Часть 17

Ёнми шагнула в прихожую и сразу потянулась к дочери: — Дорогая моя, привет. Как ты у меня похудела. Не ешь совсем? — голоса в её доме всегда было слишком много, а забота обычно выражалась в сотне вопросов сразу. За её спиной молча вошёл Джунхо. Он улыбался, но руки были заняты тяжёлыми сумками. — Мам, пап… — Хари округлила глаза. — Вы почему не позвонили? Не предупредили, что приедете? Отец хмыкнул: — Знали, что начнёшь нас отговаривать. Не рада видеть нас, что ли? — Нет-нет, рада, просто… — начала оправдываться она. Договорить она не успела. Из коридора вышел Тэхён — с кружкой в руках, ещё с мокрыми после душа волосами. — Хари, кто та… — он запнулся, глаза округлились, кружку чуть не выронил. — Здравствуйте, — быстро поклонился. Ёнми сразу уставилась на него. — Хари, а кто это? В животе у девушки сжалось, но она глубоко вдохнула, шагнула к Тэхэну и взяла его за руку. — Мама, папа… знакомьтесь. Это мой Тэхэн. Мой парень. И… преподаватель. С глухим стуком сумка выпала из рук Джунхо. Родители замерли. Тэхён едва слышно пробормотал ей в ухо: — Обязательно было упоминать, что я твой преподаватель?.. — Тсс, — она ткнула его локтем в бок. — Как… как это преподаватель? — голос мамы звучал уже тише, чем вначале. — Вот так, — Хари расправила плечи. — Но сразу хочу сказать: да, он мой преподаватель. Но ещё — мой друг и человек, которому я доверяю. Он рядом, даже когда я не прошу о помощи. И, пожалуйста, не думайте, что это он соблазнил студентку. Это я его соблазнила. У обоих родителей лица вытянулись ещё сильнее. — Ну вот, — Тэхён снова наклонился к ней и шепнул: — опять ты лишнее сказала. Они переглядывались, молчали. Первым заговорил Джунхо: — Это… кхм, неожиданно. Мы… я не знаю, что и сказать. — Давайте я помогу с вещами, — Тэхён шагнул к чемоданам и легко подхватил оба. Словно тем самым хотел хоть как-то разрядить атмосферу. Хари посмотрела на родителей умоляюще: — Только, пожалуйста, не рубите с плеча. Он очень хороший. Он меня любит. Заботится. Он… лучший. — Ты его…? — осторожно спросила мама. — Да, — девушка встретила её взгляд прямо. — Я тоже его люблю. Родители переглянулись, вздохнули и лишь после этого Джунхо махнул рукой: — Хорошо. Пошли уже. Чего родителей у порога держишь? Вчетвером они оказались в гостиной. Тэхён сел на диван, но, едва заметив взгляд матери Хари, сразу поднялся. — Я, наверное, пойду… — Оставайтесь, — ровным голосом сказала Ёнми. — Чай вместе попьём, поболтаем. Она ещё раз внимательно осмотрела его с головы до ног. В кухне Тэхён тихо склонился к Хари: — Мне страшно. — Ты чего? — Твоя мама так посмотрела на меня, я думал, что обоссусь на месте. Хари прыснула от смеха и тронула его ладонь: — Не выдумывай. Всё хорошо. Я сказала им, что люблю тебя. Они не из тех, кто решает за дочь. Он замер, уставившись на неё: — Ты сказала, что любишь меня? — Конечно. И что ты меня тоже любишь. На секунду он просто стоял, молчал, а потом медленно кивнул: — Конечно люблю. Он поцеловал её в лоб и помогал накрывать на стол: она ставила чай, он сделал себе кофе. Вчетвером они уселись за кухонный стол. — Итак, Тэхэн же? — начал Джунхо. Тот кивнул. — Сколько вам… тебе лет? — Тридцать. Можете обращаться ко мне на «ты». — Преподаёшь литературу? — Да, — подтвердил он. Хари тут же вмешалась: — Папа, мама, не забрасывайте его вопросами, ладно? Давайте спокойно попьём чай. Ёнми мягко улыбнулась: — Дорогая, мы