Глава 2

То место, где он очнулся, не пахло, как Уиллоу Хилл или убежище у дома. Но что-то знакомое в запахах было, даже если он не мог понять, что именно. Чтоб вас всех, как же Тайлера уже тошнило от того, что приходилось просыпаться в непонятных местах после потери сознания. Хотя, возможно, тошнило его от удара головой. Не открывая глаз, он автоматически попытался поднять руку, чтобы ощупать место ушиба. Только чтобы осознать, что привязан. Мысленно, Тайлер тяжело вздохнул. После знакомства с Лорел его жизнь превратилась в грёбанный садомазо-хоррор. Сначала были цепи и пытки в пещере, потом цепи и электро-ошейник в психушке, потом цепи и пощечины от матери, а теперь он был привязан непонятно чем непонятно где. По крайней мере, он лежал на каком-то матрасе, а не на голом полу. Маленькие милости. Вообще, количество раз за последний год, когда он просыпался как нормальный человек, можно было пересчитать по пальцам одной руки. С этим определённо нужно было что-то делать. -Он проснулся, - Галпин напрягся, узнав голос Уэнсдей. - Он двигался. -Обычные люди двигаются и во сне, Уэнсдей. Это ничего не значит. А вот если Капри поймает его у нас в комнате - нам не поздоровится. Я не для того столько времени убила на постановку своего танца, чтобы мне запретили идти на Гала за укрывание опасного преступника! - второй голос, принадлежащий, видимо, Энид, раздался с другой стороны. Он внутренне поморщился от её приоритетов. С Хайдом в комнате, она боялась не того, что он разорвёт их на куски, а запрета пойти на танцы. Классическая Энид. -Не поймает. Старый рецепт бабушки Аддамс для обеспечения приватности. Достаточно сильный, чтобы сбить со следа не то что оборотня или вампира, а даже адскую гончую. Тебе повезло, что сегодня на обед подают кролика, и я смогла забрать голову. Иначе нам пришлось бы искать его в лесу. Не думаю, что ты хотела бы попробовать себя в роли охотничьего пса, - голос Уэнсдей приблизился. Раздалось шуршание, и он уловил слабый запах животной крови. Тайлер попытался держать дыхание размеренным, продолжая притворяться спящим. Вот уж чего он не ожидал, так того, что когда-нибудь будет благодарен отцу за его паранойю. Именно благодаря ей Тайлер до изнеможения отрабатывал разные сценарии поведения при похищении, когда ему было тринадцать. Притворись спящим. Притворись раненым. Притворись больным. Притворись покорным. Он чуть не фыркнул при этом воспоминании. Лучше бы шериф научил его не разговаривать с незнакомыми взрослыми женщинами, проявляющими к нему интерес. Какими бы горячими они не были. Было бы больше толку. -Голову... Фу, Уэнсдей, убери это от моей подушки! - он почувствовал, как матрас рядом прогнулся и через его грудь перегнулось неожиданно горячее тело. Он едва не выдал себя, затаив дыхание и чувствуя активное движение над собой. Они там что, дрались? - Ну нет, отдай, это был мой любимый плед! -Или это, или вынюхивающая тут Капри, выбирай, - к облегчению Галпина, после этого Энид перестала нависать над ним. К сожалению, далеко та не ушла, оставшись сидеть рядом. Он мог чувствовать её тепло бедром, хотя они даже не соприкасались. -Почему он вообще на моей кровати? - ноющий голос сопровождался пальцем, тыкающим его в колено. Он с трудом сдержался, чтобы не дёрнуть ногой, стряхивая прикосновение. -Это твоя волчица его сюда положила, так что спроси себя, - новый голос был незнаком, но явно пытался подражать в интонациях Уэнсдей. Видимо, это была девчонка, которую он поймал в больнице. Он напрягся, вспоминая о произошедшем. Синклер, оказавшаяся не Синклер. Аддамс, оказавшаяся не Аддамс. Аддамс в теле Синклер, поймавшая свою невидимую подружку и вычитывающая той за попытку попробовать что-то сделать с пультом. Огромный чёрный зверь... Он сжал зубы, чтобы не застонать от унижения, вспоминая свой позорный срыв перед пушистой ипостасью Синклер. Увидев своими глазами, что машина и правда работает, он глупо и неконтролируемо запаниковал. В конце концов, он не был идиотом и прекрасно понимал, что следующее захочет сделать его мать. То же, что хотел сделать и его отец - "спасти" его, заперев Хайда. Физически в клетке, или вырвав того из тела Тайлера - не важно. Это в любом случае не было бы жизнью. -Тебя вообще не спрашивали, маньячка, - Энид, видимо, аж подпрыгнула от возмущения. По крайней мере, матрас встряхнуло, и Тайлера вместе с ним. Если бы он и правда всё ещё был в отключке, сейчас бы точно очнулся. -Мы были бы избавлены от этих проблем, если бы ты не была