Река: Кошмары

Ты резко проснулась. Глаза широко распахнулись, и ты заметила, что во сне вскинула руки перед лицом, словно отбиваясь от чего-то. Кожа была влажной от холодного пота, и мгновение ты не слышала ничего, кроме стука собственного сердца, гулко громыхавшего в ушах. Почувствовав что-то мокрое на щеке, ты провела пальцами по лицу. Снова плакала во сне. Ты уже и не помнила, когда в последний раз спала без кошмаров, наполненных невообразимыми ужасами. Или, если быть точнее, когда в последний раз нормально высыпалась, не будучи зажатой в объятиях Реки. Приподнявшись на локтях, ты прищурилась, вглядываясь в дверной проем спальни. В темноте мало что можно было разобрать, но, судя по полоске света, пробивающейся из-под двери, и тихим шагам в соседней комнате, твой похититель все еще не собирался ложиться. Какое-то время ты пыталась выровнять прерывистое дыхание. Не получалось даже вспомнить, о чем был этот кошмар: за последние несколько дней их накопилось столько, что отслеживать сюжеты стало почти невозможно. И каждый последующий был страшнее предыдущего — из уважения к собственному душевному здоровью ты не горела желанием их записывать. Впрочем, куда больше тебя интересовали временные рамки: ночные ужасы начались ровно тогда, когда ты стала отвергать ласку Реки. Твоя догадка была проста — это как-то связано с его способностями Хранителя Памяти. Тема его «подработки» всплывала в разговорах лишь пару раз, и ты не совсем понимала, что это означает на практике. Но судя по всему, он явно хорошо набил руку в определенной запретной области — манипуляции воспоминаниями. Доказательств у тебя не было, но ты была почти уверена, что все эти ночные видения — его рук дело. Они были слишком... кинематографическими, чтобы оказаться плодом твоего собственного подсознания. Ты устала. Смертельно устала. Как бы тебе того ни хотелось, накопившееся утомление начинало сказываться на всем: днем становилось все труднее на чем-то сосредоточиться, ты стала крайне раздражительной. Это далеко не самое лучшее качество, когда имеешь дело с кем-то вроде Реки. Особенно бесила его спутница-лягушка: на днях ты была в шаге от того, чтобы в сердцах сбросить это глупое создание со стола. Смахнув остатки дремы, ты решила, что не готова к новой встрече с кошмарами прямо сейчас. Вместо этого ты нерешительно поднялась с кровати. Стараясь не шуметь, ты опустила ноги на пол и выпрямилась, поправив подол ночной сорочки. Осторожно, чтобы не споткнуться в темноте, на цыпочках подошла к двери. Последний раз тоскливо взглянув на тусклые очертания кровати, подошла к двери и тихонько ее приоткрыла. Река сидел на диване перед столом, скрестив ноги и держа в руке ручку. Он задумчиво крутил ее между пальцев, но когда заметил, что ты подглядываешь за ним через щелочку, его лицо просветлело. — О боже, — произнес мужчина, откладывая ручку в сторону от листа бумаги, над которым работал. — Не слишком ли поздно для тебя, дорогая? Ты могла бы сказать то же самое о нем. Мужчина засиживался до рассвета, погруженный в написание своих сценариев и бог знает во что еще. Его привычки стали для тебя настоящей головной болью: ты бы предпочла, чтобы он засыпал первым — тогда тебе не пришлось бы полночи отбиваться от его рук. Но по какой-то причине у тебя не хватало силы воли бодрствовать дольше девяти вечера. Ты подозревала, что и здесь не обошлось без его участия, но, как и в случае с кошмарами, поделать с этим ничего не могла. Река ждал ответа, слегка склонив голову. Поскольку ты не спешила порадовать его звуком своего голоса, он прикрыл глаза с привычной слабой улыбкой. — Неважно, — вздохнул мужчина, на мгновение выпрямившись, прежде чем снова откинуться на спинку дивана. Он похлопал по пустому месту рядом с собой. — Я буду только рад, если ты присоединишься ко мне. Ты замерла в дверях в своей ночной одежде, неподвижная, как статуя. И, сглотнув комок в горле, поджала губы. — Это делаешь ты, — проговорила ты тихо, словно не доверяя собственным словам. Река вскинул брови. Он отодвинулся от стола и повернулся к тебе всем телом. — Не совсем понимаю, о чем ты, дорогая, — сказал мужчина, глядя на тебя с нескрываемой заинтересованностью в проницательных глазах. — Сны, — ты обхватила себя руками, вздрагивая от остатков ночного холода в теле. — Это ты заставляешь меня их видеть. Река вздохнул. Проведя рукой по волосам, Река поймал твой взгляд. — Какое серьезное обвинение, — произнес он с какой-то странной интонацией. — Прекрати это, — потребовала ты, расправив плечи в попытке выглядеть решительнее, хотя эта попытка явно провалилась. По правде говоря, этот человек вызывал в тебе особый вид страха — тебе совсем не нравилась нынешняя… сцена. Его взгляд стал острее, а ухмылка — шире. Едва уловимое изменение в выражении лица подсказало: разговор вот-вот примет неприятный оборот. — Ну-ну, солнышко. Давай не будем торопить события, — Река лениво забарабанил пальцами по столешнице, словно что-то замышляя. — Я уверен, ты понимаешь, что у этих «хоррор-шоу» в твоих снах есть причина? — Чего ты от меня хочешь? Ты смотрела на него исподлобья, сжимая рукава сорочки; на твоем изможденном лице наверняка застыло какое-то невероятно жалкое выражение. Мужчина смотрел в ответ без тени сочувствия, лишь наблюдая за твоей реакцией со своим привычным пытливым любопытством. — Мне казалось, я выразился достаточно ясно. Его рука изящно скользнула со стола и снова легла на подушки дивана; на этот раз он похлопал по ним более настойчиво. Ты уставилась на него со всей враждебностью, на которую только была способна. Но стратегия не сработала — Река даже глазом не моргнул, оставаясь непоколебимым. Торги, переговоры, угрозы... С ним ничего не работало. Даже взывать к его человечности было бесполезно. — Ты обещаешь, что они прекратятся, если я... — твой голос утих до шепота, и предложение осталось незаконченным. — Разумеется, — заверил Река, отвечая на твой невысказанный вопрос. Мужчина потянулся к другому краю дивана за подушками. Взяв одну, он немного взбил ее и прислонил к своему бедру. Ты ненавидела то, как крепко он держит тебя на крючке. Это все было более чем унизительно, но в то же время он предлагал тебе все, в чем ты нуждалась, — ценой твоего достоинства. Ты нахмурилась. Сделала шаг, затем другой. Низко опустив голову, чтобы избежать позорной встречи с его взглядом, ты пересекла комнату и медленно к нему подошла. Без единого слова забралась на диван и опустила голову на подготовленную подушку. — Вот и умница, — выдохнул Река, когда ты устроилась на подушках. — Минутку, всего минутку! Твоя голова качнулась вслед за его движениями, когда он выпрямился и снял плащ. Он осторожно встряхнул одежду и накрыл ею твое тело. — Приятных снов, дорогая. Его ладонь легла тебе на макушку. Мужчина принялся лениво перебирать пряди волос. Пальцы скользили по коже головы мягкими, успокаивающими движениями, рисуя невидимые узоры. С каждой лаской веки становились все тяжелее, и вскоре ты погрузилась в сон под тихий скрип ручки по бумаге.