Глава 5. Я тебя ненавижу, Драко Малфой!

Гермиона сидела перед своим туалетным столиком, пялясь на шкатулку с украшениями, на дне которой лежал браслет, который когда-то она не снимала ни на минуту. Это был подарок Драко на Рождество четыре года назад. Она взяла его в руки, прокручивая шармики с руническими символами. Гермиона до сих пор помнила значение каждого из них.

***

Снег падал за окнами замка, превращая его в изысканную зимнюю сказку. Запах ели и горячего шоколада витал в воздухе, смешиваясь с тёплым дыханием каминов. В уголке Выручай-комнаты, уютно устроившись на диване, Гермиона ждала. Её пальцы нервно барабанили по обложке книги, но читать она не могла. Сегодня был особенный день. Малфой пригласил её сюда, чтобы первыми вручить друг другу подарки. Дверь тихо скрипнула, и в комнату вошёл Драко. Его плащ был слегка припорошён снегом, а в руках он держал небольшую шкатулку, обтянутую чёрным бархатом. Его серебристые глаза блестели в свете огней, когда он приблизился к ней. – Гермиона, - произнёс он мягко, опускаясь на колени рядом с диванчиком, на котором примостилась девушка. Его голос был тихим, почти шёпот, но каждое слово отдавалось в её сердце. – Я много думал о том, что подарить тебе. Это не просто украшение. Каждый символ на нём - это часть нас. Он открыл шкатулку, и в свете камина заиграли золотые блики. Браслет был изящным, но прочным, на нём были выгравированы рунические символы, которые она сразу узнала. Любовь. Верность. Искренность. Надежда. Защита. Её пальцы дрогнули, когда она взяла его в руки, чувствуя холод металла. – Драко, это… - она не могла подобрать слов, но в её глазах читалось всё, что она хотела бы ему сказать. Она протянула руку, и он застегнул браслет на её тонком запястье. Это был не просто подарок. Это было обещание. Обещание быть рядом. – Теперь моя очередь, - улыбнулась она, доставая из кармана своей мантии небольшой свёрток. Это был серебряный медальон, внутри которого была крошечная фотография их двоих, смеющихся под дождём в Хогсмиде. На обратной стороне были выгравированы слова: «Ты мой свет во тьме.» По её мнению, эти слова были девизом их отношений, наполненных волшебством. Они оба учились жить после войны, стали исцелением друг друга. Их любовь была сказкой, искренней сказкой, заставляющей трепетать сердце. – Гермиона… - прошептал он, открывая медальон. Его пальцы сжали его, как будто боясь, что это может исчезнуть. – Это идеально. Они сидели рядом, их пальцы переплетались, а сердца бились в унисон. В эту ночь мир за окнами исчез, оставив только их двоих и тихую мелодию любви. Малфой снимая мантию, устроился рядом с Гермионой, сгребая её в охапку. Они много смеялись, обсуждали отъезд Рона и его успехи в квиддиче, которых он добился огромным трудом, обсуждали как быстро отошьёт Джинни Блейза с его тупыми и пошлыми подкатами, спорили о рунах, делились историями из детства, например, как Гермиона однажды зимой упала на лыжах, сломав себе лодыжку, а Драко впервые в пять лет сел на подаренную отцом метлу и расшиб себе колени и сломал нос. – Знаешь, это всё кажется чем-то нереальным.. - прошептала гриффиндорка, кладя голову на плечо Малфоя. – Мне тоже, милая, мне тоже.. - тихо произнёс в ответ он. Тогда Гермиона даже не обратила внимание на грустный тон парня, на его слегка трясущиеся руки, на виноватый, будто извиняющийся взгляд.

