Глава 39

Дверь ​оружейной ​мастерской ​открылась, ​и ​Лео ​вышел, ​зевая. ​ ​Сначала ​он ​направился ​в ​ванную ​и ​принял ​долгий, ​расслабляющий ​душ. ​ ​Затем ​он ​рухнул ​на ​кровать. ​В ​тот ​момент, ​когда ​его ​голова ​коснулась ​подушки, ​он ​заснул ​сном ​младенца. ​ ​Он ​не ​вставал, ​пока ​солнце ​почти ​не ​село. ​ ​Почистив ​зубы ​и ​умывшись, ​он ​вернулся ​в ​оружейную ​мастерскую. ​ ​Пол ​был ​завален ​деталями ​и ​инструментами, ​которые ​он ​ещё ​не ​успел ​убрать. ​ ​Но ​внимание ​Лео ​было ​полностью ​приковано ​к ​столу. ​ ​Точнее, ​к ​двум ​Силовым ​Наручам, ​лежащим ​на ​нём. ​ ​Снаружи ​они ​выглядели ​как ​наручи ​средневековых ​европейских ​рыцарей. ​ ​После ​полировки ​Силовые ​Наручи ​блестели ​стальным ​серебристым ​светом ​под ​люминесцентной ​лампой. ​ ​Основным ​материалом, ​использованным ​для ​изготовления ​этих ​наручей, ​был ​не ​обычный ​металл, ​ ​а ​Тайренская ​Сталь. ​ ​Некоторые ​из ​более ​дорогих ​киберконечностей ​также ​изготавливались ​из ​этого ​материала, ​поскольку ​он ​обеспечивал ​превосходную ​пулестойкость. ​ ​Внутри ​каждого ​наруча ​был ​встроен ​небольшой ​двигатель. ​Этот ​двигатель ​давал ​носителю ​огромную ​Физическую ​Силу, ​схожую ​с ​установкой ​Рук ​Гориллы. ​ ​Лео ​изготовил ​парные ​Силовые ​Наручи, ​один ​для ​левой ​руки ​и ​один ​для ​правой. ​ ​Надев ​их, ​можно ​было ​крушить ​врагов ​кулаками, ​но ​при ​этом ​по-прежнему ​обращаться ​с ​огнестрельным ​оружием ​— ​никакого ​компромисса. ​ ​Лео ​надел ​оба ​Силовых ​Наруча. ​ ​Он ​сжал ​и ​разжал ​пальцы, ​ ​затем ​нанёс ​несколько ​ударов, ​отработал ​несколько ​блоков ​и ​принял ​различные ​позы. ​ ​Не ​было ​никакого ​ощущения ​помехи. ​ ​Он ​взглянул ​на ​стену. ​ ​Подумав ​мгновение, ​он ​подавил ​порыв ​испытать ​своё ​новое ​творение ​прямо ​там. ​ ​В ​конце ​концов, ​это ​была ​его ​собственная ​квартира. ​ ​Если ​бы ​он ​что-нибудь ​разрушил, ​ему ​пришлось ​бы ​вызывать ​кого-то ​для ​починки. ​ ​Лео ​решил ​выйти ​и ​посмотреть, ​не ​найдётся ​ли ​поблизости ​несколько ​Мусорщиков ​— ​он ​хотел ​использовать ​их ​в ​качестве ​подопытных. ​ ​Так ​стена ​избежала ​катастрофы. ​ ​Он ​только ​что ​вошёл ​в ​лифт, ​когда ​ему ​поступил ​голозвонок ​от ​Джеки. ​ ​— ​Лео, ​ты ​выбрался ​из ​своей ​берлоги? ​ ​Лео ​сообщил ​Ви ​и ​Джеки, ​что ​закроется, ​чтобы ​поработать ​над ​Силовыми ​Наручами. ​ ​Он ​сказал ​им ​звонить ​или ​заходить, ​если ​он ​им ​срочно ​понадобится, ​даже ​если ​он ​будет ​занят ​своим ​проектом. ​ ​Он ​ещё ​не ​поделился ​хорошей ​новостью ​о ​завершении ​своего ​творения, ​но ​теперь ​звонил ​Джеки. ​ ​Это ​могло ​означать ​только ​одно ​— ​что-то ​случилось. ​ ​— ​В ​чём ​дело, ​Джеки? ​Ты ​неважно ​выглядишь. ​ ​Следующие ​слова ​Джеки ​заставили ​Лео ​замереть ​на ​месте. ​ ​— ​У ​Падре ​проблемы. ​ ​… ​ ​А ​теперь ​вернёмся ​на ​неделю ​назад. ​ ​Фидель ​вошёл ​в ​захудалый ​мотель ​где-то ​в ​Хейвуде. ​ ​Санитарные ​условия ​в ​мотеле ​были ​ужасными ​— ​настолько ​плохими, ​что ​даже ​по ​меркам ​Найт-Сити ​он ​был ​невероятно ​грязным. ​ ​Вдобавок ​ко ​всему, ​вывешенные ​на ​стойке ​регистрации ​цены ​были ​возмутительно ​высокими. ​ ​Всё ​это ​гарантировало, ​что ​этот ​сомнительный ​мотель ​редко ​видел ​настоящих ​клиентов. ​ ​Но, ​с ​другой ​стороны, ​этот ​мотель ​на ​самом ​деле ​не ​занимался ​предоставлением ​жилья. ​ ​И ​Фидель ​пришёл ​не ​для ​того, ​чтобы ​переночевать. ​ ​Он ​был ​одним ​из ​людей ​Падре, ​посланным ​сюда ​специально ​для ​закупки ​материалов ​и ​деталей ​для ​производства ​технооружия. ​ ​Человек ​за ​стойкой ​регистрации ​окинул ​Фиделя ​взглядом ​и ​кивнул ​головой ​в ​сторону ​ближайшей ​двери. ​ ​— ​Входи. ​ ​— ​Сколько ​раз ​я ​уже ​здесь ​был? ​Ты ​мне ​до ​сих ​пор ​не ​доверяешь? ​ ​Несмотря ​на ​ворчание, ​Фидель ​всё ​же ​послушно ​вошёл ​в ​маленькую ​комнату ​рядом ​со ​стойкой ​регистрации. ​ ​Места ​едва ​хватало ​на ​двух-трёх ​человек. ​ ​Как ​только ​он ​вошёл, ​дверь ​за ​ним ​закрылась. ​Сканирующий ​луч ​прошёлся ​туда-сюда. ​ ​— ​Огнестрельное ​оружие, ​не ​обнаружено. ​ ​— ​Клинки, ​не ​обнаружено. ​ ​— ​Взрывчатые ​вещества, ​не ​обнаружено. ​ ​— ​Биооружие, ​не ​обнаружено. ​ ​— ​Подслушивающие ​устройства ​или ​трекеры, ​не ​обнаружено. ​ ​Прошла ​почти ​целая ​минута, ​прежде ​чем ​дверь ​комнаты ​наконец ​снова ​открылась. ​ ​— ​Видишь? ​Говорил ​же, ​я ​чист. ​ ​— ​Поднимайся ​наверх. ​Они ​тебя ​ждут. ​ ​Фидель ​поднялся ​на ​второй ​этаж, ​словно ​это ​было ​само ​собой ​разумеющимся, ​прошёл ​по ​коридору ​до ​самого ​конца, ​ ​и ​толкнул ​дверь ​с ​надписью ​«Запасный ​выход». ​ ​За ​ней ​скрывалась ​потайная ​комната. ​ ​Внутри ​ждали ​несколько ​мужчин. ​ ​Один ​из ​них ​указал ​на ​спортивную ​сумку ​на ​столе. ​ ​— ​Детали ​и ​материалы, ​которые ​ты ​хотел, ​все ​упакованы. ​Хочешь ​пересчитать? ​ ​— ​Нет ​необходимости. ​Я ​вам ​доверяю. ​— ​Фидель ​приоткрыл ​сумку ​ровно ​настолько, ​чтобы ​убедиться, ​что ​всё ​необходимое ​на ​месте, ​и ​на ​этом ​остановился. ​ ​Он ​кивнул, ​в ​обоих ​его ​глазах ​мелькнуло ​слабое ​свечение. ​ ​— ​Я ​отправил ​вам ​деньги. ​ ​— ​Спасибо, ​чувак. ​ ​— ​Ладно, ​я ​пошёл. ​ ​Он ​поднял ​спортивную ​сумку, ​вышел ​из ​мотеля, ​бросил ​её ​в ​багажник ​машины ​и ​уехал. ​ ​Только ​после ​его ​ухода ​мужчины ​в ​мотеле ​начали ​разговаривать. ​ ​— ​Знаете, ​этот ​парень ​— ​настоящий ​чудак. ​Время ​от ​времени ​он ​прибегает ​к ​нам ​за ​припасами. ​Если ​Падре ​нужно ​технооружие, ​почему ​бы ​просто ​не ​купить ​его ​напрямую? ​Зачем ​возиться ​с ​деталями ​и ​материалами? ​Он ​вообще ​способен ​их ​изготовить? ​ ​В ​2022 ​году ​над ​кем-то ​могли ​бы ​посмеяться, ​сказав: ​«Ты ​что, ​проскочил ​мимо ​девятилетнего ​обязательного ​образования?» ​ ​Но ​к ​2077 ​году ​эта ​фраза ​уже ​не ​применялась. ​ ​Потому ​что ​многие ​люди ​не ​закончили ​даже ​начальную ​школу. ​ ​Образование ​в ​Найт-Сити ​распределялось ​так ​неравномерно, ​что ​те, ​кто ​получал ​образование, ​получали ​первоклассное ​обучение, ​в ​то ​время ​как ​те, ​кто ​нет ​— ​за ​исключением ​базовой ​грамотности ​— ​практически ​ничего ​не ​знали. ​ ​Образование ​и ​технологии ​были ​жёстко ​монополизированы ​мегакорпорациями. ​ ​Как ​ни ​странно, ​среди ​низших ​классов ​лучше ​всего ​с ​образованием ​справлялись ​Кочевники. ​ ​Потому ​что ​с ​детства ​от ​Кочевников ​ожидалось, ​что ​они ​будут ​вносить ​вклад ​в ​свой ​клан ​или ​племя, ​следуя ​давней ​традиции ​американского ​сельского ​семейного ​воспитания. ​ ​Учителя ​Кочевников ​брали ​на ​себя ​ответственность ​за ​обучение ​как ​взрослых, ​так ​и ​детей, ​и ​в ​большинстве ​лагерей ​были ​мобильные ​библиотеки ​и ​узлы ​связи, ​чтобы ​они ​могли ​поддерживать ​связь ​с ​остальным ​миром. ​ ​В ​более ​крупных ​лагерях ​Кочевников ​были ​даже ​свои ​передвижные ​кинотеатры ​и ​театры. ​ ​Их ​учебная ​программа ​была ​прагматичной, ​с ​упором ​на ​такие ​предметы, ​как ​механика, ​сельское ​хозяйство ​и ​инженерия ​— ​те ​знания, ​которые ​помогали ​им ​лучше ​выполнять ​свою ​работу. ​ ​Некоторые ​Кочевники ​даже ​углублялись ​в ​классическую ​литературу ​или ​философию. ​ ​Во ​многих ​случаях ​речь ​Кочевников ​была ​более ​тонкой ​и ​сложной, ​чем ​язык, ​на ​котором ​говорило ​большинство ​жителей ​Найт-Сити. ​ ​— ​А, ​какая ​разница, ​чего ​он ​хочет? ​Мы ​всё ​равно ​собирались ​продать ​эти ​детали. ​Какая ​разница, ​кто ​их ​купит? ​По ​крайней ​мере, ​Падре ​платит ​лучше ​большинства. ​Мне ​этого ​достаточно. ​Не ​нужно ​слишком ​много ​думать. ​ ​— ​Я ​слышал, ​на ​территории ​Падре ​куча ​оружейных ​магазинов ​начала ​массово ​продавать ​технооружие. ​Цены ​ниже, ​чем ​в ​других ​магазинах, ​плюс ​они ​предлагают ​послепродажное ​обслуживание: ​только ​обмен, ​без ​ремонта. ​Все ​в ​Хейвуде ​стекаются ​туда ​за ​пушками. ​ ​— ​Наверное, ​знает ​кого-то, ​кто ​заведует ​складом ​корпорации. ​Так ​же, ​как ​и ​мы ​— ​получаем ​зарплату ​в ​компании, ​но ​мухлюем ​с ​инвентарём, ​чтобы ​стащить ​несколько ​предметов ​и ​перепродать ​их ​снаружи. ​Неудивительно, ​если ​у ​Падре ​есть ​такая ​связь. ​ ​— ​Он ​не ​хороший ​парень, ​но ​он ​старомоден. ​Любит ​играть ​по ​правилам. ​Если ​бы ​я ​мог ​работать ​под ​его ​началом, ​было ​бы ​не ​так ​уж ​плохо. ​Я ​слышал, ​он ​никогда ​не ​обижает ​своих ​людей. ​ ​Они ​с ​завистью ​смотрели ​в ​том ​направлении, ​куда ​уехал ​Фидель. ​ ​Наконец ​один ​из ​них ​заговорил. ​ ​— ​Как ​думаете, ​технооружие ​в ​тех ​магазинах ​под ​контролем ​Падре ​может ​быть ​связано ​с ​деталями, ​которые ​мы ​ему ​продали? ​Может ​быть, ​на ​него ​работает ​оружейник, ​способный ​создавать ​технооружие? ​ ​— ​Логично. ​Но ​и ​что ​с ​того? ​Не ​забывайте, ​мы ​просто ​кучка ​корпоративных ​псов, ​таскающих ​вещи, ​чтобы ​подзаработать ​на ​стороне. ​Всё ​это ​не ​имеет ​к ​нам ​никакого ​отношения, ​верно? ​ ​Первый ​мужчина ​фыркнул. ​ ​— ​Ты ​будешь ​чертовски ​неправ, ​если ​так ​думаешь. ​Ты ​понимаешь, ​что ​есть ​люди, ​которые ​заплатят ​хорошие ​деньги ​за ​такую ​информацию, ​верно? ​ ​Видя, ​что ​остальные ​всё ​ещё ​выглядели ​озадаченными, ​ ​он ​продолжил, ​стараясь ​сохранять ​терпение. ​ ​— ​Банда ​«Шестой ​улицы» ​в ​последнее ​время ​конфликтует ​с ​«Валентино». ​Они ​уже ​давно ​хотят ​отхватить ​Уэллспрингс ​у ​Хейвуда. ​ ​— ​Представьте, ​если ​«Шестая ​улица» ​узнает, ​что ​на ​Падре ​работает ​оружейник, ​способный ​создавать ​технооружие. ​Как ​думаете, ​что ​они ​сделают? ​ ​Шок ​отразился ​на ​лицах ​всех ​присутствующих. ​ ​— ​Это… ​неправильно, ​да? ​Мы ​ведём ​дела ​с ​Падре, ​а ​теперь ​собираемся ​его ​сдать? ​Это ​хреново, ​чувак. ​ ​Он ​усмехнулся. ​ ​— ​Что ​«хреново»? ​Мы ​надрывали ​задницы, ​учась, ​чтобы ​попасть ​в ​корпорацию, ​и ​что ​потом? ​ ​— ​Потому ​что ​у ​нас ​нет ​связей ​или ​покровителей, ​любой ​может ​нас ​растоптать. ​Наши ​лучшие ​оценки ​из ​Академии ​«Арасаки» ​ничего ​не ​значат. ​Всем ​плевать. ​Я ​наконец ​понял ​этот ​мир ​— ​он ​прогнил ​до ​основания. ​Если ​хочешь ​жить ​комфортно ​и ​иметь ​свободу, ​тебе ​нужны ​деньги. ​Без ​денег ​ты ​ничто. ​ ​— ​Если ​эта ​информация ​стоит ​денег, ​почему ​бы ​нам ​её ​не ​продать? ​ ​Кто-то ​выразил ​беспокойство. ​ ​— ​Но ​если ​Падре ​узнает, ​что ​это ​мы ​его ​подставили, ​он ​с ​нас ​шкуру ​сдерёт! ​ ​— ​Ты ​ничего ​не ​скажешь, ​и ​я ​не ​скажу. ​Тогда ​об ​этом ​будут ​знать ​только ​Дьявол ​и ​Бог, ​ты ​и ​я. ​«Шестая ​улица» ​и ​«Валентино» ​враждуют ​веками ​— ​в ​этом ​нет ​ничего ​нового. ​Если ​мы ​будем ​осторожны, ​кто ​узнает, ​что ​это ​были ​мы? ​ ​Последовало ​молчание. ​ ​Через ​некоторое ​время ​один ​из ​них ​встал. ​ ​— ​Я ​выхожу. ​Деньги ​делите ​между ​собой. ​Я ​не ​хочу ​в ​этом ​участвовать ​и ​никому ​ни ​слова ​не ​скажу. ​ ​Он ​только ​повернулся, ​намереваясь ​уйти,как ​получил ​пулю ​в ​затылок.