. Авантюрин даже может попытаться завести разговор о чем-то глубоком и личном, если ты проявишь хоть малейшую готовность слушать.

Господин Река

Случай с Господином Рекой совершенно иной: в силу профессии он способен чувствовать твой эмоциональный упадок практически в режиме реального времени. Разумеется, ему не нужны никакие особые уловки, чтобы заметить, что ты и близко не так отзывчива, как раньше — перемены слишком осязаемы. В последнее время ты кажешься ему слишком уж мрачной. Если раньше у тебя были небольшие проблемы со сном — отчасти из-за его выходок, — то теперь ты проводишь в спальне непозволительно много времени, причем вовсе не за теми занятиями, которые он бы предпочел. Конечно, он был готов к чему-то подобному: Река вполне здраво оценивает ситуацию и понимает, что разум не может просто так справиться со столь радикальными переменами в жизни. Поначалу он пытается оценить глубину «ущерба»: например, лично выуживает тебя из постели и усаживает рядом, пока работает... но увы, ты просто роняешь голову на ближайшую поверхность и снова погружаешься в мир грез. Господин Река относится к ситуации с некоторой долей сочувствия. Он знает, что сам стал причиной этого состояния, и хотя не испытывает особого раскаяния, он все же хочет, чтобы ты знала: он никогда не желал твоего полного «отключения». Как-то днем он заходит в вашу общую спальню и застает тебя за очередной попыткой проспать остаток жизни. На самом деле ты даже не спишь — скорее, балансируешь на уютной грани между бодрствованием и дремой, просто ожидая, пока пройдут часы. Ты не делаешь ни единого движения, чтобы оттолкнуть его, когда он кладет ладонь тебе на голову и начинает нежно постукивать пальцами по коже, и он воспринимает это как зеленый свет. Чуть более мягким, но все таким же мелодичным голосом он спрашивает, как ты себя чувствуешь, не хочешь ли стакан воды. В его интонации не слышно особой тревоги — да он, по правде говоря, не так уж и обеспокоен, — но это все равно звучит по-своему утешительно. Захочешь ли ты заговорить — решать тебе. Река становится осмотрительнее. Свои самые безумные задумки он прибережет на потом, когда снова сможет получить от тебя хоть какую-то отдачу, а пока сосредоточится на том, чтобы поставить тебя на ноги. В отличие от остальных, он не принимает твою апатию на свой счет, но прекрасно понимает, что ситуация далека от идеала.

Фаенон

Фаенон — это, как обычно, сущий кошмар. Мало того что ситуация патовая, так еще и поначалу он совершенно не понимает, как вести себя в подобной ситуации. Ему потребуется время, чтобы осознать, что твоя психика разрушена до основания. В глубине души мужчина просто не может поверить, что причина этого — он сам. К тому же поначалу он пребывает на седьмом небе от счастья: наконец-то ты позволяешь ему обнимать тебя без полноценной драки. Но когда до него доходит суть происходящего, его начинает штормить, и штормить не по-детски. Он отчаянно хочет, чтобы ты была счастлива, довольна и спокойна. Но в один прекрасный день, проснувшись, Фаенон осознает: ты уже несколько суток не сопротивляешься его ласкам. Даже сейчас, когда солнце Охемы целует твою кожу, ты покорно лежишь в его объятиях — и ни один мускул в твоем теле не напряжен. После мимолетного восторга в духе «О ДА, ЧЕРТ ВОЗЬМИ!» его наспех возведенная Римская империя рушится в ту же секунду, оставляя в животе бездонную дыру. Следом обрушивается поток вопросов: «Ты болеешь?», «Ты ударилась головой?», «Я сделал тебе слишком больно?» — вплоть до вполне реального страха, а не умираешь ли ты часом. После этого Фаенон начинает окружать тебя такой гипертрофированной заботой, что ты невольно гадаешь, не лишился ли он остатков рассудка. Если бы ты знала его хуже, то всерьез бы подумала, что весь город объят пламенем. Ему особенно трудно принять этот надлом в твоем сознании по двум причинам. Во-первых, виноват он сам, и Фаенон просто не может осознать, как то, что приносит ему такое блаженство, может быть настолько губительным для тебя. А во-вторых, твоя апатия слишком сильно напоминает те состояния, с которыми он сам боролся цикл за циклом. Тот факт, что ты теперь почти не боишься того, в чем раньше видела смертельную угрозу, бьет по нему слишком сильно. В сознании мужчины происходит своего рода раскол, потому что эта тема — нечто такое, что он сам в себе пока не готов увидеть. Поэтому его реакция на это все — настоящий вихрь из всевозможных способов все исправить. Он отводит тебя к Гиацине, заставляет поговорить с другими наследниками Хризоса, следит за тем, чтобы ты много ела и проводила время на свежем воздухе, даже чаще водит тебя в город. Всё это выглядит хаотично и отчаянно — собственно, так оно и есть. Фаенон чувствует ужасную вину и действительно пытается все исправить. Но внутри него вечно борются два волка: один хочет только брать, а другой пытается тебя исцелить, так что, скорее всего, из этой затеи не выйдет ничего путного.

