Когда становится теплее

      Джиын       Квартира оглушала тишиной. Слишком громкой. Слишком ощутимой. Каждое движение, как будто звучало в пустоте. Скрип половиц, шуршание одежды, даже гудение холодильника. Теперь это всё казалось совершенно чужим. Просто ни к чему не хотелось прикасаться. Я не плакала. Даже не злилась. Было только ощущение внутренней пустоты, как будто мою душу вынули изнутри и оставили лишь оболочку. Мне нужно было выйти из этой квартиры. Куда угодно. На свежий воздух. Хоть просто пройтись. Чтобы не сойти с ума в этой пустоте.       Я отправилась в парк, пытаясь заполнить это чувство одиночества привычными улицами, где мы раньше гуляли. Казалось, каждый шаг звучит эхом воспоминаний.       Конечно, он не был идеальным. Порой были ссоры, недопонимания, усталость. Но с ним было чувство, что я — не одна. Что кто-то ждёт, пишет, звонит, возвращается домой. А теперь только, эта проклятая, пустота.       Я села на скамейку, натянула капюшон и просто смотрела вперёд, в никуда. Пыталась притвориться, что мне спокойно. Что я не хочу позвонить ему. Что не скучаю. Хотя всё внутри сжималось от этих мыслей.       Начался дождь. Такой мелкий и холодный, как будто даже погода решила окончательно добить меня. Моё солнце всё ещё где-то за облаками и не хочет меня греть. С каждой минутой дождь всё усиливался, но я не сдвинулась с места. Ну и пусть капает. Может, хоть так смоется это ощущение ненужности.       Неожиданно капли перестали попадать на меня. Сначала я даже не поняла, почему. Подняла глаза, над головой оказался зонт. Этот чёрный купол ощущался, как отдельный маленький мир, что хотел уберечь меня от холодных капель и стать защитой от невзгод, что происходили со мной в последнее время.       Я медленно подняла взгляд и увидела парня в длинном бежевом плаще. На миг подумала, что это просто случайный прохожий решил проявить доброту и остановился рядом. Лицо различить было сложно, так как капли всё ещё стекали по моему лбу и ресницам, размывая очертания. Но спустя несколько секунд всё вдруг встало на свои места. Я моргнула несколько раз, словно прогоняя иллюзию, а сердце на секунду замерло. Это был он.       Тот самый парень из кофейни.       На мгновение я даже задержала дыхание, не веря, что он стоит здесь, рядом, держит зонт так, чтобы капли не падали ни на меня, ни на него, разве что слегка задевая его плечо. Кажется, он оказался здесь совершенно случайно, но ему будто было всё равно, что сам он намокнет. Он захотел уберечь меня от дождя.       Удивление переплелось с какой-то странной теплотой. Я почувствовала, как что-то внутри затрепетало и растерянно подумала: почему именно он? почему именно сейчас?       — Спасибо, — тихо произнесла я, всё ещё с трудом доверяя своим глазам. — Не ожидала вас здесь увидеть.       Он кивнул, не глядя на меня, будто тоже не знал, что сказать. Между нами возникла неловкая пауза. Мы никогда раньше не говорили ни слова вне стен кофейни. Наш разговор в кофейне всегда ограничивался лишь формальностями принятия и оплаты заказа.       — Извините, я случайно увидел вас, — вдруг сказал он, прервав молчание. — Подумал, что сидеть вот так под дождем — не очень хорошая идея.       — Вы правы, это довольно глупо, — я смущённо усмехнулась, чувствуя, как мои щёки начинают гореть. Его слова вдруг смогли вернуть меня в привычное состояние из самоугнетающего транса. Мне стало неловко и даже стыдно, ведь он увидел меня в ту самую минуту, когда я была особенно уязвимой и беспомощной, позволив себе невольную слабость. Он чуть кивнул, всё ещё не смотря в мою сторону.       Я взглянула на него украдкой. Высокий, по сравнению со мной, широкие плечи, но каждое его движение было таким аккуратным и изящным. Ветер решил немного взъерошить его волосы. Это даже показалось мне довольно очаровательным. Линии лица были чёткими, но не резкими. Скорее даже мягкие — особенно скулы и губы. Так странно. Раньше я его почти не замечала, возможно, просто привыкла к его постоянству, но сейчас не могу отвести от него свой взгляд.       