***

Выныривая из собственных воспоминаний, Гермиона убрала браслет обратно, плотно закрывая шкатулку. Сегодня у неё была важная встреча, на которой ей нужно было сосредоточиться исключительно на работе, поэтому она вошла на кухню, наливая себе стакан ледяной воды, осушая его настолько быстро, что виски отдало болью. – Соберись, Гермиона, это не может сломать тебя снова, - прошептала она самой себе. Через полтора часа у девушки назначена встреча с владельцем "Горбин и Бэркес" в Лютном переулке. После войны Министерство производило множество проверок всех заведений этого места, решив не лишать хозяев своего основного заработка, однако все поставки тщательно проверялись специальным отделом ММ. Однако Гермиона хотела выяснить, как Пожиратели смерти до сих пор получают тёмные артефакты. Горбин - владелец этого самого магазинчика - хитрый, умный и изворотливый торгаш, человек себе на уме. У него всегда есть свои источники информации, иначе как объяснить его руку на пульсе рынка волшебных вещей. Выбрав сегодня брюки тёмно-серого цвета и белую водолазку, отлично сочетающуюся с таким же белым ремешком, поправив кудри в высоком хвосте, она схватила палочку, наспех кинув её в сумку. Перед встречей Гермиона планировала заскочить в свой кабинет, чтобы забрать папку с документами, если вдруг Горбин решит дать заднюю. Гермиона шагала по коридорам Министерства, её каблуки отчётливо стучали по мраморному полу. Поворот, ещё один - и она почти столкнулась с Гарри. Его зелёные глаза сузились, взгляд пронизывающий. – Куда это ты так спешишь? - спросил он, загораживая ей путь. Его голос был тихим. – Лютный переулок, встреча с Горбином, я же предупреждала - ответила она, стараясь обойти его. – У меня осталось немного времени. Гарри схватил её за руку. – Я думал, ты передумаешь, Гермиона. У тебя есть люди, которых ты можешь туда отправить. Тебе не стоит туда идти. Этот старый лис слишком опасен. – Именно поэтому я должна это сделать, - вырвала руку Гермиона. – В конце концов, Гарри, я прошла войну, уже четыре года работаю исключительно с тёмной магией, обладаю навыками легилименции и окклюменции, а ты по-прежнему трясёшься надо мной, как над маленьким ребёнком. – Будь осторожна, если что вызывай патронус, Гермиона, - Гарри вздохнул, но отпустил её. Она кивнула и бросилась вперёд. Лютный переулок встретил её смрадом и шёпотом теней. Горбин уже ждал её у входа в магазин, его глаза блестели, словно у совы. Девушка мысленно поёжилась, оглядываясь по сторонам. – Мисс Грейнджер, - прошипел он, – заходите. Она последовала за ним внутрь, её пальцы сжимали сумку, наровясь вытащить палочку в случае опасности. Разговор шёл напряжённо, словно игра в кошки-мышки. Горбин улыбался, но в его словах сквозила угроза и презрение. – Мисс Грейнджер, я ни в коем случае не хочу усомниться в вашем профессионализме, но ваши коллеги устраивают рейды по моему магазинчику стабильно раз в месяц, а мои товары проверяются с каждой поставкой. Неужели вы решили, что с таким чутким надзором, я смог бы связаться с Антонином? – Мистер Горбин, я лишь уточнила видели ли вы его или кого-то столь же подозрительного в последнее время. Я не могла не заглянуть к вам после того, как убедилась, кому принадлежит данный кулон. – Я уже в сотый раз повторяю вам, что моя свобода намного дороже сомнительных связей, - проворчал хозяин, закуривая уже пятую сигарету за последние полчаса. Гермиона чувствовала напряжение в мышцах и не могла расслабиться даже на минутку. Даже если этот упрямец что-то знал, так просто он ни за что бы не сказал, поэтому Гермиона сделала то, за что скорее всего позже саму себя осудит. Однако попытка вторгнуться в сознание Горбина оказалась неудачной. Девушка подняла взгляд на мужчину, который мерзко и хитро скалился. – Есть кое-что, мисс Грейнджер, что могло бы вас заинтересовать. Но цена высока. Не хотите взглянуть? Гермиона вздрогнула, но кивнула, предчувствие кричало, что нужно скорее уходить из этого места, однако.. Горбин жестом указал на дверь в глубине магазина. Она шагнула туда, и всё вокруг завертелось. Тёмная магия сжала её, как удав. Её тело онемело, и сознание начало расплываться. Голову пронзила яркая вспышка боли, отчего та даже не смогла сориентироваться и вызвать подмогу. В глазах потемнело, и девушка потеряла сознание.

