Четвёртая ночь. "Люби глазами".

Едва переступив порог Министерства Магии, Гермиона сразу заметила на себе несколько удивленных и восхищенных взглядов проходящих мимо мужчин. Еще бы! Некогда серая, закомплексованная и неприметная начальница превратилась в роковую красотку. Ведь, несмотря на бурлящее в крови желание, она внимательно слушала каждое наставление Дэна. А как же несказанно удивилась Джинни, когда поздним воскресным вечером Гермиона срочно позвала ее к себе и продемонстрировала все приобретенные покупки. И теперь по огромному атриуму Министерства, горделиво подняв подбородок, шла ослепительно красивая молодая женщина. Волосы были распущены. Плавными, аккуратными локонами ложились на плечи и струились по спине. Огромные карие глаза подчеркивали легкий, дневной макияж и отсутствие уродливых очков. На ней был костюм пудрового цвета, состоящий из приталенного пиджака с воротником-стойкой и юбки-футляра до колен с небольшим разрезом на правой ноге. Ансамбль дополняли кремовые лодочки на умопомрачительной шпильке и небольшая сумочка. Неделя. Ей потребовалась целая неделя для того, чтобы перебороть в себе чувство смятения от внезапного поцелуя и набраться смелости для обновления своего образа. Ради Малфоя. И, конечно, говоря на чистоту, Гермионе хотелось встретиться с Дэном и показать, что ее не зря считают самой умной и талантливой ведьмой своего времени. Поэтому, держась только благодаря своей безупречной репутации, Гермиона смогла благополучно добраться до зала заседаний на совещание к Министру Магии. За время своего короткого путешествия она получила семь комплиментов, четыре приглашения на ужин и трое совершенно незнакомых девиц попросили адрес салона, где ее так преобразили. Это был ошеломительный триумф! Ровно до того момента, пока она не переступила порог зала заседаний. Малфой уже сидел за длинным столом, по левую руку от министра и совершенно на нее не реагировал. - О, мисс Грейнджер, вы ослепительно прекрасны! – восхищенно проговорил министр Брувстер. «Восемь». - Благодарю, - скромно ответила Гермиона, усаживаясь по правую руку от Кингсли, прямо напротив Малфоя. - Ты какая-то другая, Грейнджер. Сменила прическу? – наигранно равнодушный тон и плохо скрываемая ухмылка расцвели на физиономии Драко Малфоя. - Ты поразительно наблюдателен, Малфой, - ядовитым тоном ответила девушка, чувствуя, как в уголках глаз начинают закипать слезы обиды. Неопределенно пожав плечами, Малфой, по-видимому, решил, что разговор исчерпал себя. А бывшая гриффиндорка до конца совещания боролась с готовыми вот-вот пролиться слезами.

***

Сегодняшний вечер в «Фениксе» начался намного более расслабленно и непринужденно, нежели предыдущий. Залетев в номер подобно разъяренной фурии, Гермиона прямиком направилась к бару, налила себе порцию огневиски, залпом осушила стакан, поморщилась, налила еще и только тогда взглянула на мужчину, молча наблюдавшего за ее действиями. - Он настоящая свинья, - возмущенно прошипела гриффиндорка, вновь опрокидывая в себя обжигающий напиток. - Здравствуй, мышка. Отлично выглядишь. Тебе к лицу новый образ. Все подобрано аккуратно, со вкусом. Выглядишь свежо и очень женственно, - одобрительно проговорил Драко, пристально и с ухмылкой наблюдая за ее расползающимся румянцем. - Прости меня за мое поведение. Здравствуй, Дэн. Я рада нашей встрече. И очень благодарна за советы. За один день я получила больше мужского внимания, чем за всю жизнь, - со смущенной улыбкой попыталась исправиться Гермиона. - На это и нацелено наше сотрудничество. А теперь расскажи о своем дурном настроении, - попросил Драко, подходя к столику и наливая себе выпить, тем самым нагло вторгаясь в ее личное пространство. Не успев отойти, Гермиону вновь окутала та самая горячая волна воспоминаний, которая не давала покоя всю прошлую неделю. На нем была неизменная рубашка с закатанными рукавами и строгие брюки, за исключением того, что пуговиц на рубашке было расстегнуто на одну больше, чем в прошлый раз. Четкий абрис грудных мышц заставил бедную Гермиону задрожать еще сильнее. «Успокойся! Дыши! Ты здесь не для того, чтобы крутить