Он всегда был таким привлекательным?!       Мне вдруг стало неуютно ещё и от того, как я выгляжу — промокшая, растрёпанная, наверняка с кругами под глазами. А он... Он был похож на принца из сказки. Выглядел таким спокойным, несмотря на то, что был явно не из тех, кто легко вступает в разговор.       — Вам далеко идти? — спросил он, выбив меня из потока своих мыслей.       — Нет, — я покачала головой. — Примерно пять минут отсюда, я смогу быстро добежать. Всё равно уже промокла.       — Если хотите, я могу проводить, — я снова удивилась. Слишком много удивлений за один вечер. Но всё-таки неуверенно кивнула.       — Если это… не слишком… — Я не знала, как правильно сформулировать и просто встала. — Спасибо.       Мы шли медленно. Он держал зонт над нами, чуть наклоняя в мою сторону. Его плечо сильно намокло. От его заботы внутри стало теплее, но и не по себе, в тоже время. Я хотела сказать, что могу сама подержать зонт, но почему-то так и не решилась.       Он молчал. Я тоже. Но это молчание не было тяжёлым или давящим. Оно даже казалось правильным и довольно комфортным. Я ловила звуки вокруг: шелест листьев, от соприкосновения, с неугомонными, каплями дождя, приглушённый шум проезжающих машин и размеренные шаги рядом. Всё это складывалось в мелодию, которая странным образом утешала.       — Это ведь вы вчера оставили шоколадку с той запиской? — вдруг решилась спросить я, хотя уже знала ответ, просто хотела уточнить.       Он замер на долю секунды, будто не ожидал этого вопроса, а потом мягко кивнул:       — Да… это был я, — спокойно ответил он и больше ничего не добавил. Не ждал благодарности. Не пытался объясниться.       Я улыбнулась. На душе стало легче. Будто кто-то снял с плеч невидимый груз. Он уже во второй раз появляется именно в тот момент, когда одиночество становится почти невыносимым. Такая забавная случайность.       У моего подъезда нас встретил блеклый свет фонарей, слегка мерцающий сквозь влажную зелень деревьев. Я остановилась и сжала ремешок сумки, стараясь унять неловкость, и, наконец, повернулась к нему.       — Спасибо, что проводили. И за шоколадку вчера. Это правда было очень мило.       Он опустил взгляд, немного почесал затылок. И снова выдал одно из тех коротких «Да», в которых было всё, что нужно.       — Спокойной ночи, — сказала я с лёгкой улыбкой на губах и сделала шаг к двери.       И вдруг, не знаю зачем добавила:       — Меня зовут Джиын. Думаю, мы теперь можно перейти на «ты».       Он поднял глаза и впервые посмотрел прямо, не отводя взгляд. Его губы чуть дрогнули. Он будто обдумывал каждую букву.       — Ёсан, — смущённо улыбнувшись произнёс он. — Спокойной ночи, Джиын.       После чего развернулся и медленно начал удаляться, из блеклого света фонарей, под звуки непрекращающегося дождя.       Ёсан       Я шёл медленно, почти на автопилоте. Дождь всё ещё моросил, но я не чувствовал холода. Даже мокрое плечо не раздражало — наоборот, приятно напоминало о том, что я только что провожал её. Небо было тёмным, дорога пустой, в ушах гулко отдавались мои шаги.       Я не знал, что сказать. Даже когда держал зонт, даже когда предложил проводить, всё внутри меня сжималось — лишь бы не сказать что-то глупое и неуместное. Мы ведь почти не общались. Почти незнакомцы. И всё же в тот момент мне казалось, что я хорошо знал её: по взгляду, каким-то привычкам, по этой странной, но комфортной тишине между нами.       Её зовут Джиын. Мы больше не незнакомцы. Теперь я знаю её имя. Казалось бы такая мелочь, но от осознания этого я не смог сдержать улыбку.       Весь оставшийся вечер я вспоминал, как её губы дрогнули и расплылись в теплой улыбке, когда она поблагодарив за шоколадку. Как она сжала ремешок сумки перед подъездом, словно тоже немного волновалась. А потом, как она сказала «меня зовут Джиын», словно доверив мне нечто сокровенное.       