Воскресенье (до Звездного Экспресса)

Ох, Воскресенье-Воскресенье... Проблема в его случае такова: когда ты сдаешься, он поначалу думает, что это именно то, чего он желал. Мужчина искренне верил, что твоя идеальная покорность и тишина — это лучшее, что могло случиться. Но очень быстро осознает, как сильно ошибался. Ты почти перестаешь есть. Точнее, ты ешь, но на то, чтобы проглотить кусок, уходит вечность, и вид у тебя при этом такой, будто тебя здесь нет — ты просто механически подносишь приборы ко рту. Не то чтобы его это сильно задевало — по крайней мере, ты не устраиваешь истерик, — но он все же озадаченно выгибает бровь. Затем замечает проблемы со сном. Даже когда ты ложишься в то же время, когда он читает книгу, Воскресенье видит: ты лежишь неподвижно, дышишь ровно, но с открытыми глазами. Ты явно не отдыхаешь, а словно пребываешь в трансе. Он не комментирует это, и не пытается тебя растормошить, но солгал бы, сказав, что не начинает беспокоиться все сильнее. И наконец, мужчина обнаруживает, что в его отсутствие ты ничем себя не занимаешь. Ты не читаешь, не прибираешься от скуки и даже не выполняешь те милые маленькие поручения, которые он для тебя оставил! В этот момент ему приходится признаться самому себе: нет, это совсем не то, к чему он стремился. Сперва Воскресенье ведет себя довольно паршиво — сказывается гремучая смесь гордыни и страха неудачи. Он из тех, кто сначала выберет путь ужесточения наказаний просто чтобы посмотреть, вызовет ли это хоть какой-то отклик. Но когда ты никак не реагируешь на то, что он снова запирает тебя в клетку, мужчина понимает: нужно действовать иначе. По сравнению с тем, как яростно ты пыталась на него наброситься, когда он использовал этот трюк раньше, то, как ты теперь неподвижно лежишь за решеткой, его раздражает по-настоящему. И тогда он пускает в ход козырь: Зарянка. Это единственное, что приходит ему в голову. Было бы куда проще, если бы ты просто сорвалась на него, как обычно — тогда Воскресенье мог бы оправдать использование Гармонии. Но вот так, пытаться расшевелить тебя чем-то столь фальшивым... это почти кощунство. Так что он зовет на помощь сестру, и бедной девушке приходится часами беседовать с апатичной тенью прежней тебя, изо всех сил стараясь не выдать своего ужаса. Она воркует с тобой мягким голосом, задает наводящие вопросы, словно заправский психолог, в то время как мужчина стоит за дверью, скрестив руки на груди. И учти: если тебе не станет лучше через день-два, это превратится в регулярную пытку. Да, Воскресенье становится чуть-чуть мягче, но это почти незаметно. Он не создан для решения таких сложных проблем — отчасти потому, что никогда раньше с этим не сталкивался, а отчасти потому, что не хочет признавать свой провал. Если ты загонишь его в угол еще сильнее, он может дойти до такого отчаяния, что начнет буквально играть тобой как куклой, навязывая Гармонией фальшивую бодрость и счастье. С ним все это превращается в нечто грязное и глубоко депрессивное.

