Тихо шифером шурша...

Как яндере справляются с неизбежным разрушением твоей психики? Какой будет их реакция на то, что ты расхаживаешь по комнате, бормоча что-то себе под нос, словно разговариваешь с кем-то? Ты представляешь, что беседуешь со старыми друзьями, по которым так сильно скучаешь. Это не совсем галлюцинации, а просто активная попытка их вообразить, чтобы хоть как-то справиться с реальностью. Первым на ум приходит Блэйд, потому что его привычки и то, как он с тобой обращается — это буквально спидран по доведению психики до ручки. Эта тема вкратце была затронута в его профиле, так как это важная часть вашей с ним жизни. В какой-то момент Блэйд осознает: ему действительно нужно поумерить пыл, если он не хочет, чтобы ты окончательно лишилась рассудка в ближайшее время. Неудивительно, что ты начала говорить сама с собой. Технически у тебя есть другие люди для общения — Светлячок была бы не прочь поболтать, но его постоянная жестокость — это слишком даже для самой стойкой девушки. Поначалу мужчина притворяется, что ничего не замечает, даже когда стоит за дверью твоей комнаты и слушает, как ты рассказываешь о своем дне человеку, которого там нет. Но это заставляет его задуматься. Очевидно, что ты одинока; не «одна», а именно одинока. Поэтому он начинает рассматривать варианты. Общеизвестный факт — Блэйд полнейший профан в разговорах «ни о чем», к тому же он не доверяет себе, боясь, что может в очередной раз напасть на тебя, если Мара начнет брать верх. Поэтому мужчина просит Серебряного Волка и Светлячка взять общение с тобой на себя. Поначалу ты будешь в полном замешательстве от внезапного избытка внимания, но он надеется, что это поможет унять твою тревогу. А если Блэйд почувствует в себе особую смелость, то может попробовать поболтать с тобой сам — минут пять в день, о чем-то обыденном. Знаешь, разговоры перед сном могли бы стать его фишкой. Когда вы лежите в постели — ты, как обычно, сжалась в комочек на самом краю матраса, будто уверена, что Блэйд набросится на тебя в любую секунду. Вы окутаны тьмой, и когда мужчина уверен, что ты его не видишь — он решается заговорить. Это всегда будет вопрос, служащий зацепкой для беседы, потому что он терпеть не может быть лидером в обсуждении, так что отдает бразды правления тебе. Блэйд посчитает попытку успешной, если ему удается вытянуть из тебя хотя бы пару предложений. Затем у нас идет Бутхилл. Ситуация та же — «не одна, но одинока», — только на этот раз он сам с тобой болтает без умолку. Бутхилл по натуре тот еще болтун, так что спокойных, тихих минут у тебя будет немного, разве что ты прямо скажешь ему «заткнуться нахрен» — и даже тогда эффекта хватит максимум на полчаса. Но, увы, этого недостаточно, чтобы удовлетворить твою нужду в нормальном общении. С ним все не то. А из-за его ревности тебе едва ли позволено общаться хоть с кем-либо еще, кроме, разве что, Аргенти, когда ваши пути пересекаются. Когда Бутхилл услышит, что ты ведешь одностороннюю беседу сама с собой, его первой мыслью будет нечто вроде: «о Эоны, придется подрабатывать психотерапевтом для поехавшей девчули». Но прислушавшись к этому одинокому разговору подольше, мужчина осознает истинный масштаб проблемы. Он видит, как меняется выражение твоего лица, как ты счастливо улыбаешься, лениво объясняя воображаемому собеседнику, что делала сегодня. А потом хмуришься, оттягиваешь ворот рубашки, обнажая мириады красноватых следов от укусов на коже, и начинаешь объяснять, что «застряла с этим ужасным человеком вдали от дома». Бутхилл бы соврал, если бы сказал, что это не ударило одновременно и по его гордости, и по его чувствам. Мужчина не станет просто «проводить с тобой больше времени», хотя это первая идея, пришедшая ему в голову. Да, одиночество должно лечиться общением, но что-то подсказывает ему: тебе нужно вовсе не его внимание. Тем не менее он продолжает с тобой разговаривать, но становится как будто... осторожнее. Темы уже не такие острые и напористые, как раньше, и Бутхилл старается использовать более мягкий тон, насколько это вообще возможно. Возможно, у вас даже дойдет до разговора о том, почему ты так скучаешь по старым друзьям, когда у тебя тут рядышком целый он — такой прекрасный-распрекрасный, прямо под боком. И то, как пройдет эта дискуссия, зависит целиком от тебя. Наконец, Цзяоцю — довольно интересный случай. У него есть (псевдо)медицинское образование, и из-за этого он не может оставаться спокойным, когда застает тебя за бормотанием. Ему даже не нужно специально подслушивать — благодаря его чутким ушам и обостренному слуху у тебя просто не будет возможности делать это приватно. Но лекарь не проявит особого сочувствия — по крайней мере, сначала. Когда он слышит, как ты беседуешь с воображаемым другом, его первый порыв — немедленно это прекратить. Цзяоцю постучит в дверь, наверняка еще и напугав тебя этим, войдет и просто скажет что-то вроде: «так, ну, на сегодня хватит», и твоя маленькая беседа будет резко прервана. Он выглядит немного раздраженным тем, что ему приходится вмешиваться: его брови чуть сдвинуты в том самом характерном, слегка обеспокоенном выражении. Мужчина неловко похлопает тебя по спине и велит идти есть вместе с ним. Поначалу он кажется черствым. Цзяоцю нужно несколько ночей, чтобы собраться с мыслями и решить — полезно ли для тебя то, что ты делаешь. С одной стороны, технически разговоры с самим собой помогают упорядочить мысли, но это явно не твой случай. Да, это вроде как не причиняет тебе вреда, но он все равно не может избавиться от чувства тревоги из-за того, что ты дошла до визуализации собеседника, лишь бы унять беспокойство. Ситуация паршивая со всех сторон. Тем не менее он пытается стать лучше, чтобы помочь тебе преодолеть этот кризис. Цзяоцю дает тебе понять: если ты когда-нибудь захочешь, он готов поговорить о чем угодно, и даже если сейчас у тебя нет настроения — предложение останется в силе столько, сколько потребуется. Мужчина также старается не подкалывать тебя так часто — хотя ему это дается с трудом, — но в то же время он начнет опасаться оставлять тебя наедине с собой надолго.