***

Джинни и Пэнси топтались из угла в угол рядом с палатой, в которой сейчас над их лучшей подругой корпели несколько целителей. Гермиона уже несколько часов не приходила в себя и никто не дал им ясного ответа о том, что с ней произошло. Не выдержав напряжения, Уизли вызвала патронус, сообщая Гарри, что произошло. Гарри ворвался в Мунго, как ураган, его зелёные глаза горели ледяным огнём. За ним, едва успевая, шли Блейз, Теодор и Драко. Последний сжал кулаки, его бледное лицо было искажено яростью. Коридор казался бесконечным, каждый шаг отдавался в висках, как удар молота. – Где она? - рычал Гарри, обрушиваясь на первого попавшегося целителя. Тот попятился, лицо девушки стало меловым. – Пациентка ещё не пришла в себя, мистер Поттер, вам нельзя… – Гарри, нам сказали, что нужно дождаться, когда она придёт в себя, - прошептала Пэнси, кладя руку ему на плечо, но парень, посмотревший на девушку, скинул её ладонь с себя. – Нельзя? - перебил целителя Драко, шагнув вперёд. Его голос был опасным шёпотом, словно шипение змеи перед ударом. – Вы предлагаете сидеть нам здесь чёрт знает сколько времени без возможности увидеть её? Блейз, стоящий чуть позади, скрестил руки на груди, его тёмные глаза внимательно следили за происходящим. Теодор, напротив, выглядел спокойным, но в его взгляде читалась стальная решимость. – Мы не позволим вам войти, - другой целитель, женщина с седыми волосами, подняла руку, словно щит. –Это нарушение протокола. – Протокол? - Гарри засмеялся, но в этом смехе не было радости. – Вы хотите поговорить о протоколе, пока она там одна? Мы здесь потому, что знаем её лучше любого из вас. Она не просто пациентка - она наш друг. И мы не уйдём, пока не убедимся, что с ней всё в порядке. – Мистер Поттер, со всем уважением к вашем заслугам и лично к вам, но если вы не хотите, чтобы вас выставили на улицу, то будьте добры, следуйте нашим правилам. Мисс Грейнджер в надёжных руках. – Блядство, - шумно выругался Малфой, присаживаясь на скамью рядом с палатой, ловя на себе недовольный взгляд целительницы. Драко сидел, сжав кулаки так, что ногти впивались в ладони. Его тело было напряжено, как натянутая тетива, а в груди бушевал ураган из гнева и беспомощности. Он чувствовал, как каждая клетка его существа кричала, требуя действий, но его удерживали правила, протоколы, эти проклятые слова, которые звучали как приговор. Он смотрел на закрытую дверь палаты, за которой лежала Гермиона, и его сердце сжималось от боли. Она всегда была сильной, всегда находила выход, но сейчас она была там одна, и он не мог её защитить. Его мысли крутились вокруг одного: «Почему меня не было рядом? Почему допустил это?» Его дыхание стало учащённым, а в глазах застыла ледяная ярость. Он никак не мог оправиться от этой мысли. Внутри зрело нечто тёмное, что он давно держал в узде. Он знал, что если они не пустят его к ней, он сломает эту дверь, несмотря ни на что. Джинни, чувствовала, как её нервы натянуты до предела. Она не могла стоять на месте, её пальцы дрожали, а сердце бешено колотилось. Она оглянулась на Блейза, который стоял чуть в стороне, его тёмные глаза были спокойны, но в них читалась скрытая напряжённость. Джинни шагнула к нему, и её рука непроизвольно потянулась к его рукаву. Он почувствовал её дрожь, и его взгляд стал мягче. Он обнял её, и она прижалась к его груди, чувствуя, как его тепло согревает её ледяную кожу. – Она сильная, Джинни, - прошептал он, его голос был тихим, но уверенным. – Она пройдёт через это. Джинни закрыла глаза, впитывая его слова, как мантру. Она знала, что Блейз не любит пустых утешений, поэтому его слова звучали для неё как истина. Она чувствовала его дыхание на своей шее, его руку на спине, и это давало ей хоть какую-то опору в этом хаосе. Её мысли всё ещё были с Гермионой, но в объятиях Блейза она нашла момент покоя, который так отчаянно ей был нужен. Обещание, что они справятся вместе. Гарри ходил кругами, крутя в руках волшебную палочку. Он ведь предупреждал, просил остаться, но подруга всегда была упрямой в тех вещах, которые считала правильными. – Я отлучусь на пару часов, Горбина должны были уже задержать и доставить к нам в отдел. Хочу лично его допросить, - произнёс Гарри, закусывая нижнюю губу. – Если она очнётся раньше моего прихода, отправьте патронус. – Да, Гарри, - Пэнси встала, ловя взгляд Поттера, который мельком взглянув на неё, повернулся на выход.