не забрасываем. Просто хотим узнать твоего молодого человека поближе. Тэхён не растерялся и сам поддержал разговор. Он рассказал немного о своей работе, о том, как любит читать классику и современную поэзию. Упомянул, что увлекается живописью, хотя сам редко берётся за кисти. Поделился, что всегда мечтал преподавать, хотя отец хотел другого будущего. — Отец владеет бизнесом, — пояснил он. — Хотел, чтобы я продолжил. Но я выбрал своё. И… да, из-за этого мы не так близки, как хотелось бы. С мамой общаемся чаще. Родители слушали внимательно, переглядывались, но в их взгляде уже было меньше настороженности. В какой-то момент Хари встала, чтобы убрать со стола пустые чашки. Споткнулась о ножку стула и тихо ойкнула — чашка в руках чуть не упала. Тэхён среагировал мгновенно: поднялся, подхватил её за талию, перехватил чашку другой рукой. — Осторожнее, — сказал тихо, но строго. — Ты могла порезаться. Поставив чашку на стол, он ещё раз проверил её ладони. — Всё цело? Хари смущённо улыбнулась: — Всё хорошо. Но родители успели заметить, как заботливо он держал её руки, как нахмурил брови. Ёнми чуть тронула мужа за локоть, и он в ответ лишь еле заметно кивнул. Атмосфера за столом после этого стала мягче. Разговор за столом длился ещё минут тридцать. Родители задавали вопросы не спеша, без нажима, и Тэхён отвечал на них так честно и открыто, что напряжение в комнате постепенно растворялось. Но он чувствовал — пора уходить, чтобы не перегружать их этим новым открытием. Переодевшись, он взял аккуратно упакованные картины, которые Хари нарисовала для него, и вышел из её спальни. — Был рад с вами познакомиться, — поклонился он родителям девушки. Ёнми кивнула и улыбнулась мягче, чем в начале вечера: — Мы тоже рады. Мы приехали всего лишь на два дня, но как Хари будет приезжать к нам, мы ждём и тебя, Тэхён. Сердце кольнуло теплом. Он снова поклонился: — Спасибо большое. Хорошего вам дня. — Я провожу тебя, — сразу же откликнулась Хари и поспешила вслед за ним. В коридоре она ловко натянула кроссовки, и они вместе вышли из квартиры. У лифта Хари первой нарушила тишину: — Вот видишь, а ты боялся. Ты очень понравился моим родителям. Двери открылись, и они вошли внутрь. Хари нажала кнопку нулевого этажа, а Тэхён, поставив картины на пол, резко прижал девушку к стене, обняв за талию. — Понравился, — тихо усмехнулся он. — Конечно понравился. — Тогда чего переживал? — её взгляд скользнул по его губам. Он решил сперва подарить ей поцелуй, прежде чем отвечать. Сначала — мягкий, медленный ритм. Их губы будто привыкали друг к другу снова, хотя расстались всего несколько минут назад. Но через секунды страсть прорвалась: Тэхён углубил поцелуй, сжал её сильнее, позволив жадности взять верх. Хари отвечала так же охотно, её руки скользнули по его плечам и груди, пальцы сжали ткань футболки. Когда он отстранился, дыхание было неровным. — Мне кажется, это нормально — переживать перед знакомством с родителями девушки, которую ты очень люблю. Хари смущённо улыбнулась, но в её глазах горела искра. На парковке Тэхэн аккуратно уложил картины на заднее сиденье, а потом снова развернулся к ней. Его руки сами нашли её талию, а тело потянулось ближе. — Спасибо тебе за такие чудесные выходные, — сказал он, заглядывая прямо в её глаза. — Тебе спасибо. И… как откроешь картину — сразу дай знать, — улыбнулась она. Он кивнул и снова накрыл её губы поцелуем. На