Глава 59

Лео ​прикинул, ​что ​Итидзё ​Дайсё, ​вероятно, ​был ​участником ​тарифного ​плана ​Травматологической ​Бригады ​— ​либо ​топового ​«Платинового», ​либо ​чуть ​ниже ​«Золотого». ​Определенно ​не ​самый ​дешевый ​пакет. ​ ​Конечно, ​чип-глушилка ​не ​был ​всемогущим. ​Разные ​модели ​предлагали ​разный ​уровень ​эффективности, ​а ​новейшие ​стоили ​целое ​состояние. ​К ​тому ​же, ​на ​каждое ​копье ​в ​конце ​концов ​найдется ​щит: ​если ​бы ​у ​жертвы ​были ​высокоуровневые ​навыки ​нетраннинга ​и ​мощные ​хакерские ​импланты, ​они ​могли ​бы ​отключить ​чип-глушилку. ​Однако ​Итидзё ​Дайсё ​не ​был ​вундеркиндом-нетраннером. ​С ​чипом, ​теперь ​застрявшим ​в ​его ​нейропорте, ​он ​не ​мог ​даже ​пошевелить ​пальцем. ​Он ​также ​чувствовал, ​что ​биочип ​внутри ​его ​тела ​постоянно ​не ​может ​отправить ​сигнал ​спасения. ​ ​Осознав, ​насколько ​отчаянным ​было ​его ​положение, ​лицо ​Итидзё ​Дайсё ​исказилось ​от ​ужаса. ​ ​— ​Ч…что ​ты ​хочешь? ​Тебе ​нужны ​деньги? ​Я ​могу ​заплатить ​— ​пожалуйста. ​ ​Он ​с ​трудом ​сглотнул ​и ​украдкой ​взглянул ​на ​бесстрастное ​лицо ​Лео. ​Борясь ​за ​сохранение ​спокойствия, ​он ​продолжил: ​ ​— ​Ты ​наемник, ​верно? ​Это ​все, ​что ​вас, ​таких ​как ​ты, ​волнует ​— ​деньги. ​Сколько ​ты ​хочешь, ​чтобы ​я ​ушел? ​ ​Лео ​присел ​на ​корточки ​перед ​Дайсё ​и ​постучал ​по ​его ​лицу ​клинком ​в ​ножнах. ​ ​— ​Этот ​вопрос ​ты ​должен ​задать ​себе ​сам. ​Сколько ​стоит ​твоя ​жизнь? ​ ​Дайсё ​рискнул ​назвать ​предварительную ​сумму. ​ ​— ​Д-десять ​тысяч? ​ ​— ​Тогда ​можешь ​умереть ​прямо ​сейчас. ​— ​Лицо ​Лео ​потемнело, ​он ​встал, ​клинок ​готов ​к ​удару. ​ ​Дайсё ​в ​панике ​зажмурил ​глаза. ​ ​— ​П-подожди! ​Давай ​не ​будем ​делать ​ничего ​поспешного! ​Просто ​назови ​свою ​цену! ​Какой ​бы ​она ​ни ​была, ​клянусь, ​я ​заплачу ​— ​без ​торга! ​ ​Лео ​опустил ​оружие ​и ​вложил ​его ​обратно ​в ​ножны. ​ ​— ​Мне ​не ​нужны ​деньги ​с ​твоих ​банковских ​счетов ​— ​ни ​одного ​эдди. ​Но ​я ​знаю, ​что ​такие ​подонки, ​как ​ты, ​всегда ​держат ​заначку ​не ​отслеживаемых ​наличных ​и ​золотых ​слитков. ​Скажи ​мне, ​где ​они, ​и ​я ​оставлю ​тебя ​в ​живых. ​ ​Это ​требование ​явно ​потрясло ​Дайсё. ​Если ​он ​отдаст ​все ​свои ​наличные ​и ​золото, ​он ​потеряет ​все ​состояние, ​которое ​наскреб ​благодаря ​теневым ​сделкам ​в ​Мэрии. ​Но ​после ​мгновения ​мучительной ​нерешительности ​выживание ​взяло ​верх ​над ​жадностью. ​Он ​наконец ​уступил. ​ ​— ​Я… ​хорошо, ​ладно. ​Н-но ​можешь ​хотя ​бы ​сначала ​сделать ​мне ​укол? ​Я ​тут ​умираю… ​ ​Без ​слова ​Лео ​достал ​пневматический ​шприц ​и ​вонзил ​его ​в ​грудь ​Дайсё, ​нажав ​на ​поршень ​до ​упора. ​Почти ​сразу ​Дайсё ​почувствовал, ​как ​его ​охватывает ​облегчение ​— ​кровотечение ​замедлилось, ​а ​боль ​притупилась. ​ ​— ​В ​моей ​спальне ​есть ​самурайские ​доспехи. ​Если ​слегка ​повернуть ​небольшой ​жезл ​на ​спине ​доспехов, ​вся ​конструкция ​отодвинется ​— ​под ​ними ​скрыт ​сейф, ​— ​объяснил ​Дайсё. ​ ​Лео ​взял ​ключ, ​который ​нашел ​у ​Дайсё, ​и ​направился ​в ​спальню ​— ​комнату ​в ​традиционном ​японском ​стиле ​с ​татами ​и ​сёдзи. ​Он ​был ​там ​не ​для ​того, ​чтобы ​любоваться ​декором. ​Подойдя ​к ​доспехам ​в ​углу, ​он ​повернул ​деталь, ​похожую ​на ​жезл. ​С ​шипением ​гидравлики ​доспехи ​и ​часть ​пола, ​на ​которой ​они ​стояли, ​отодвинулись ​в ​сторону, ​открыв ​вмонтированный ​в ​пол ​сейф. ​ ​Используя ​ключ, ​он ​открыл ​его ​и ​обнаружил ​пачки ​наличных ​и ​аккуратно ​сложенные ​золотые ​слитки. ​ ​— ​Этот ​парень ​работает ​на ​Мэрию, ​но ​как ​он ​умудрился ​нагрести ​столько ​денег? ​ ​Он ​не ​осознавал, ​что ​эта ​заначка ​составляла ​почти ​все ​активы ​Дайсё. ​На ​его ​официальном ​банковском ​счете ​была ​лишь ​жалкая ​сумма ​— ​никакая ​простая ​зарплата ​из ​Мэрии ​не ​могла ​бы ​обеспечить ​роскошное ​поместье ​в ​Норт-Оуке ​и ​личную ​охрану ​Арасаки. ​ ​Лео ​огляделся ​и ​заметил ​кровать. ​Он ​сдернул ​простыни ​и ​завернул ​в ​них ​содержимое ​сейфа. ​Когда ​он ​вернулся ​к ​Дайсё, ​волоча ​сверток ​из ​простыней ​через ​плечо, ​лицо ​мужчины ​исказилось ​от ​неподдельной ​муки. ​Боль ​от ​потери ​руки ​была ​достаточно ​сильной; ​теперь ​ему ​казалось, ​что ​и ​его ​сердце ​режут ​на ​ленточки. ​ ​Он ​только ​начал ​ощущать ​благотворные ​эффекты ​укола. ​Кровотечение ​остановилось, ​но ​его ​облегчение ​исчезло ​в ​тот ​момент, ​когда ​он ​увидел, ​что ​Лео ​возвращается, ​а ​не ​уходит. ​ ​— ​Ч-что ​ты ​делаешь?! ​— ​пробормотал ​Дайсё, ​ужас ​снова ​охватил ​его. ​Он ​попытался ​отползти, ​но ​чип-глушилка ​сделал ​его ​совершенно ​неподвижным. ​Он ​мог ​лишь ​наблюдать, ​как ​Лео ​подходит ​все ​ближе, ​ближе… ​ ​— ​Не ​подходи! ​ ​Леденящий ​кровь ​крик ​оборвался ​в ​тишину, ​когда ​Мурасама ​пронзила ​голову ​Дайсё ​насквозь. ​Его ​глаза ​вылезли ​из ​орбит ​в ​непонимающем ​ужасе. ​Лео ​рывком ​высвободил ​клинок, ​небрежно ​стряхивая ​кровь. ​ ​С ​самого ​начала ​Лео ​никогда ​не ​собирался ​щадить ​Итидзё ​Дайсё. ​Этот ​человек ​был ​чиновником ​Мэрии ​— ​тем, ​кто ​уже ​наслаждался ​работой ​лучше, ​чем ​у ​95% ​населения ​Найт-Сити, ​— ​и ​все ​же ​он ​жестоко ​пытал ​сына ​Брайса ​и ​превратил ​это ​в ​черный ​брейнданс. ​ ​Коррумпированный ​и ​развращенный, ​он ​был ​хуже ​большинства ​некомпетентных ​чиновников. ​Оставить ​его ​в ​живых ​никому ​не ​помогло ​бы; ​убийство ​его, ​по ​крайней ​мере, ​убрало ​еще ​один ​мусор ​из ​Найт-Сити. ​ ​… ​ ​Они ​покинули ​поместье, ​выехав ​из ​Норт-Оука ​и ​вернувшись ​в ​Хейвуд. ​В ​гараже ​возле ​бара ​«Эль ​Койоте ​Кохо» ​Лео ​развернул ​сверток ​и ​разделил ​наличные ​между ​Ви, ​Люси ​и ​Джеки. ​Золотые ​слитки ​будут ​сбыты ​через ​сеть ​различных ​фиксеров. ​Лео ​знал, ​что ​не ​стоит ​класть ​все ​яйца ​в ​одну ​корзину. ​ ​Через ​несколько ​дней ​он ​получил ​солидный ​банковский ​перевод ​от ​фиксеров ​— ​каждый ​золотой ​слиток ​был ​продан, ​в ​общей ​сложности ​на ​семьсот ​тысяч ​евродолларов. ​ ​Он ​встретился ​с ​остальными ​в ​отдельной ​кабинке ​в ​«Посмертии». ​Лео ​перевел ​по ​175 ​000 ​евродолларов ​Ви, ​Люси ​и ​Джеки. ​ ​— ​Мы ​теперь ​купаемся ​в ​эдди! ​— ​прокричал ​Джеки. ​Он ​жил ​на ​улицах ​с ​подросткового ​возраста; ​в ​тридцать ​лет ​он ​все ​еще ​крутился. ​Но ​все ​изменилось, ​как ​только ​он ​начал ​выполнять ​заказы ​с ​Лео ​— ​работа ​за ​работой ​посыпалась, ​и ​его ​кошелек ​наконец-то ​начал ​наполняться. ​ ​Ви ​и ​Люси ​были ​одинаково ​взволнованы. ​Сразу ​после ​того, ​как ​деньги ​поступили ​на ​их ​счета, ​они ​спросили, ​могут ​ли ​начать ​возвращать ​долг ​за ​оружие, ​который ​им ​дал ​Лео. ​Он ​принял ​от ​каждой ​только ​по ​5000 ​евродолларов. ​ ​Смущенные, ​две ​женщины ​переглянулись. ​Лео ​улыбнулся. ​ ​— ​Я ​никогда ​не ​просил ​процентов, ​так ​что ​нет ​нужды ​торопиться ​с ​возвратом. ​Придержите ​их ​— ​они ​вам ​нужнее, ​чем ​мне. ​ ​Для ​него ​эти ​примерно ​100 ​тысяч ​были ​всего ​лишь ​несколькими ​днями ​работы ​по ​созданию ​технологичного ​оружия ​для ​Падре. ​Но ​для ​Ви ​и ​Люси ​наличие ​этих ​денег ​на ​руках ​меняло ​жизнь. ​У ​них ​было ​много ​практических ​нужд, ​на ​которые ​их ​можно ​было ​потратить. ​ ​Услышав ​это, ​обе ​женщины ​почувствовали ​прилив ​тепла. ​ ​— ​Лео, ​— ​ухмыльнулся ​Джеки, ​— ​где ​сегодня ​будем ​отрываться? ​«Лиззис»? ​«Вершина ​Облаков»? ​Или, ​может, ​просто ​напьемся ​до ​беспамятства ​прямо ​здесь? ​— ​Он ​потянул ​вниз ​верхнее ​голо-меню, ​нетерпеливо ​желая ​ознакомиться ​со ​специальными ​предложениями ​«Посмертия» ​— ​особенно ​со ​знаменитыми ​напитками, ​названными ​в ​честь ​легендарных ​наемников. ​ ​— ​Вы ​все ​идите, ​— ​сказал ​Лео, ​отмахиваясь ​от ​них. ​— ​У ​меня ​есть ​дела, ​так ​что ​я ​пойду. ​Запишите ​сегодняшний ​счет ​на ​меня ​— ​я ​сообщу ​Клэр. ​ ​Оставив ​их ​праздновать, ​он ​направился ​к ​бару. ​Там ​он ​кивнул ​в ​сторону ​кабинки ​Джеки ​и ​остальных. ​ ​— ​Запиши ​все ​на ​мой ​счет, ​— ​сказал ​он ​Клэр, ​переводя ​10 ​000 ​евродолларов ​на ​ее ​счет.