Спустя несколько дней после нашей встречи, я вновь переступил порог знакомой кофейни. Войдя, едва заметно выдохнул — она там, стоит за стойкой, сервируя чашку с кофе. Услышав звон колокольчика на входе, сразу подняла глаза и на мгновение замерла, прежде чем улыбнуться.       — Добрый вечер, Ёсан, — сказала она, когда я подошёл. — Тебе как обычно?       — Привет, да, пожалуйста, — кивнул я, стараясь казаться спокойным, но внутри тихо радовался, что теперь она называет меня по имени. Я достал карту, чтобы оплатить свой кофе.       — Карта тебе сегодня не понадобится, кофе за счёт заведения, — произнесла она, как ни в чём не бывало, приступив к приготовлению кофе.       Спустя пару минут она поставила чашку с латте на стойку и рядом с ней тарелку с ягодным маффином.       — Домашняя выпечка, только сегодня привезли, — объяснила она. — Это очень вкусно! Можешь считать, что это благодарность за тот день, — добавила с лёгким смешком, опуская взгляд вниз.       — Спасибо, — мне стало немного неловко от такой щедрости. Я не сделал ничего особенного. Просто она выглядела такой подавленной и мне вдруг не хотелось оставаться в стороне.       Я сел за привычный столик, достал книжку. Сегодня мне хотелось остаться здесь подольше. Сидел с чашкой кофе, неторопливо вчитывался в книжные строчки, в перерывах, между главами, невзначай, поглядывая на неё.       Сегодня её улыбка была ярче и непринужденее. Казалось, что она чувствует себя лучше и это не могло не радовать меня.       Пока я наслаждался безмятежностью вечера, в кофейню ввалились двое мужчин. Именно что ввалились. Потому что судя по их походке и шумному поведению, они были далеко не в трезвом состоянии.       — Эй, красавица! — один из них, почти повалился на стойку.       — Добрый вечер. Что будете заказывать? — она пыталась улыбаться, не подавая виду, но я видел, как напряглись её плечи.       — А что ты предложишь? — произнёс он с мерзким оскалом.       Она начала перечислять ассортимент напитков из меню, но второй мужчина нагло прервал её:       — А как насчёт с нами кофейку попить, когда смену закончишь?       — Извините, я вынуждена отказаться, — она, всё так же спокойно и сдержанно, попыталась их урезонить. — Вы выбрали напитки?       — Да не ломайся ты, мы не кусаемся, — они переглянулись, расплываясь в мерзких ухмылках, будто это должно было её разубедить.       — Прошу прощения, но нет.        Я неосознанно встал из-за стола. Не спеша подошёл к ним. Я сам удивился, насколько спокойно и легко мне удалось сделать это. Сердце, правда, сразу заколотилось, но не из-за страха, а внезапного всплеска адреналина в крови. Она опустила глаза. Я знал это выражение. Она старалась быть вежливой, не переступать границы, оставаясь в необходимых рамках дозволенности, потому что ей нельзя по-другому с гостями кофейни.       Я не был уверен, что именно собираюсь сказать, пока не подошёл ближе.       — И вам не стыдно? — мой голос прозвучал спокойно и даже тише, чем планировал, но в нём было что-то достаточно резкое, потому что они оба обернулись.        Первый, что нависал над стойкой, смерил меня с головы до ног, выпрямился, качнулся, и чуть не потерял равновесие, а тот, что «не кусается» нахмурился:       — Ты кто вообще такой? — фыркнул он, в голосе слышалось раздражение.       — Обычный посетитель этой кофейни, которому неприятно, как вы позволяете вести себя с сотрудницей, — я старался говорить спокойно, не давить, не злиться — просто прямо и уверенно.       Они переглянулись, будто не поняли, серьёзно ли я сейчас. Внешне я оставался непоколебимым — ни один мускул не дрогнул, но честно признаться, я чувствовал себя не в своей тарелке. Почти физически ощущал, как сгущается напряжение между нами. Обычно я старался обходить конфликты стороной — особенно такие, что рисковали обернуться потасовкой. Но сейчас просто не мог отступить и сделать вид, будто ничего не произошло. Я был готов и к тому, что получу по лицу за свою внезапную смелость, но это было ничто по сравнению с тем, что чувствовала она прямо сейчас. Она выглядела такой миниатюрной и хрупкой на фоне этих пьяных животных, что возомнили себя хозяевами положения.       — Мы вообще-то просто шутили, — подал голос первый, уже не так самоуверенно, как общался с ней несколько минут назад. — Кофе хотели заказать.       — Тогда ведите себя как посетители, — я посмотрел на них, не отводя взгляда. — А не как подростки, которых впервые пустили в бар.       — Не твое дело, брат, расслабься. Девушка не жалуется. Да, красавица?       Я краем глаза заметил, как Джиын чуть побледнела.       — Она только что отказала вам. Дважды, — сказал я. — Это уже не шутки. Это — неуважение.       На секунду они растерялись. Джиын не говорила ни слова, только наблюдала. Я чувствовал её взгляд на себе. Кажется в нём было удивление. И, наверное, что-то вроде — надежды? Не знаю.       Тишина. Один из них прикусил губу, как будто пытаясь решить: напасть или отступить. Я стоял спокойно, но внутри всё горело. Сердце слишком громко билось в груди.       — Пошли, — сказал второй, толкнув первого локтем. — Нам и тут не рады.       Они вышли, хлопнув дверью. Джиын осталась стоять за стойкой, не сказав ни слова. Её взгляд выглядел немного стеклянным, а пальцы сжимали край фартука.       — Всё в порядке? — я почти прошептал, чувствуя, как уши горят.       Она не сразу ответила. Смотрела на меня, будто не верила, что это действительно произошло.       — Спасибо, — она медленно кивнула и выдохнула. — Я… правда. Спасибо, что вмешался.       В её голосе было что-то новое. Не просто благодарность. Возможно, восхищение? Я не знал, что делать с этим взглядом и опустил глаза.       — Думаю, я лучше подожду, пока ты закроешься. На случай, если они решат вернуться.       — Ты не обязан… — начала она, но тут же осеклась. — Хотя, на самом деле, я была бы не против.       Я снова сел. Дождался, пока она закончит смену. Наконец она вышла из подсобки. В лёгкой светлой куртке, с распущенными волосами, что мягко струились по плечам, чуть ниже груди. Она выключила везде свет в заведении. Полумрак делал её черты мягче: аккуратные брови с естественным изгибом, светлая кожа с тёплым румянцем на щеках, очаровательные веснушки, которые хотелось разглядывать вблизи, пухлые губы и немного усталый, но добрый взгляд. Всё в ней притягивало, но не кричащей яркостью, а чем-то тихим и естественным. Я поймал себя на том, что засмотрелся и заставил себя отвести глаза.       — Спасибо, что подождал, — тихо сказала она улыбнувшись, застёгивая молнию.       — Не за что, — я кивнул. — Я подумал… может, тебя проводить? — спокойно произнёс я, но сам удивился своей смелости.       Она удивлённо посмотрела на меня, будто не сразу поняла, что я серьёзно.       — Я беспокоюсь, вдруг они ещё где-то рядом.       Конечно же я в первую очередь переживал за её безопасность, но не буду отрицать, что хотел ещё немного побыть с ней рядом.       — А… — она слегка усмехнулась, но не с насмешкой, а с лёгким смущением. — Если тебе не сложно.       — Не сложно, — ответил я слишком быстро, почти по-дурацки.       Мы вышли из кофейни в прохладный вечер. Улица была почти пуста, только фонари мерцали в лужах. Некоторое время мы шли молча. Я отчаянно пытался придумать хоть какую-то тему, но каждое слово в голове звучало неестественно. В итоге я просто выдал первое, что вырвалось:       — Тебе стоит быть осторожнее в такое время. Лучше бы тебя встречал кто-то близкий. Твой молодой человек, например, — сказал и сразу пожалел. Вдруг это что-то слишком личное и я навязывают свое никому ненужное мнение.       Но она не рассердилась. Наоборот, немного замедлила шаг, и я услышал, как она выдохнула:       — Мы расстались. Недавно.       Я посмотрел на неё боковым зрением, чтобы не спугнуть. Она просто шла вперёд, глядя перед собой, будто проговорила это не в первый раз, но всё ещё с усилием.       И тут вдруг, всё в голове сложилось в единую картину, обретая смысл. Я вспомнил её глаза в те дни, то, как она держалась за привычный ритм, как сидела под дождём в парке. И почему та записка всё-таки что-то для неё значила.       — Прости, — сказал я тихо, опустив глаза, чувствуя укол вины, что завел эту тему. — Я сожалею.       — Не переживай, я в порядке, — она улыбнулась, словно не хотела, чтобы разговор продолжался с таким же мрачным настроем. — Спасибо ещё раз, что заступился. Я правда не ожидала, что ты окажешься настолько крутым. Не все герои носят плащи, как говорится, — она тихо усмехнулась, прикрывая рот ладонью.       Я едва не споткнулся от неожиданности. От того, как легко она это сказала, будто мы не узнали имена друг друга несколько дней назад. Словно, между нами уже была какая-то связь. Или могла бы быть.       — Да ну, — пробормотал я, слегка кашлянув. — Я не считаю это чем-то героическим. Мне стало некомфортно от происходящего. Я просто не мог сидеть и смотреть.       — Не каждый бы вмешался. Ты совсем не выглядишь как тот, кто полез бы в конфликт, почему я и удивилась, когда ты подошёл.       — На самом деле так и есть, но тут вышло само собой. Мужчины не должны считать, что любая девушка в их поле зрения обязана им подчиняться или угождать их капризам.       — Знаешь, ты мне возвращаешь веру в настоящих мужчин. Теперь главное, чтобы ты не оказался галантным маньяком, как обычно бывает в фильмах, — она повернулась в мою сторону, её взгляд застыл на моем лице. Она пристально смотрела, словно пытаясь уличить во мне что-то скрытое. Я немного напрягся, что она всерьёз подумает обо мне плохо. Но в следующую секунду она звонко рассмеялась, и вся её настороженность растаяла. — Прости, это просто была шутка, — она отвела взгляд и я резко почувствовал облегчение. — Так а чем ты занимаешься, когда не спасаешь меня из передряг? — задорно произнесла она, заставив улыбнуться и меня.       — Работаю редактором в издательстве.       — Правда? — её голос оживился, и я заметил, как глаза вспыхнули любопытством. — Ты такой… серьёзный, тебе подходит, — сказала она, слегка кивнув и окинув меня быстрым взглядом.       — Спасибо, — с моих губ вырвался неловкий смешок.       Я взглянул на неё краем глаза — пряди её волос колыхались при каждом шаге, а плечи всё ещё были слегка напряжены. И почему-то захотелось, чтобы она расслабилась. Хотелось, чтобы ей было спокойно рядом со мной. И всё же я не знал, как к ней приблизиться. Казалось, стоит сказать что-то лишнее — и всё разрушится. Эта хрупкая ниточка, что только начала соединять нас.       — А ты… давно в этом издательстве работаешь? — спросила она, будто пыталась заполнить пустоту, чтобы разговор продолжался.       — Несколько лет. Маленькое место. Почти все друг друга знают. Иногда редактирую книги, иногда отчёты. Совсем не героическое занятие.       — Зато у тебя есть классная способность — здорово редактировать обстановку, — выдала она, и тут же сама удивлённо усмехнулась. — Извини, это снова была плохая попытка пошутить.       Мне же эта шутка показалась мне довольно забавной и уголки губ приподнялись в искренней улыбке. Было приятно видеть, как она снова начала наполняться привычным светом. В этом что-то было. В этой немного странной и неловкой попытке налаживать контакт, будто она боялась показаться слишком открытой, но всё же продолжала пробовать. Возможно это её способ бороться со стрессом и не думать о плохом.       Мне хотелось сказать ей, как удивительно она улыбается, от чего в груди становится теплее. Хотелось признаться, как странно спокойно я чувствую себя рядом с ней, несмотря на паузы, скованность и редкие взгляды. Как стал приходить в кофейню, потому что не мог не тянуться к её светлой и комфортной энергии.       Но я молчал.       Не потому что не хотел. Потому что каждое из этих слов казалось слишком важным. Или, может, потому что сейчас ещё слишком рано. А может потому что боялся, что могу её спугнуть и тогда она действительно посчитает меня маньяком или сталкером.       Мы подошли к её дому. Я даже подумать не мог, что увижу его так скоро.       — Спасибо, что предложил проводить, — ответила она, с тем же тихим теплом, с каким, наверное, говорят что-то слишком честное. — И прости, если была немного странной. В последние дни всё как-то сбилось с привычного курса. Я словно, вновь пытаюсь вспомнить, как быть прежней собой.       — Всё в порядке, — ответил я. — Мы оба, кажется, немного странные, — и в этой фразе может быть впервые не было привычной неловкости. Только правда.       — Ты прав, — она охотно кивнула, согласившись со мной. — До встречи, Ёсан, — сорвалось с её губ, после чего последовала мягкая улыбка.       — До встречи, Джиын.       Джиын       Когда я закрыла дверь, я всё ещё стояла, прислонившись к ней спиной. Не разуваясь, не включая свет, а просто слушала собственные мысли, что с гулом проносились внутри.       До недавнего времени он был просто одним из постоянных посетителей. Тихий, вежливый, немногословный, любящий проводить время за чтением книг. Мы были как будто в параллельных мирах — бариста и посетитель, чужие, разделённые стойкой и стандартным ритуалом «ваш заказ — приятного дня».       И вдруг всё начало меняться.       Почему так произошло?       Словно кто-то вверху случайно задел нужные нити — и теперь мы идём рядом по вечерней улице, говорим, улыбаемся, молчим. Всё так неожиданно и спонтанно.       И в тот момент, когда я почти позволила себе задержаться на этой мысли, телефон завибрировал в кармане джинсов. Я достала его и увидела знакомое имя на экране.       «Привет. Завтра заеду вернуть ключи. В прошлый раз забыл отдать. Оставлю у тебя в кофейне, если ты не против.»       Я перечитала сообщение несколько раз, не сразу поняв, что именно почувствовала. Он вспомнил о ключах. Не о нас. Не о чём-то важном. Просто вещь, случайно оставленная в спешке.       На самом деле, будет глупо отрицать, что тогда я ничего не замечала. То, как день за днём, постепенно, но неотвратимо, мы стали отдаляться друг от друга. Я думала, так, со временем, происходит у всех пар, что находятся в длительных отношениях, и нужно просто смириться. Он начал больше закрываться в себе. Мы перестали знать, что происходит в головах друг друга. Стали слишком молчаливы. Словно не пара, а просто соседи.       Теперь же он — почти незнакомец. Пишет, чтобы забрать забытые ключи. Без эмоций, без попытки что-то исправить.       И всё же больнее всего не это. Больнее — помнить, какими мы были.       Это странно, но сейчас мне, словно, стало легче дышать. Пустота внутри больше не кажется такой оглушающей. Возможно, я подсознательно готовилась к этому моменту и понимала, что он неизбежен, хотя и боялась признаться себе в этом. Теперь, когда первое потрясение отступает, я начинаю яснее ощущать перемены.        И, думаю, есть ещё одна причина, почему мне стало легче. Ёсан. С ним я будто забываю о своих проблемах — не полностью, но хотя бы на время.        По неизвестным мне обстоятельствам, он вновь оказываться рядом именно в те моменты, когда я нуждаюсь в этом больше всего. Спокойно, без суеты, с какой-то внутренней уверенностью. Он не бросается словами, не задаёт лишних вопросов. Просто находится рядом.       Я не знаю, почему он это делает. Почему подошёл тогда в парке. Почему заступился сегодня. Почему ждал, пока я закроюсь. Он говорит мало, но это молчание не напрягает. В его взгляде нет давления. И пусть рядом с ним всё ещё неловко, иногда даже слишком, но это ощущение почему-то согревает.       Теперь мне хочется узнать, что у него в голове. О чём он думает, когда так долго молчит. Что чувствует, когда смотрит, словно случайно, но как будто видит глубже того, что находится на поверхности. Он подобен строчке из книги, к которой хочется вернуться, чтобы понять как следует. Пока не знаю наверняка, но возможно, у нас есть шанс стать с ним хорошими друзьями.       Даже сейчас, я неожиданно поймала себя на мысли, что жду нашей следующей встречи. Может, именно это и самое важное?       Я снова чего-то жду.       На следующей день, я пришла на работу раньше, чем нужно. Хотелось как можно скорее спрятаться за рутиной.       