14. Буря.

Экзамены оказались невероятно простыми. За почти два месяца, что я в этом мире, я провел в выручайке, по моим скромным подсчетам, по меньшей мере месяц. И я не терял времени зря. Вся программа Хогвартса, множество книг из самой комнаты и конечно же спорт — все это было подготовкой к этому моменту. Поттер и Дамблдор отбыли. Они словно намеренно делали все в открытую, чтобы я или может быть кто-то, так же заинтересованный, знали об этом. Прямо в большом зале к Гарри подошел один из младших и тот, взглянув на профессоров, умчался. Бывает? А то, что Дамблдор покинул большой зал спустя несколько минут? В общем, будучи уверенным, что Поттер с директором отбыли на свою миссию, я тут же направился в выручайку и уже стоял перед шкафом. Ремонт давно был завершен, но я оставлял дверь открытой, чтобы никто не мог зайти. Руки тряслись. Признаю, я всем сердцем сейчас хотел бы быть где угодно, но только не здесь. Сделав глубокий вдох, я огляделся. Сцена была полностью готова, девушки предупреждены и надежно скрылись в моей комнате. Все что мог сделать — я сделал. Остается лишь молиться. Подойдя к исчезающему шкафу, я закрыл дверь и положил руку на створку. — Гармония нектере пассус. — произнес я активирующую фразу и тут же отошел в сторону. В связанный по ту сторону шкаф, я отправил письмо, в котором лаконично было написано одно единственное предложение: «Проход открыт». Руки потели, а живот скрутило в клубок нервов. Я обратился за помощью к окклюменции, но и та не давала никакого утешения, а лишь снимала толику напряжения. Палочка в кармане жгла кожу, но я старался прикасаться к ней как можно реже — ничего не должно меня выдать. Не сейчас. Несколько, мучительно долгих минут, я лишь ждал теребя в одной рукой волшебную палочку, а второй, поглаживая обручальное кольцо, которое мы сделали невидимыми, но все еще осязаемыми. От кольца шло ощутимое тепло, которое давало такую необходимую мне сейчас поддержку. Когда девушки услышали мой план, они были категорически против. Мне пришлось не раз с ними согласится, но никакой мозговой штурм не дал ответа на вопрос — что мне остается? Используя все доводы и немалую порцию поцелуев, мне наконец удалось убедить их, а позже и уговорить не участвовать во всей этой вакханалии. Из мыслей меня вырвал, слегка засветившийся, исчезающий шкаф из которого вышли двое. — Драко-пу, ты тут? — послышался голос Беллатрисы. Мурашки пошли по коже. Казалось словно она забавлялась, но ее голос резал слух не хуже гвоздя протягивающего по осколку стекла. Вздохнув, я вышел из-за горки хлама. — Здравствуй, тетя. — подал голос я, высокомерно осматриваясь и приподымая бровь. — Двое? С Беллатрисой из шкафа вышел ее муж — Рабастан, который стоял и отвратительно улыбался мне. — О, Драко. Ты молодец~. Темный лорд будет доволен тобой. Ха-ха-ха! Белла говорила нараспев и подойдя принялась гладить меня по голове. Только чудом мне удалось не выказать отвращения на лице. Она закружила на одном месте, а я чувствовал как от ее безумия — каменею. — И это все? — спросил я отступая от руки женщины. — Нет-нет-нет. Этого будет мало. — словно разговаривая с младенцем ответила сумасшедшая. И действительно, шкаф вновь открылся выпуская очередную группу. Я узнал Рудольфуса Лестрейндж, близнецов Кэрроу и Треверса, но это были явно не все, ведь Треверс поспешил закрыть дверь. Пожиратели толпились в заранее заготовленном мной коридоре из хлама и мусора самой комнаты. Шкаф вновь вспыхнул и тут же из него вышел последний человек которого я сейчас хотел бы видеть — Фенрир Грейбек. Его сопровождал еще один пожиратель, Гиббон или Гиббонс, не могу точно вспомнить. Мои глаза не отрывались от монстра в комнате. Сейчас я даже не был уверен кто опаснее — он или «тетушка». Грейбек высоко задрал голову и понюхал воздух, словно пес взявший след. Ну… он же чертов оборотень! Чертыхаясь, я пинал себя за глупость, что не нашел и не снарядил ловушки серебром. Блять. — Что ж, теперь мы все здесь. — пролепетала Белла качаясь на каблуках. — Веди нас, Дракусик. Я кивнул и двинулся по заранее запланированному пути. Шкаф я левитировал значительно глубже в комнату, чтобы мои приготовления были не напрасны. — Что это за комната? Не помню такой в замке. — проговорил Рабастан, осматриваясь по сторонам. — И что это за мусор? — Выручай-комната… — ответил я, но запнулся когда мой голос дрогнул. — Домовые эльфы — эти мелкие педики устроили из нее помойку. Ответил я собравшись. Я не обернулся, ведь уже увидел условный, красный стул в конце прохода. Мои мышцы начали напрягаться задолго до рывка и пока ведомые мной убийцы оглядывались по сторонам, я нырнул в узкий проем. — Драко? — послышалось мне в спину, но я уже пробирался по узкому лазу. Мое действие конечно же было замечено, но поздно: ловушка уже захлопнулась и сотни стрел с обеих сторон прохода начали осыпать пожирателей плотным дождем. Послышались крики и вопли. Я слышал как были произнесены чары щита, но был