бесполезной и вырвала ему горло в лаборатории. Или хотя бы бросила его там умирать во взрывах. Как Уэнсдей и предлагала, - Тайлер закатил глаза за закрытыми веками. Да уж, если он хотел умереть, ему определённо нужно было просить об этом Аддамс, а не сердобольную Синклер. В свое оправдание он мог сказать, что оба раза, когда он встречал обращённую Энид, она была очень и очень далека от образца пацифизма. Сложно было верить в миролюлюбие кого-то, кто чуть не снял с него скальп или душил, придавив к стене и скалясь во все клыки размером с ладонь. А судя по её интересу к его лицу - ещë и примериваясь, как вырвать когтями глаз. -Мы всё ещё можем исправить это. Я давно не практиковалась в расчленении, но говорят, это как езда на велосипеде, - кому-то ещё голос Уэнсдей мог показаться равнодушным, но Тайлер мог слышать под этим мстительное предвкушение и жажду крови. - Всё необходимое у меня есть. -Где ты... Нет, не отвечай! Чем меньше я знаю, тем меньше могу сказать полиции. - Уэнсдей одобрительно пробормотала что-то о том, что Энид быстро учится. Это было сделано достаточно тихо, чтобы даже Хайду было трудно расслышать. - В любом случае, мы не будем расчленять его у нас в комнате! Он сжал зубы, когда засуетившаяся девушка потеряла равновесие, и схватилась за его ногу. Такими темпами, ему придётся притворяться не спящим, а коматозным - иначе то, что он до сих пор не проснулся в таких условиях, объяснить не получится. -Если это твоё единственное возражение, мы всегда можем вытащить его из комнаты. Всё равно лучше было бы проделывать это в душевой - с кафеля легче смывать кровь, - он мог представить, как Уэнсдей пожала плечами в конце этой речи. -Или мы можем сбросить его с башни. Притвориться, что это несчастный случай или самозащита - вступила мини-я Уэнсдей восторженным голосом. Ладно, это переставало быть забавным. Кажется, ему стоит дать им знать, что он не спит. Интересно, какие у них будут лица, если мгновением спустя он поднимется с этой кровати уже Хайдом? Было бы весело посворачивать им их тонкие шейки. Хотя, если Синклер может обращаться вне полнолуния - это может оказаться не так легко. Какого хрена она вообще может это делать? Разве оборотни и полнолуние - не аксиома? Он помнил, сколько высокомерных фырканий и возмущений было на разных форумах от волков, когда вышли Волчонок и Сумерки, где оборотни могли превращаться в любой момент. Доходило до обвинений в ксенофобии. А теперь, оказывается, что подобная фигня реально существует! -Мы не будем сбрасывать его с башни! И нет, Уэнсдей, мы не будем расчленять его в школьной душевой. - Синклер продолжила раньше, чем кто-то успел вставить хоть слово. - И вне душевой тоже! Ногу кольнуло от впившихся в джинсу когтей, и только сейчас Тайлер заметил, что Энид так и не убрала руку, продолжая опираться о его голень. -И что тогда ты планируешь с ним делать? Я не могу отрицать притягательность варианта с ежедневными пытками до конца его жалкой жизни. Но учитывая твоё отвращение к насилию и сложности с содержанием его здесь в тайне, сомневаюсь, что ты имела в виду именно это. - он услышал звяканье стекла. - Хотя я знаю несколько ядов, которые могут держать его полностью парализованным, но в сознании, если это тебе ближе. На семейном кладбище в поместье Фрампов есть прекрасный склеп, где мы сможем его хранить и навещать для пыток. Бабушка нас не выдаст, там похоронены все её бывшие мужья. Даже те, чьи тела полиция так и не обнаружила. -Что? Нет, я не собираюсь держать его полностью парализованным! Никому не приходило в голову, что с ним можно попробовать просто поговорить? - от удивления таким поворотом разговора он даже рискнул приоткрыть глаза, наблюдая сквозь ресницы, как Синклер - видимо, пока он был в отключке, они успели обменяться телами обратно - всплеснула руками. -Я уже говорила с ним. Напомню, что именно тогда он пообещал тебя убить, - он мог поспорить, что Уэнсдей закатила глаза, говоря это. И он вынужден был с ней согласиться. Видимо, зря он думал, что инстинкт самосохранения в этой парочке отсутствует именно у Аддамс. -Не то, чтобы его можно было за это осуждать, - мини-я Уэнсдей снова вмешалась, и ойкнула, уворачиваясь от пущенной Энид подушки. Раздался звук разбитой керамики. Тайлер внутренне усмехнулся. Отряд Суперкрошек не так уж и дружен? Интересно. И полезно. -Он был в психушке, врачи которой проводили эксперименты на изгоях. Может быть сейчас он адекватнее? - надежда в её голосе была жалкой, вызывая у Тайлера