роман со своим куратором!» - Мышка, твое настроение. Что с ним? – напомнил Драко, пробегаясь пальцами по ее спине. Казалось бы, невинный жест взрывной волной откинул молодую женщину в противоположную от Драко сторону. - Он даже не обратил на меня внимания. Мой избранник, - расстроено проговорила девушка, стараясь дышать ровнее и вновь чувствуя удушливую волну гнева и обиды. - Войну не выигрывают за один день, - резонно заметил Малфой, наблюдая, как Грейнджер снимает пиджак и остается в полупрозрачной блузке. Легкий шифон цвета капучино удивительно гармонировал с тоном ее кожи. Показавшиеся очертания ее полной груди послали внезапную и стремительную волну обжигающего напряжения в низ живота. А в сочетании с узкими, маленькими плечами и тонкой талией… Воистину убийственный коктейль! «И с чего я решил, что мне нравятся худые девушки с маленькой грудью?» - удивлялся Драко, с видом голодного зверя пожирая плавные изгибы представшей перед ним фигуры. Если в прошлую встречу за ее огромным свитером и непонятного вида юбкой рассмотреть что-либо не представлялось возможным, то теперь зрелище было потрясающее: тоненькая и достаточно хрупкая фигура дополнялась пышной грудью уверенного четвертого размера и плавными, округлыми бедрами, которые соблазнительно покачивались при каждом ее движении. «Мерлин, дай мне сил!» - взмолился Малфой, чувствуя, что пальцы немеют от неожиданного желания впиться в это притягательное тело. - Не совсем удачный выбор белья, - севшим голосом проговорил Драко, не отрывая взгляда от ее груди, но замечая, как она замирает от его высказывания. - Это посоветовали в салоне мадам Малкин. Сказали, что цвет подойдет к блузке, - сконфуженно отозвалась Гермиона, чувствуя, как краска заливает лицо и спускается к шее. - Бесспорно. Но фактура, выбор ткани, форма. Все это неприемлемо. Смотри, - быстро приблизившись к ней, несколькими ловкими движениями Драко расстегнул две верхние пуговицы, открыв тем самым себе еще больший обзор на манившую его грудь. Показавшиеся выпирающие ключицы пошатнули его самообладание и то, что он сделал в следующее мгновение, заставило их обоих пораженно замереть. - Максимально открытая верхняя линия. Никаких вырезов, вставок и перемычек, однотонная текстура. Балконет – вот идеальный тип нижнего белья для такой шикарной груди, - все свои слова он сопровождал легкими поглаживаниями на границе ткани и открытой кожи. Малфой был в ужасе от своих действий: формально говоря, он открыто домогался Грейнджер, и она была в полном праве двинуть ему по яйцам. Но откровенный трепет ее тела, жар, зарождающийся в глубине ее глаз, и участившееся дыхание говорили о том, что она хочет всего этого. И окончательным подтверждением его безумной теории стало ее неосознанное движение навстречу его поглаживаниям. От чего его ловкие пальцы буквально на пару мгновений проскользнули под отвороты блузки, и прикосновение к ее разгоряченной коже заставило его со свистом втянуть удушливый воздух. - Я веду себя непрофессионально, - прохрипел Малфой, не в силах оторвать руки и взгляд от великолепного зрелища, продолжая поглаживать бархатистую кожу. - Я должна тебя оттолкнуть, - прошептала в ответ Гермиона, легко дотрагиваясь кончиками пальцев до его запястий, тем самым прислонясь к нему еще ближе. Именно это невесомое прикосновение послужило толчком к действию – Драко собрал все свои силы, быстро отдернул руки и направился к дивану. - Прости меня, я не должен позволять себе вольностей. И вот тебе сразу второй урок: когда женщина уверена в себе и знает, что она красива – в ее руках может оказаться любой мужчина. Даже не прилагая к этому усилий, - все еще охрипшим голосом менторским голосом наставлял Малфой. - Не подумай, что мне все равно с кем флиртовать. У меня очень высокий моральный ценз. Все дело в том, что ты мне напоминаешь его. Мужчину, который мне нравится. Словами, действиями, взглядами, - она неловко села рядом с ним на диван и робко улыбнулась. - Того, кто равнодушен к такой роковой соблазнительнице? – как можно более непринужденно хмыкнул Малфой, игриво поигрывая бровями. - Как и ты, - парировала