уверен, что они не сработают. Я полз по узкому лазу, не оглядываясь и стараясь не сбить дыхание от страха. Пробравшись на другую сторону я прислушался. По ту сторону от горы мусора были слышны всхлипы и крики боли, но волновало меня совсем не это. Вскинув палочку, я ждал. Вдруг, послышался шум осыпающегося хлама, а следом за ним показался он: распахнутая рубашка была залита кровью, черты лица и руки полностью приобрели звериный вид. Это был Грейбек. — Маленький ублюдок! — прорычал облизывая губы полу-волк и бросился в мою сторону на всей скорости. Он был в десятке метров, но для такого чудовища, это даже не расстояние. Опомнившись, я направил на него палочку, в то же время отпрыгивая с пути монстра. — Argentis Sagitta. — вспомнив формулу серебрянной стрелы, я выпустил ее в противника. На невероятной скорости монстр сменил направление и стрела прошла мимо, накрепко воткнувшись в устроенные мной баррикады. Его рот, на месте которого сейчас была пасть, разбрызгивал слюни во все стороны, а в глазах виднелся азарт погони. — Неплохо, сученок. — сказал оборотень и вновь ринулся на меня, а я — бежать. Бросив за спину несколько серебряных стрел, я потянул столы и стулья, которые составляли проход. С невероятным грохотом лавина осыпалась на преследователя, давая мне такую необходимую фору. Я скрылся за поворотом и оперся спиной, переводя дух. Пот стекал по моему лицу, а мышцы ног горели и дрожали от перегрузки. Несколько секунд, ровно столько я позволил себе остановится, прежде чем ринулся дальше. За спиной слышался грохот, а следом громкий рык взбешенного зверя. Плохо. Я, сдуру, обрушил проход за собой и сломя голову помчался в сторону двери. Несколько минут я бежал не оглядываясь, понимая, что заблудился и ругая себя за дурость. Облокотившись на шкаф, я опустился на корточки. Что-то не так. Я изо всех сил прислушивался, но в комнате повисла гробовая тишина. Ни единого звука не доносилось от пожирателей и, что еще более страшно, от моего преследователя. Выглянув из-за своего импровизированного укрытия, я огляделся. Никого. Где же?… И тут меня посетила ужасная мысль — он мог вернуться через шкаф! Хлопнув себя по лбу, я попытался сориентироваться и наконец определил направление. Я выскочил из-за укрытия, перебирая все известные мне методы борьбы с ликантропами. Стрелы, путы, да даже смертельное проклятие. Все не то. Это средства прямой стычки, но никак не скрытой войны. На короткой дистанции он порвет меня раньше, чем я успею вздохнуть. Ну пиздец. Выбегая из-за поворота, в тот самый коридор где была ловушка, я споткнулся, а следом меня накрыло волной острой боли. Мое правое плечо, на которое я приземлился отдавало острой, раскаленной добела агонией. Я схватился за него свободной рукой и почувствовал влагу — кровь, но как? — Везучий ублюдок. — послышалось у меня из-за спины и я резко поднял взгляд и увидел оборотня. Его когти были залиты кровью, моей кровью. Впервые две левые ноги меня спасли, ведь пройди эти острые как бритва на несколько сантиметров выше и ближе… Я сглотнул подступающую рвоту. Не теряя времени я выпустил в сторону врага проклятье. — Арх! На этот раз, это был не серебряный болт, нет, нечто куда более серьезное. Vincula Lunaris или же лунные оковы — аналог Инкарцеро, выпускающей из палочки широкие серебряные цепи, что опутывают тело. Оборотень, который только что насмехался надо мной, упал на колени, а его связывали серебряные путы. — Я, аркх… — попытался сказать что-то монстр, но я послал в него серебряную стрелу, что вошла ему в грудь. Монстр начал биться в конвульсиях, но мне было плевать. В глазах начало темнеть от потери крови, а голова кружилась. Я попытался встать, но ноги подогнулись и я рухнул как кукла с обрезанными нитями. Лежа на полу, я всеми силами пытался наложить на себя заклинание исцеления, но даже помогая себе второй рукой, они дрожали, а заклинание не срабатывало. Закусив губу, я решил пойти другим путем и полез в карман. Выудив из него сумку с зельями, я высыпал их все на пол и судорожно выискивал нужные флаконы. Кроветворное, исцеляющее и… серебряный бальзам. Не знаю, что меня дернуло его изготовить, но сейчас я был безумно рад. Я принялся подносить зелья, одно за другим, себе ко рту, вырывал зубами крышки и выпивал. Несколько мгновений, казалось, ничего не работало, но наконец я начал приходить в себя. Черная дымка на краях зрения отступала. Целое мгновение я думал, что все обошлось, но… следом пришла боль, которую я не мог стерпеть. Я закричал и меня выгнуло в дугу на полу. Слёзы текли, а зубы вонзились в губы, впиваясь в них до крови. Воздух комнаты наполнил запах металла, а во рту я ощутил соленый вкус крови. Меня бросало в жар, а следом обдавало могильным холодом. Несколько мучительных минут или час, зелье, содержащее чистое серебро и эссенцию аконита, выжигало из меня магию ликантропа, заставляя кричать и кататься по полу прося помиловать или прервать мои страдания. И тут все потемнело.