этот раз дольше, глубже, с лёгкой жадностью, которая никуда не исчезала. — Мне кажется, я никогда не смогу насытиться твоими поцелуями, — прошептал он, коснувшись её лба своим. — Прям уж никогда? — Давай ещё раз проверим. Чтобы я знал наверняка. Он не дал ей ответить. Одним движением повернул их местами, подхватил девушку под бёдра и усадил на капот машины. Встав между её ног, впился в губы так, будто эти секунды были последними. Поцелуй был горячим, требовательным: он прикусывал её губу, целовал жадно и настойчиво, а Хари лишь сильнее тянула его к себе, зарываясь пальцами в его волосы. Их дыхания смешались, её грудь часто вздымалась, а его ладони сжимали её талию, не позволяя отодвинуться. Казалось, мир сузился до крохотного пространства между их телами. Наконец, когда они всё же отстранились, Хари, едва переводя дыхание, спросила: — Ну что? — Не могу, — честно признался он. — Придётся тебе целовать меня вечно. Она звонко рассмеялась: — Хорошо. Я согласна. Он улыбнулся в ответ и крепко обнял её. — Я буду скучать. — Мы увидимся завтра в университете, — напомнила она. — Ц, такая грубая. Неужели не можешь просто сказать, что тоже будешь скучать? Хари взяла его лицо в ладони, крепко чмокнула в губы и заглянула прямо в глаза: — Конечно буду скучать. Он сделал вид, будто эти слова ничего не значат, но внутри всё полыхало. Хари спрыгнула с капота и снова обняла его, задержавшись на секунду дольше. — Как приедешь домой, обязательно напиши. — Хорошо. Он поцеловал её в лоб и, с усилием отпустив, сел в машину. Сквозь стекло увидел её — она махала рукой, стоя у подъезда. Он улыбнулся и помахал в ответ. Потом завёл двигатель и поехал, а ощущение её губ всё ещё горело на его собственных. Приехав домой, Тэхён первым делом снял обувь и прошёл в гостиную. На диване аккуратно положил картину Хари, которую всё это время берёг, словно самое ценное. Руки дрогнули, когда он начал снимать упаковочную бумагу. Но как только полотно оказалось перед глазами — он застыл. На глубоком чёрном фоне были две руки. Не идеально прописанные, но живые. Настоящие. Одна ладонь брала другую в замок — крепко, надёжно, будто обещала никогда не отпускать. Взгляд Тэхёна скользил по линиям, мазкам, теням, пока он не заметил упавшую сзади открытку. Поднял, развернул. «Ты всегда держишь меня, даже когда не замечаешь этого. Мне спокойно рядом с тобой. Ты — мои ладони, моя опора и моё сердце. Я хочу, чтобы мы держались вот так — всегда». Глаза предательски защипало. Он провёл пальцами по букве «м», вытер набежавшие слёзы и улыбнулся. Эта девчонка… этот маленький дьявол умудряется разбить и собрать его сердце одновременно. Он взял телефон и открыл переписку. 📱 скриншот переписки Заблокировав экран, он ещё долго смотрел на картину. Вспоминал её смех, её глаза, то, как она держала его за руку перед родителями. Всё происходило так быстро — свидания, признания, знакомство с семьёй. Но почему-то именно это и казалось правильным. Сбросив с себя одежду, он пошёл в душ. Тёплая вода смыла усталость, но не смыла улыбку, которая всё ещё держалась на лице. Через несколько минут он лёг в постель. Подушка хранила лёгкий запах её парфюма. Обняв её, он закрыл глаза и почти сразу провалился в сон, с ощущением, что в его жизни наконец всё встало на свои места. Ночь пролетела незаметно, и вот Тэхён уже шагал по коридору университета к своему кабинету. Стены, студенты, ритм