***

Гарри стоял перед Горбином, его зелёные глаза горели холодным огнём. За столом сидел хозяин магазина, его лицо было бледным, но глаза всё ещё блестели, как у хищника, загнанного в угол. – Что ты сделал с ней? - голос Гарри был тихим, но в нём слышалась стальная угроза. – Мистер Поттер, как невежливо с вашей стороны начинать диалог без приветствия, - усмехнулся Горбин, развалившись на стуле. – Я не сделал ничего, что противоречило бы закону. Кто же мог знать, что мои безделушки несут в себе такую силу, которая стала не по зубам юной мисс Грейнджер. Гарри шагнул вперёд, его кулаки сжались. Он наклонился так близко, что их лица почти соприкасались. – Если с ней что-то случится, ты пожалеешь, что вообще родился на этот свет. Я не остановлюсь, пока не вырву из тебя всё, что ты знаешь, даже если для этого придётся сломать тебя по кускам. Горбин вздрогнул, его уверенность пошатнулась. Он знал, что Гарри не блефует. – Я же уже сказал вам, Поттер, я лишь хотел предложить ей сделку, что было очень милосердным с моей стороны после того, что она учудила по отношению ко мне, - пробормотал он, но голос его дрожал. Гарри выпрямился, его взгляд был ледяным. – Ты расскажешь мне всё, что знаешь о Долохове, или я лично покажу тебе, что значит пережить войну снова. – Я прохожу регулярную проверку вашими сотрудниками, вы ещё смеете сомневаться, что я не причастен к бывшим пожирателям? – Однако мои сотрудники ни разу не натыкались на ту комнату, куда ты, ублюдок, посмел привести Гермиону. Ты привёл её туда, - его глаза горели, словно два изумрудных костра. – В ту самую комнату, где Долохов устроил свою ловушку. Ты знал, что она там будет. Ты знал, что он вернётся. – Я не знал… - начал он, но Гарри перебил его, его голос теперь был хриплым, как у зверя, загнавшего добычу в угол. – Ты знал. Что он обещал тебе? Деньги? Власть? Горбин замер, его лицо побледнело ещё сильнее. Глаза расширились, и в них мелькнула паника. Он попытался что-то сказать, но Гарри уже заговорил снова, его голос стал мягким, почти шёпотом, но от этого только страшнее. – Ты ведь знаешь, что сейчас я могу сделать с тобой всё, что захочу. И ни один закон, ни один магазин, ни одна твоя сделка не остановит меня. Так что, если хочешь сохранить свою шкуру, начинай говорить. Прямо сейчас. В глазах Горбина появилась тень сомнения, его губы дрожали, язык прилип к нёбу. Гарри не сводил с него взгляда, но владелец магазинчика молчал. – Хорошо, я даю тебе время, Горбин. До моего возвращения.

