Тревожное затишье

Странный мужчина велел всем стать в паровозик и передвигаться так, чтобы кукла не могла засечь движения людей. На следующем «зеленом свете» Эмма окинула глазами периметр зала, ища фиолетовую макушку, которая оказалась буквально в паре метров от нее. Это мимолетное движение не укрылось от Саши Филина. «Красный цвет» Пара-тройка выстрелов. Человек, стоящий перед Эммой упал. « зеленый свет» - Эмма двинулась вперед. Кукла уже должна была вот-вот обернуться, как вдруг Эмма случайно наступила на руку выбывшего игрока, потеряла равновесие и чуть было не упала. Чьи- то сильные руки подхватили ее перед самой землей. Кукла обернулась, пошарила глазами, отвернулась. Спаситель Эммы помог ей подняться. « спасибо большое! Если бы не… Танос?!» « для тебя Су Бон, my flower” Его лицо было так близко, что Турецкая могла разглядеть едва заметные веснушки на его лице. « Красный свет!» Они простояли так до следующего зеленого цвета, а потом продолжили движение. Вскоре команда целым составом добралась до финиша. "Зеленый свет…" – прозвучало, наконец, облегчением. Холодная механическая кукла отвернулась. Команда "Наследников" в полном составе, с бешено колотящимися сердцами, уцелела в первой игре. Никто не упал, не дернулся, не сделал фатальной ошибки. Но радости от этого почти не было. Все понимали, что это только начало. *** По приказу того же бесстрастного голоса, их перевели в помещение где они проснулись. Это был большой зал с длинными рядами кроватей, которых к слову стало меньше. Атмосфера была гнетущей. Практически сразу после прибытия, Гриша Валуев, пытаясь хоть как-то загладить свою глупость с попыткой разбить камеру, предложил построить баррикаду. Остальные, недолго думая, поддержали эту идею. Перевернув кровати и сдвинув их, они создали шаткое, но все же какое-то подобие защиты. Теперь они сидели, дежуря посменно. Время тянулось мучительно медленно. Вася Рыбин, сжимая в руках пустую бутылку из-под воды, нервно дергал ногой. Полина Борисова, на удивление собранная, внимательно осматривала периметр. Антоний Толмацкий, привалившись к стене, курил одну сигарету за другой. Лидия Чистякова-Ионова пыталась придумать способы выжить. Саша Морозова о чем-то задумалась. Эммануэль Турецкая сидела рядом с Сашей Филиным, пытаясь привести в порядок свой растрепанный вид. Саша же, исподтишка наблюдал за Эммой. "Слушай, Эм," – нарушил, наконец, молчание Филин. "Что это за парень к тебе перед первой игрой подкатывал?ну потом он еще поймал тебя, помнишь? С этими фиолетовыми волосами." Эммануэль слегка покраснела. "Ты о Су Боне ? Ну... просто познакомились и все. Он рэпер. мы просто немного поболтали» "Рэпер, говоришь?" – скептически произнес Саша. "Что-то я не слышал о нем . Скорее похож на наркомана. Кстати, прости за то, что не я тебя спас. Я не успел добежать» Эммануэль нахмурилась. "Саш, ну что ты начинаешь? Это не твое дело, с кем я общаюсь." Саша отвернулся, делая вид, что рассматривает серые стены. Ему не нравилось, что она говорит о Су Боне, ему не нравилось, что не он, а этот спас Эмму, ему не нравилось, что этот чуть не поцеловал ее, ему не нравилось, что она покраснела. Ревность, колючая и неприятная, заползала под кожу. Но он никогда не признается ей в этом. Слишком рано. Слишком нелепо, учитывая обстоятельства. "Просто спрашиваю," – буркнул он. "Интересуюсь жизнью товарищей по несчастью." Они замолчали. В воздухе повисла напряженность. Эммануэль чувствовала на себе его пристальный взгляд, но старалась не обращать на него внимания. Она и сама не понимала, что чувствует к Саше. Их связывали долгие годы знакомства и конкуренции, случайные встречи и мимолетные разговоры. Но сейчас, в этой безумной ситуации, все казалось другим. Она видела в Саше не только избалованного наследника, но и человека, испытывающего страх и неуверенность. И это, почему-то, трогало ее. Внезапно, экран ожил. "Внимание, участники," – прозвучал леденящий душу голос. "Вам предоставлено время для отдыха и обсуждения стратегии. Следующая игра начнется завтра. Желаем удачи." Изображение на экране сменилось на статичную помеху. Вдруг к их укреплению кто-то подошел. « He, my flower, ты как там? Может ко не в убежище?» « Нет, прости…» - Эмма не успела договорить, ее оборвал Саша Филин « не пойдет она никуда. И ты сам шлепай куда шел» « завали ебало, тебя вообще не спрашивали.» « Тише, ребята, спокойно. Танос, прости, давай завтра поговорим?» « хорошо, my flower” Танос удалился восвояси Тишина в зале снова стала гнетущей. День. Еще день, чтобы подготовиться к тому, что их ждет дальше. Что на этот раз приготовили эти безумцы? И сколько из них выживут в следующей игре?