Грейнджер. Но, однако, его небрежная подколка заставила Гермиону искренне рассмеяться, а Драко понял, что он летит. Камнем в самую пропасть. Без возможности остановиться. Потому что ее не наигранная улыбка, легкие морщинки в уголках глаз, искреннее смущение и маленькая ладошка, которая в порыве признательности за разряженную напряженную обстановку сжала его колено, окончательно его разбили. - В тебе определенно есть что-то манящее, - Драко сжал ее маленькую ладошку, неосознанно начав поглаживать большим пальцем чувствительное запястье. Наверное, это он дернул ее на себя, потому что буквально через миг Грейнджер сидела у него на коленях, а его губы с упоением выцеловывали ее дрожащее горло, пальцами зарываясь в пышные локоны. Ее пальцы неистово впивались в его плечи, комкая ткань и пытаясь притянуть его к себе еще ближе. Девичьи коленки плотно обхватывали с обеих сторон его напряженные бедра, а юбка была непозволительно высоко задрана. Губы Малфоя остервенело, на грани грубости и боли, очерчивали острые скулы, впадинки за ухом, бешено пульсирующую жилку. Но стоило его поцелуям спуститься на линию плеч, как ее дрожащие вздохи перешли в еле слышные стоны. А Драко прострелило до кончиков волос. Пальцы нетерпеливо начали расстегивать пуговицы блузки и внезапно разъехавшиеся в стороны концы ткани открыли то, к чему мужчина был не готов. Нежная, загорелая кожа с тонким рисунком вен, подхваченная молочного цвета бюстгальтером. И полные, идеально округлые полушария. Резким и быстрым движением спустив чашечки вниз, Малфой не смог сдержать возбужденного стона. Его язык медленным и плавным движением пробежался по затвердевшему соску. По комнате разнесся отчаянный, пропитанный желанием женский стон. Пальцы Драко впивались в податливую плоть, притягивая ее к своим бедрам еще сильнее. Он чувствовал болезненную пульсацию в члене и рычал, как голодный волк, которому, наконец, посчастливилось напасть на свою добычу. И то, как Гермиона крепко сжимала его ногами при особенно чувствительных нажатиях его зубов на сосок, не облегчало участь Малфоя. Он уже не мог остановить своих рук, которые уверенным движением сжали ее упругие ягодицы. Стоны Грейнджер становись все отчетливее, а выдержка Драко все слабее. - Скажи мне, чтобы я остановился, - из последних сил прохрипел ей в ухо Малфой. - Нет, пожалуйста. Я хочу. И Гермиона выгнулась так, что ее разгоряченная промежность плотно прижалась к его ноющему члену. Даже сквозь разделяющую их одежду, Малфой чувствовал нестерпимый жар ее желания. И это стало окончательной каплей для Драко. С силой сжав в ладонях задницу Грейнджер, он сделал первый, почти неконтролируемый рывок. Откинув голову, девушка притянула слизеринца к себе еще ближе, зажимая его голову в сгибе своей шеи, ощущая его ласкающие губы и язык прямо в чувствительной впадинке над ключицей. - Прошу тебя, пожалуйста, - молила Гермиона, хотя сама толком не понимала, чего она хочет. - Да, моя сладкая мышка. Я знаю, - казалось, Драко прекрасно осознавал ее желания. Именно поэтому движения его бедер стали быстрее, а то, как руки Малфоя управляли ее бедрами, заставляя врезаться в его скрытый тканью член самыми чувствительными точками, отчаянно сводило с ума. С каждым резким движением, с каждым диким хрипом, вырывающимся из его груди, с каждым новым укусом на своей шеи и груди, Гермиона осознавала как приближается к чему-то такому, чего не испытывала никогда в жизни. Его нежные пальцы ловким движением проскользнули под линию белья на ее ягодицах и прошлись в опасной близости от ложбинки. Шустрый язык вновь неуловимым, но страстным движением захватил твердый сосок. А натренированные бедра одним точным и жестким движением вновь ударили по сосредоточению ее женственности. И это заставило Гермиону разлететься на миллион осколков. Томившееся годами напряжение сконцентрировалось в одной точке и лопнуло подобно струне. Заставив от восторга зажмурить глаза, а рот в отчаянном порыве удовольствия выкрикнуть самое не подходящее в данный момент слово. - Драко! И, конечно, ничто в мире больше не имело значение. Даже ошеломленно застывший под ней мужчина.