повседневности — всё это он знал до боли, но именно теперь каждый шаг давался легче. Мимо проходили студенты, и он машинально кивал им в знак приветствия. Спокойное утро, ничто не предвещало бурю. Зайдя в кабинет, он сразу прокрутил в голове расписание. Сегодня последняя пара с курсом Хари. Отлично. Значит, сможет полюбоваться ей, услышать её голос, поймать взгляд. Первая и вторая пары пролетели быстро. Студенты на удивление были в отличном рабочем настроении: отвечали бодро, спорили между собой, не отвлекались. — Господин Ким, а можно я попробую интерпретировать этот образ по-своему? — спросил один из парней с задней парты. — В литературе всегда можно по-своему, — спокойно ответил Тэхён. — Но убедите нас, что в этом есть логика. Кто-то засмеялся, кто-то поддакнул. — А правда, что писатель, которого мы проходим, сам не всегда понимал, о чём пишет? — спросила девочка из середины ряда. Тэхён усмехнулся: — Иногда авторы — самые плохие читатели собственных текстов. Несколько студентов заулыбались, кто-то быстро сделал заметку. Так и прошёл час с половиной: вопросы, реплики, улыбки. День обещал закончиться спокойно, без лишних сюрпризов. Когда звонок оповестил об окончании пары, Тэхён вышел из аудитории и направился в буфет. Там, за одним из столиков, он сразу заметил её. Хари. И впервые за утро мысли обожгли сильнее кофе. Она сидела с подругой и громко смеялась. На ней была бежевого цвета водолазка и коричневая юбка-колокольчик чуть выше колен. Сочетание простое, но так чертовски шло ей. «Чёрт… мы даже по цветам совпали». Он невольно посмотрел на свой свитер и брюки, тоже бежевые. Как будто они договорились. Девушка заметила его взгляд, легко кивнула. Он ответил тем же и почувствовал, как уголки губ сами поднимаются в улыбке. Взяв кофе, он направился обратно в аудиторию — работы по подготовке было предостаточно. Третья пара наступила незаметно. Студенты заходили в аудиторию, рассаживались. Кто-то шутил, кто-то листал конспекты. — Господин Ким, — обратился парень с первой парты, — а можно у вас уточнить, как вы сами относитесь к поэзии? Не как преподаватель, а как человек. Тэхён задумался, но ответил честно: — Это лекарство. Но не всегда вкусное. Аудитория засмеялась, и кто-то шепнул: «Надо записать». Так пролетели ещё полтора часа. И вот наконец долгожданный звонок. Один курс покинул аудиторию, другой постепенно начал её заполнять. Хари вошла одной из первых. Села, как обычно, на первую парту и что-то высматривала в телефоне. «Даже не посмотрела на меня», — недовольно подумал он. Телефон в кармане завибрировал. Сообщение. ⸻ 📱 скриншот переписки ⸻ ЧЕГО, БЛЯТЬ?! Он едва не уронил телефон на стол. На удачу? Она присылает ему свою попу «на удачу» перед парой?! В горле мгновенно пересохло, кровь прилила к паху. «Нет… не сейчас», — мысленно выругался он. Он пытался гнать мысли куда угодно: кимбап, кофе, литература, конспекты. Но всё возвращало к ней. К её фото. К этим округлостям, которые так и хотелось сжать ладонями. Или… шлёпнуть. В голове сам собой сложился план. И уже оставшиеся полтора часа он сидел в аудитории, задавал вопросы, комментировал, но всё это делал на автомате. Внутри его держало одно: её фото. Её вызов. Долгожданный звонок оповестил об окончании. Студенты начали собираться, паковать вещи, болтать, выбегать из аудитории. — Студентка Чон, — голос Тэхёна прозвучал неожиданно строго. — Останьтесь, пожалуйста.