Пока никого нет, я наводила порядок на стойке, машинально протирала всё подряд, раскладывала по местам то, что и так лежало правильно. Глупо, но от этого становилось чуть легче. Хотелось, чтобы эта встреча прошла, как можно легко и быстро. Без лишних слов.       Ровно в полдень он вошёл. Всё так же уверенно, как и всегда. В руке — ключи, во взгляде — равнодушие.       — Привет, — бросил он, не улыбаясь. — Вот, держи.       Он положил ключи на стойку, стараясь не встречаться со мной взглядом.       — Спасибо, — мой голос прозвучал спокойно. Удивительно спокойно. Не хотелось играть в любезность. Хотелось, чтобы он просто ушёл.       — Ну… всё тогда, я пойду, — неловко добавил он и уже хотел развернуться, но всё-таки остановился. — Ты в порядке?       Я посмотрела на него — в глазах было что-то вроде беспокойства, но запоздалого и не уверена, что искреннего. Словно, только ради приличия.       — Да, — кивнула я и постаралась улыбнуться в подтверждение моих слов. — У меня всё хорошо, — и это было почти правдой.       Он слабо кивнул и я вдруг поняла — я действительно больше ничего не ждала от него. Не хотела ни вернуться в прошлое, ни оживить то, что уже мертво. Я убрала ключи в ящик и выдохнула. Как будто закрыла последнюю дверь.       День выдался оживлённым. Я почти не поднимала головы — заказ за заказом, чашка за чашкой. И, если честно, это даже было к лучшему.       Я немного потеряла счёт времени в рабочей суете, поэтому, когда дверной колокольчик звякнул в очередной раз, я едва заметила. Но вдруг что-то внутри дрогнуло. Знакомый образ, медленная, осторожная походка.       Ёсан.       Он подошёл к стойке, оглянулся на переполненный зал и неловко улыбнулся. Я подарила ответную улыбку и поприветствовала его, стараясь скрыть усталость в голосе, но, кажется, я даже прозвучала мягче, чем хотела.       Поставив его привычный кофе на барную стойку, я невзначай указала на стол у окна. Там стояла маленькая табличка с надписью «Зарезервировано». Он остановился на секунду, бросил взгляд на табличку, потом на меня с лёгким удивлением, почти вопросом.       — Я специально поставила бронь за твой стол, чтобы за него никто не сел.       — Спасибо, Джиын, — почти шепотом произнёс он, смущённо улыбнулся уголками губ и сел туда, как всегда, раскрыв книгу.       В перерывах между заказами, я неосознанно наблюдала за ним. Как медленно и аккуратно переворачивает страницы, неторопливо отпивает кофе из свой кружки, чуть склоняет голову, когда сосредоточен. Порой, взгляд у него становится таким умиротворенным. Будто ему хорошо просто находиться здесь. Теперь кажется таким странным, что я не замечала этого раньше.       Я думала, что он уйдёт сразу, как обычно. Но когда сняла фартук, выключила кофемашину и погасила свет над витриной, он по-прежнему сидел.       Я вышла из-за стойки, и он поднялся. Без каких-либо слов, будто это само собой разумеющееся.       — Ты ещё здесь? — удивилась я.       — Надеюсь, ты не против, если снова провожу? — смущённо пробормотал он, отводя взгляд куда-то в сторону.       — Нет, конечно, — ответила я, чувствуя, как неожиданно быстро забилось сердце.       Мы шли молча какое-то время. Он не спешил. И я не спешила. Улица шумела проезжающими машинами, фонари отбрасывали на асфальт мягкий свет, и всё казалось удивительно обычным. Я услышала, как он глубоко выдохнул, будто набирался храбрости.       — Слушай... — начал он, не глядя на меня. — Если ты не против, то я бы мог провожать тебя после работы. Я могу не всегда. То есть, когда тебе будет удобно. Просто, чтобы ты не шла домой одна.       Я остановилась. Посмотрела на него — в полутьме его лицо казалось серьёзнее, чем обычно.       — Это очень мило с твоей стороны, — произнесла я, стараясь не улыбаться слишком явно, а внутри сердце чуть было не вырывалось из груди. — Но тебе ведь, наверное, не по пути? — он хмыкнул, чуть смутившись.       — В целом — по пути. Просто с небольшим крюком.       Я кивнула, не зная, что ответить. Внутри всё немного сжалось от того самого тёплого волнения, которого я давно не чувствовала.