Цзяоцю

Цзяоцю, Цзяоцю... Пожалуй, он один из самых адекватных в этом списке благодаря своему прошлому, связанному с медициной. В отличие от того же Фаенона, у него достаточно внутренних ресурсов, чтобы не впасть в панику. Мужчина крайне внимателен к твоему здоровью, поэтому неудивительно, что перемены в поведении он замечает почти мгновенно. Ты слишком много спишь, и хотя обычно он только приветствует полноценный отдых, то количество часов, которое ты проводишь в постели, явно выходит за рамки того, что можно назвать здоровым. К тому же ты перестала реагировать на его выходки: из тебя больше не вытянуть эмоций, какие бы пугающие инструменты он ни доставал. Цзяоцю не подает виду, что раскусил тебя, и предпринимает тонкие попытки спровоцировать хоть какую-то искру, но ничего не работает. Именно на этом этапе мужчина и понимает: дело серьезное. Он начинает с разговора. Когда речь заходит о твоем ментальном благополучии, Цзяоцю никогда не стеснялся о нем говорить — и не запрещал высказываться тебе, но так как текущая ситуация сложнее обычного, он выделяет для этого больше времени и сил. Мужчина пытается прощупать почву, расспрашивая, не болит ли у тебя что-нибудь, нет ли проблем с аппетитом или глубоким сном. Скорее всего, Цзяоцю проведет полноценный осмотр, чтобы исключить физиологические причины, но, разумеется, ничего не найдет и быстро придет к выводу: причина твоей апатии — жизнь с ним. В решении проблемы он проявляет завидную находчивость. К счастью, Цзяоцю выше своей гордыни и понимает, что первый шаг к твоему выздоровлению — это прекращение издевательств и всего того, что причиняет тебе дискомфорт. И он действительно это делает. Мужчина перестает играть в ментальные игры — по крайней мере, так часто, а все «дикие» забавы откладывает до лучших времен. Кроме того, он обдумывает, не пойдет ли тебе на пользу общение с другими людьми — например, с Моцзэ или Фэйсяо. Его немного беспокоит, не станет ли бушующая энергия Генерала слишком сильным ударом по твоей расшатанной психике, но, поразмыслив, мужчина склоняется к тому, что социальное взаимодействие тебе необходимо. У Цзяоцю больше всего шансов вытащить тебя из этого состояния, потому что у него есть нужные знания и отсутствует эго, которое могло бы ему помешать. Хороший выбор.

Цзин Юань

И, наконец, Цзин Юань. В его заботе есть как светлые, так и темные стороны. С одной стороны, он не из тех, кто любит держать тебя в вечном напряжении, и вряд ли получает удовольствие от твоего страха, если только это не дает ему повода подойти и утешить тебя. Но с другой стороны, генерал слишком консервативен в своих методах, и именно это, скорее всего, и заставило тебя замкнуться. Большинство дней с ним проходят одинаково, и, честно говоря, почти все время, проведенное рядом с ним, можно описать как спокойное. Однако разница очевидна: раньше ты делала все возможное, чтобы он к тебе не приближался, а теперь безвольно дремлешь у него на руках, пока он работает с бумагами. Справедливости ради, генерал тебя сам туда усадил, так как этим утром ты даже не пыталась встать с постели. Ты кажешься ужасно уставшей без видимых на то причин, и мужчина не уверен, что эти короткие перерывы на сон дают тебе хоть какие-то силы. Это больше похоже на забытье. К тому же ты больше не противишься его прикосновениям. Цзин Юань знает, что бывает излишне тактильным, и если раньше ты отчаянно сопротивлялась и отталкивала его изо всех сил, то теперь максимум, на что тебя хватает — это вялая попытка увернуться, прежде чем покориться судьбе. Разумеется, эти перемены слишком явные, чтобы он их проигнорировал. Как и большинство яндере с не слишком раздутым эго, мужчина начинает с расспросов. Цзин Юань мягко касается твоего плеча, пока ты лежишь на его коленях. Когда ты приоткрываешь глаза, он ласково интересуется, все ли в порядке. Получив в ответ лишь нахмуренные брови и вялый кивок, прежде чем ты снова смыкаешь веки, генерал осознает: словами делу не помочь. На время он довольствуется тем, что мягко перебирает твои волосы, пока доделывает работу, но в его голове уже зреет план действий. Поскольку ты не делаешь ничего, что заслуживало бы наказания, ему не приходится смягчать этот аспект, но вот в чем он дает тебе передышку, так это в сексе. Цзин Юань понимает, что для тебя это может быть слишком изматывающим, поэтому на неделю-другую оставляет только самую невинную близость. Во-вторых, как бы тяжело тебе ни было, он заставляет тебя вставать с кровати и хоть чем-то заниматься. Его не волнует, что это мешает работе — ведь это своего рода чрезвычайная ситуация, поэтому он начинает проводить с тобой еще больше времени. Разумеется, мужчина все же не выпустит тебя дальше своего сада, но проследит, чтобы ты тратила время на что-то другое, кроме сна. Если ты начнешь проявлять хоть какие-то чувства по этому поводу — пусть даже раздражение — он сочтет свою стратегию победной. Единственное, чего Цзин Юань никогда не позволит, даже если это могло бы улучшить твое состояние — общение с другими людьми. Даже Яньцин под запретом из-за паранойи Генерала относительно любых социальных связей, кроме него самого. Если ты попросишь о встрече с кем-то еще, мужчина будет настойчиво избегать этой темы, но в конечном итоге ты услышишь лишь категоричное «нет».