***

Гермиона очнулась в Мунго с ощущением, будто её сознание и тело пропустили через мясорубку. Каждый вдох был похож на удар молотом по рёбрам, а свет лампы на потолке резал глаза, как лезвие. Она пыталась вспомнить, что произошло, но воспоминания были размыты, словно пятна туши на мокрой бумаге. Она пыталась пошевелиться, но её конечности не слушались, словно связанные невидимыми путами. Вокруг стояли целители, их голоса сливались в монотонный гул. Гермиона с трудом приподнялась на локтях, её пальцы дрожали, цепляясь за края койки. В голове звенело, словно кто-то бил в колокола. Она взглянула на свои руки - бледные, с синяками, будто её сжимали в тисках. Воспоминания всплывали обрывками: тёмный магазин, Горбин, его взгляд, полный ненависти, и та магия, которая словно ворвалась в неё, разрывая изнутри. – Мисс Грейнджер, вы слышите меня? - спросил один из нескольких целителей, аккуратно укладывая её обратно на подушки. Девушка медленно кивнула, зажмуриваясь от боли, пронзившей виски. Другая женщина с седыми кудрявыми волосами что-то бесконечно записывала в свой блокнот, разглядывая лицо и тело девушки. – Не торопитесь, мисс Грейнджер, - голос целительницы звучал мягко, но в нём чувствовалась тревога. - Вы получили серьёзный удар тёмной магией. Я приглашу ваших друзей, мы с коллегами зайдём к вам немного позже. Первым, что увидела Гермиона, была белобрысая макушка Малфоя. Лицо было бледнее обычного, глаза выражали беспокойство, губы сжаты в тонкую линию. Джинни, обнимая одной рукой торс Забини, встала рядом с изножьем кровати, сдерживая слёзы. Пэнси, сложив руки на груди, сердито качала головой, очень скоро Грейнджер настигнут нелестные выражения о её беззаботности и глупости. Тео встал рядом с Драко, пробегаясь глазами по рукам подруги. – Ты чудом осталась жива, - прошептала Пэнси, её голос дрожал от гнева и страха. – Что, чёрт возьми, ты делала в том магазине? – Кто же знал, - Гермиона снова предприняла попытку сесть, но твёрдая ладонь одним движением остановила её. Она встретилась глазами с Малфоем, сразу же отводя взгляд. – Что всё получится именно так. – Ты попёрлась в Лютный переулок совершенно одна, Грейнджер, - недовольно произнёс Забини, призывая стул для Джинни. – У тебя есть целых три друга в Аврорате, которые никогда, блять, не отказали бы тебе в помощи, но ты попёрлась туда одна! – Гермиона, как ты себя чувствуешь? - спросила Джинни, игнорируя тираду Блейза, кладя руку поверх ладони подруги, поглаживая её большим пальцем. – Мы очень переживали за тебя. – Я.. - она осеклась, оглядывая взглядом друзей. – Я в порядке. Думаю, целители смогут меня подлатать за пару дней. Где Гарри? – Он допрашивает Горбина в Министерстве. Скоро будет тут, мы отправили ему Патронус, - сказал Тео. – Оставьте нас, - спокойным твёрдым голосом произнёс Малфой, до этого не издавший ни звука. Ребята вздрогнули от неожиданности, но послушались, плотно закрывая за собой дверь. Драко присел на стул, оставленный Джинни, складывая руки на груди. Его лицо не выражало никаких эмоций, однако плотно сжатые челюсти давали понять, что парень в ярости. Воздух между ними стал гуще, словно наполнился невидимыми нитями напряжения. – Ты можешь объяснить, что это было? - его голос звучал низко и хрипло, словно он с трудом сдерживал внутри бурю. – Ты, умнейшая ведьма поколения, решила поиграть в героя? Или тебе просто стало скучно жить? Гермиона открыла рот, чтобы ответить, но слова застряли в горле. Она чувствовала себя голой перед ним, будто он мог видеть каждую её мысль, каждую трещину на её душе. Его взгляд скользнул по её телу, остановившись на синяках, покрывающих её запястья. – Решил отчитать меня, как маленького ребёнка? – Ты вынуждаешь меня это сделать. Я бы никогда не отказал тебе помочь. – Я бы больше никогда не попросила твоей помощи, Малфой, - строго оборвала его девушка, смотря прямо в глаза. С обидой, злобой. – Грейнджер, речь шла о твоей жизни! Ты поступила неразумно, почему я должен вообще тебе это объяснять?! – Не смей разговаривать так со мной, Драко Малфой! - они переходили на повышенные тона, парень вскочил со стула, переворачивая его от резкого движения, а Гермиона приняла сидячее положение, забывая о головной боли и тяжести в мышцах. – Ты не имеешь никакого права указывать мне, что делать! Ты даже не имеешь права находиться тут! Они будто сорвались с цепи, крича друг на друга, уже совершенно не слушая, кто, что говорит. Казалось, это попытка обоих выплеснуть обиду и злость. – ...не мой телохранитель... – ...просто дура... – ...никто не просил... – ...могла умереть, мать твою... – Я ненавижу тебя, Драко Малфой! - выкрикнула Грейнджер, ударяя слизеринца словами будто наотмашь. Они оба замолкли, тяжёло дыша. Дверь открылась, оттуда просунулась голова Гарри Поттера, который тоскливо оглядел обоих друзей. Они явно не поставили заглушающее на дверь и, скорее всего, их друзья, да и наверное, вся больница слышала их крики. – Я могу зайти позже, если вы ещё... - начал Гарри, но был перебит Гермионой. – Малфой уже уходит. Малфой кивнул, покидая палату, даже не смотря на Гермиону. Он громко закрыл за собой дверь, отчего девушка слегка вздрогнула и только сейчас поняла, насколько же ей больно. Она отклонилась на подушки, прикрывая глаза. - Как ты себя чувствуешь? - донёсся до неё взволнованный голос Гарри.