отвращение. И вот ЭТО дважды его победило? Ну, третий раз будет алмаз. Для него. - Твоя психованная сталкерша тоже пыталась меня убить. И, к слову, была к успеху ближе, чем Галпин. Может мы и её похороним заживо парализованной на кладбище твоей бабушки? Ого. Вот это поворот. Оказывается, блонди могла и не дожить до осуществления его мести. От этой в мысли в груди поднялась тихая ярость. Если кто её и убьёт - то только он. На глазах Уэнсдей, чтобы Аддамс страдала побольше. -Мы уже об этом говорили. Она больше не будет пытаться тебя убить, - скептическое выражение лица Энид было отлично видно даже сквозь ту тоненькую щелочку между веками, через которую Тайлер позволил себе подглядывать за ними. -Ага, не будет. Там, где ты можешь это увидеть, - она раздражённо закатила глаза. Жест был настолько в духе Уэнсдей, что он невольно задался вопросом, являлось ли это следствием их неожиданно долгосрочной и близкой дружбы или обмена телами. -Если она попытается снова тебя убить, я сама помогу тебе спрятать её труп. Идёт? - скептичное выражение держалось на лице оборотня ещё пару секунд, а потом та широко улыбнулась и протянула куда-то вне его узкого поля зрения оттопыренный мизинец. -Обещаешь? - момент примирения прервали возмущения сталкерши Уэнсдей, на которые, впрочем, реакции не последовало. По крайней мере вербальной. Но Тайлер мог поспорить, что не обошлось без парочки знаменитых убийственных взглядов Аддамс - уж больно быстро прервалось нытьё девчонки. -Так что на счёт попытки с ним поговорить? - Энид ткнула в его сторону пальцем, даже не повернув к нему головы. - Он вообще знает, что ему нужен Хозяин для выживания? Или собирается внезапно помереть на моей попостели? -О, не волнуйся, он не умрёт внезапно. Сначала его настигнет паранойя, его внутренние органы начнут отказывать, проявится психоз. Потом его настигнет полное безумие и физическая недееспособность достаточно сильная, что он не сможет даже пошевелиться. И только после этого он умрёт. Я думаю, мы заметили бы, если бы он был в подобном состоянии. Стоило предвкушающему голосу Уэнсдей затихнуть, на комнату опустилась напряжённая тишина. Тайлер судорожно обдумывал услышанное. Да уж, ЭТОГО мама ему не рассказала. Но, несмотря на услышанное, он всё равно не хотел отказываться от Хайда. При одной только мысли об этом, он чувствовал приступ тошноты. Но если его мать была его Хозяйкой - и при этой мысли он почувствовал не меньшую тошноту - как и говорила, это же не должно было его коснуться? Он вспомнил состояние матери - так это было от того, что у неё не было Хозяина, а не из-за превращений как таковых? Она ему соврала? Он сомневался, что его мать обращалась в Хайда чаще него, так что, если она говорила правду, он должен был бы чувствовать себя гораздо хуже неё. Но он чувствовал себя отлично. Если быть совсем честным, с того вечера, когда он пытался убить Синклер и встретил мать, его состояние стало лучше, чем было в Уиллоу Хилл. И физическое, и психологическое. Даже оставленные оборотнем шрамы словно стали немного менее глубокими. И это имело столько ужасного смысла в свете подслушанного им сейчас. Его мать умирала, потому что у неё не было хозяина - и он задался вопросом, почему она просто не сделала своим хозяином Айзека, готового положить к её ногам весь мир - а его состояние улучшилось, потому что он в ту ночь своего нового Хозяина нашёл. Свою собственную мать. О, он мог представить, сколько всего могли бы сказать по этому поводу психологи. Мать, которая, в попытках контролировать, врала ему в лицо о вопросах, касающихся его выживания. Даже под закрытыми веками он почувствовал как слезы - конечно, от ярости, а не от боли - жгут глаза. Он настолько погрузился в свои мысли, что не заметил, как тишина из напряжённой стала настороженной. -А вот теперь он точно проснулся, - внезапно раздался голос Уэнсдей совсем рядом с ним. От неожиданности он распахнул глаза, оглядывая представшую ему картину. Уэнсдей стояла рядом с изголовьем кровати с топором в руках, настороженно глядя на него. Энид неуверенно направляла на него арбалет, только что судорожно схваченный с кровати. Он не видел последнюю часть трио, но, сосредоточившись, мог услышать её сердцебиение у окна. Походя, он задался вопросом, какое оружие вручили ей. -Знаешь Энид, я мог ожидать, что Уэнсдей любит игры со связыванием в постели, но ты? Я удивлён. - с удовольствием он наблюдал, как по щекам оборотня от смущения расползлись красные пятна. - слышал, вы хотели поболтать?