Глава первая - Ворона

Девочка шла по тёмному кладбищу, про которое уже все давно забыли. Её окружали лишь кроны деревьев и крики ворон. Небо было очень тёмное, даже луна не помогала в такой темноте. Девочка просто шла. Шла и шла пока не дошла до самого конца кладбища. Там рядом друг с другом лежали две могилы. Девочка опустилась на колени и положила руки на них. Она просто смотрела. В этой мрачной и страшной обстановке девочка чувствовала себя хорошо. Она не боялась внезапных шорохов, крика птиц, лай собак которые находились неподалёку. Она сидела прикрыв глаза. Внезапно земля на могилах начала разлетаться. Будто её разрыхляла невидимая собака. Из земли показалась одна рука… -Игнатьева, хватит дрыхнуть, а то всё проспишь, - из сна вывел девочку голос. Девочка плавно подняла спину с кровати. Руки у неё были сложены крестом на плечах. Игнатьева спала всегда на спине, как покойник. -Чего тебе Романова? - спросила девочка ледяным голосом. -Да ничего, просто потом воспитательница ругаться будет если мы все вместе не выйдем на завтрак… -Вы же знаете что я встаю ровно в семь утра! Зачем меня будить на пол часа раньше! - сорвалась на крик Игнатьева. Её крик резал воздух и души как скальпель. Романова не сдержалась и убежала с комнаты. Игнатьева ухмыльнулась. Её в детском доме все боялись, даже почти совершеннолетние ребята, хотя девочке было всего одиннадцать. А всех больше пугалась её соседка по комнате. Много соседок девочка перетерпела, но больше чем на один или три месяца никто не задерживался. Игнатьева встала и пошла переодеваться. А что теперь делать если разбудили раньше? Не спать же снова ложится! Девочка подошла к зеркалу и стала расчёсываться. Её чёрные волосы были уже ниже колена. Расчёсывая волосы она смотрела через зеркало на свои карие глаза, которые больше походили на чёрные. У неё была бледная как фарфор кожа. Летом она почти не выходила из комнаты, не раздвигала шторы, не открывала окон и не включала свет. Была одна темнота в её комнате. Но Игнатьевой это нравилось. Расчесав волосы которые она почти никогда не заплетала, подведя глаза чёрным карандашом, девочка стала одеваться. Чёрные джинсы, массивные ботинки, кофта с горлом тоже чёрная. Взяв кожаную сумку через плечо Игнатьева вышла из комнаты и пошла завтракать. Когда она пришла, села за самый дальний столик у окна , начала есть творожную запеканку. -Игнатьева Вероника Геннадьевна! Это что такое?! Зачем Катюшу пугать! - крикнула подошедшая к столу воспитательница. Все ребята обернулись на них. Девочка даже не посмотрела в сторону женщины, так же продолжала смотреть в окно и есть. -Вероника! Я с кем разговариваю! - уже на пределе сказала женщина. -Людмила Георгиева, Романову я не пугала, просто сказала , что меня будить раньше не надо. - ответила Вероника не смотря на Людмилу. -Вероника, остановись! Ты всех соседок распугала, с тобой никто не хочет жить! Ты что одна чтоли будешь? - жалобным голосом произнесла воспитательница. -Я этого и хочу. - тихо произнесла холодным голосом Вероника. -ладно, живи одна! Только больше никого не пугай! - сказала Людмила Георгиева и ушла вместе с Романовой. Воспитательница Людмила Георгиева было полной женщиной сорока лет. Её белые волосы еле доставали до плеч, а глаза были голубыми. Ходила всегда в платьях семидесятых годов. Ну а Катя Романова была её любимицей. Русые волосы по поясницу, зелёные глаза, милое личико и вообще пай девочка. Вероника думала, что больше её никто не потревожит, но она ошиблась. -Ооо, девочка смотрите, наш гот сидит! - насмешливо сказала Дарина своим подругам - подстилкам. Игнатьева не обернулась. Она научилась, что если хочешь чтоб от тебя отстали, не надо обращать на них внимание , со временем им надоесть говорить с тем кто не обращает на них хоть каплю внимания. Да и разговаривают с отсталыми людьми, что толку? Вероника ставила себя выше Дарины и не хотела опускаться до её уровня. -Эууу, сиротка? Чего молчишь? - продолжала насмехаться девочка. -Так ты же тоже сиротка? - ледяным и спокойным голосом спросила Игнатьева. Дарина немножко под напряглась. -Я не надолго здесь… скоро мой папа приедет с войны и заберёт меня! - крикнула девочка. -А ты знала , что кто приезжает с войны целым,долго не живёт. - ответила Вероника,улыбнулась совсем не доброй улыбкой и резко ткнула вилкой в запеканку. Дарина вскрикнула. -псих! - последнее, что сказала девочка и ушла со своими подстилками. Игнатьева так и продолжала улыбаться с вилкой в руке. -привет, Уэнс.- сказал кто-то. Этим кто-то был её друг , Глеб Склепов. Такой же как и она. Чёрные волосы по плечи, тёмные глаза всё как у Вероники. -привет, Скелет. - ответила Игнатьева. Уэнс и Скелет , прозвища которые дали друг другу друзья. Вероника - Уэнс потому что её многие сравнивали с Уэнсдэй Аддамс. А прозвище Глеба - Скелет из-за фамилии. Игнатьева иногда говорила, что завидует его фамилии. Глеб сел напротив девочки. -Слышала? У нас новенькая походу будет, - сказал новость парень. -Надеюсь эту девку ко мне не подселят! - сказала режущим голосом Вероника. -Ты что? Романову выгнала из комнаты? Хахаха, Ника, когда ты остановишься? - рассмеялся Глеб. Глеб был на два года старше Игнатьевой, только ему девочка позволяла называть себя «Никой» . Не любила эту форму имени она. -ну да, ладно, ты что после уроков делать будешь? - спросила Вероника. -не знаю, может Жубрина по пугаю, чтоб не расслаблялся. - посмеялся Склепов. Парень ещё как то выражал эмоции, не как Вероника. На её лице вечно было безразличие. -Лады, Никусь, я пошёл, на обеде встретимся. - сказал Глеб и удалился. Вероника тоже долго не сидела и пошла на уроки. *** Игнатьева стояла на крыше здания. Ветер развивал её волосы. Глаза девочки были закрыты. «Мне этот странный сон снится на протяжении нескольких месяцев, может это что-то значит, а может эти покойники… мои родители?» - подумала Вероника. Девочка не знала как на самом деле умерли её родители и как она оказалась в детском доме. Воспитатели говорили , что её родители умерли в автокатастрофе, когда Игнатьевой не было и года. А некоторые, которые Веронику недолюбливали, говорили, что её родители были наркоманами и умерли от передоза. Девочка в эти сказки не верила. Она пообещала себе, что когда нибудь она узнает правду о своих родителях. Вероника решила, что когда её выпрут из детского дома, она поступит в лучший университет. Её должны взять , так как училась Игнатьева хорошо. Но она понимала, что этой программы ей не хватит, и Вероника занималась ещё после уроков у себя в комнате. Игнатьева расписала свою жизнь ещё в пять лет. Она уже тогда понимала, что тут, в детском доме , ей ничего на блюдечке не принесут. Когда задирали старшие , то воспитателям было, мягко говоря всё равно. И тогда Игнатьева и стала такой какая она сейчас. Закрытая, без эмоциональная, порой жестокая и эгоистичная. «Ну а как ещё здесь выжить?» - отвечала Вероника когда ребята спрашивали почему она такая. Игнатьева никому не открывалась полностью, даже Глебу. Она говорила: «откроешь душу неправильному человеку , туда плюнут и сделают больно. Жизнь это игра в которой надо выиграть, а ты не выиграешь если будешь слишком наивным и доверять каждым вторым людям». Глеба конечно она не считала левым или неправильным человеком, но всё равно, что-то её останавливало, открыться парню полностью. Так же была у Вероники змея - белый питон,по имени Кай. Змей слушался только её. Если она скажет вылезти , то он вылезет. Если скажет спрятаться то спрячется. Других же людей он считал врагами и не признавал их. На прикроватной тумбочке, в её комнате,стояла стопка книг. На ней были не такие классические книжки, а настоящие детективы и хорроры. Веронике их читать было одно удовольствие. Особенно ночью. Вдруг над крышей закружила стая воронов. Одни ворон прилетел и сел Игнатьевой на плечо. -Карл! Ты прилетел! - сказала Вероника. Ворона по имени Карл , она приютила лет пять назад. Тогда уже девочка забиралась на крышу. Там она увидела ворона, у которого было сломано крыло. Игнатьева отнесла его в медпункт детского дома. Когда крыло пришло в норму, воспитатели не разрешили ему жить в дет доме, в комнате девочки. Но Карл и Вероника уже привыкли друг другу! Девочке пришлось его отпустить на волю. Но с тех пор , она каждый день и в одно и тоже время приходит на крышу и ждёт своего ворона. «Да ты сама как ворона!» - поговаривал Глеб. После его хохмы , весь детский дом часто называл Веронику вороной. А Игнатьевой это нравилось. Просидев час на крыше с вороном на плече и с змеёй на коленях, Вероника начала собираться обратно в детский дом. Покормив Карла и положив змею вокруг своей шеи, девочка начала спускаться. После того как Игнатьева оказалась в здании её встретил Склепов. -Ты пропустила ужин, я прихватил тебе еды.- произнёс Глеб. -спасибо,- поблагодарила девочка друга и пошла в комнату. -На крыше была? - внезапно спросил Склепов. -да, - кратко ответила девочка и зашла в комнату. Вероника осмотрела свою комнату. Тёмная. Шторы закрывали окна, свет выключен. Всё как обычно! Чёрная кровать. Рядом с кроватью тумбочка на которой лежат книги. А в углу комнаты стоит футляр. Игнатьева подошла к футляру. -Давно что-то не играла. - хмыкнула девочка. Она взяла футляр. В футляре была чёрная скрипка, единственное что осталось ей от родителей. «Никогда бы не подумала, что мои родители , были музыкантами!» - подумала Вероника. Когда девочку пришли забирать в детский дом, то увидели её в обнимку с футляром. И Веронику забрали вместе с ним. Позже , лет так а пять , Игнатьева начала учится играть на скрипке. У неё получалось! В комнате был выход на маленький балкончик, Вероника вышла туда. Расположила инструмент правильно и начала играть. Звучание было красивое, чистое, ласкающее слух. Можно было засесть и слушать вечно. Да и сама Игнатьева любила свою скрипку. Когда ей было плохо - скрипка рядом. Когда её не понимали и травили - инструмент рядом. Так и прожила Игнатьева свои одиннадцать лет неразлучно со скрипкой. Когда девочка закончила играть, она бережно положила инструмент в футляр и занесла в комнату. «Всё таки, как хорошо жить одной, никто тебя не будет просить перестать играть, видите ли, ему спать хочется» - подумала Игнатьева перед сном и плюхнулась на кровать.