21. Оковы разума

Голова была тяжелой, словно вчера я устроил неплохую попойку. С трудом оторвав ее от подушки, я прищурился. Свет, ворвавшийся в комнату через маленькое пространство примыкания жалюзи, не делал понимание происходящего проще. Постой… Жалюзи? Память подсказала, что что-то не так. Я же был в волшебном замке, разве нет? Воспоминания каскадом обрушились на меня и я снова рухнул на подушку. — Какого черта?! — прорычал я, обхватив голову руками. Руки казались больше. «Снова?». Головная боль, пульсирующие отдавала в висках, но я упрямо заставлял себя двигаться. Мне нужна уверенность, я должен знать. Рухнув с кровати на бархатный ковер, я, на четвереньках, пополз к зеркалу на одной из дверец шкафа-купе. Пульсирующая боль словно острыми лезвия кинжалов, отвечала на каждое движение, но я упрямо двигался. Подняв голову, я застыл. Даже боль отступила на дальний план. Какого черта? По ту сторону зеркала, на меня смотрел я. Это был не Малфой, с его белыми как пепел волосами и серыми глазами, а… я. Тот самый, который умер в одиночестве от удара током, подсказала мне память, но не совсем. Не было шрамов. Я провел по лицу рукой, не веря своим глазам, но пальцы не столкнулись с бугристыми ожогами, а скользнули беспрепятственно по безупречной щеке. Щетина бороды шелестела под пальцами, без плешей, без ран. Подобрав колени, я сел, пытаясь понять, то что вижу. — Я снова умер? — шепотом вырвалась первая мысль. — Но как? Помню допрос, союз, клык, крестраж… Н-да, насыщенный день выдался. Неужели этот осколок был настолько силен, что смог меня прикончить? Покачав головой, я отбросил эту мысль. Даже если это так, что мне остается? Я не уверен, что смог бы наверняка понять насколько ужасающей была магия… «Магия!» — вспомнил я и прислушался к своим ощущения. К хорошему быстро привыкаешь, и я все время, что пробыл в волшебном мире, ощущал ее в себе. Это было как мягкий свет, спокойный ручей, внутри меня, готовый в любой момент ответить на мой зов и сотворить чудо. Ничего. Опять ничего? Да, какого ж черта?! Поднявшись на подрагивающие ноги, я принялся расхаживать по незнакомой комнате, панически пытаясь понять происходящее. Разум, измученный болью, метался в догадках, пока взгляд не упал на окно. Та самая маленькая щель, между окном и жалюзи открывала странный вид и я одним движением избавился от закрывающих его белых полосок. За окном была весна, но это было единственное, правильное или хоть бы немного вписывающееся в мое представление о «правильном». Дороги были вымощены серым камнем, по которым пробегали стада фестралов и единорогов. Дома, вдоль дорог, плотным рядом примыкали друг к другу в странной синергии викторианской эпохи и хай тек. Вдалеке виднелась пизанская башня, подпертая железной конструкцией Эйфелевой, а леди свобода, в отдалении, опустила свой факел и указывала на эту странную конструкцию рукой. — Какого?… Вдоль дорог, по асфальтированному тротуару, проходили группки людей. И все бы ничего, но… Под руку шли Гарри и Гермиона. Они выглядели старше лет на десять. За ними бегали два ребенка, очень похожие на Луну и Сириуса Блека. Навстречу им шли девочки-черлидерши из моей старшей школы, с помпонами и в своей красно-белой форме. По другую сторону дороги, на лавочке у единственного высотного здания, сидел старик и старуха, очень напоминающие мне Дамблдора и Макгонагалл. Бабка, строго смотрел на обнимающуюся парочку на противоположной от него лавочке, а дед, гладил ее по спине. По небу пролетел самолет, росчерком оставляя за собой фиолетовую полосу. Вдалеке я видел драконов, которые, словно стая птиц, перелетали на другое место. — Сюр… Я прикрыл глаза. Что-то со мной не так. Это не просто не реально, но и абсурдно. Даже… даже если предположить, что это очередной перенос, то как объяснить все это? Это не реально. Не может быть. Не должно… — Почему бы и нет. — позади меня послышался хриплый голос и я обернулся. — При-и-вет. Ну конечно же бред не мог ограничится лишь внешним миром. Передо мной стоял сам змеелицый и дружелюбно, если на этом лице змеи может отразиться дружелюбие, махал мне рукой. — Ой. — с деланной обидой усмехнулся он. — Змеелицый — это так не оригинально… — Какого хера ты тут делаешь? — сорвался я, игнорируя его заявление. — Что происходит? Темный лорд сделал шаг в мою сторону. В его движения была хищная грация, и я постарался отпрянуть, но ноги не слушались. Том поднял руку и мягко постучал мне по виску. Несмотря на мнимую легкость, каждый толчок отдавался острой болью в моей голове. — Разум, такая удивительная вещь. Вы его таковым не находите, мистер Асквитти? — его лицо переменилось и стало маской презрения и ненависти. — Мир в голове человека так… многогранен… Я только и мог, что следить глазами за его движениями, когда он принялся обходить меня вокруг. — 21-й век. Это так… удивительно. — с шипением произнес голос позади. — Так много всего напридумывали те, кто веками пытался искоренить магию. Они достигли таких высот, что магия может показаться лишь фокусами, на фоне «прогресса». Как же приятно будет их сокрушить… Меня развернуло в сторону окна и я с ужасом наблюдал как мир погрузился в огонь. Драконы палили землю под собой, самолеты падали, а вдоль дорог, залитых кровью, шли разнообразные бои. Холод окутал меня, несмотря на мнимый жар окружающего мира. «Что происходит?» — моя паника нарастала, но я не мог отвести взгляда от инфернальной сцены передо мной. «Это не реально! Это только у меня в голове, все у меня в голове». — Действительно. — спокойно ответил Волдеморт. — И… ошибочно. — усмехнулся он. Я же, всеми силами пытался вспомнить уроки Дафны, каждую крупицу знаний окклюменции. Защиту от вторжения… отражение… изгнание. Глаза начало жечь от поднявшего по стене пламени, но я всеми силами игнорировал страх, наполнивший меня изнутри. Боль в висках вернулась с прежней силой и только сейчас я осознал, что изначально это была моя подсознательная реакция на вторжение. — Очень хорошо, юный Асквитти. — покровительственно подметил Реддл. — Но этого не достаточно… Я прикрыл глаза, стараясь изо всех сил игнорировать голос, который раздавался как снаружи так и внутри моей головы. — Изгнание. — повторял я вновь и вновь, вкладывая все силы, всю волю в попытку отогнать ужас, впившийся в мое сознание острыми иглами. — Изгнание. Моя рука дернулась и сжалась в кулак. — У тебя ничего не выйдет, сопляк. — голос зазвучал более резко, раздраженно. — Я, великий Лорд Волдеморт и ты падешь от моей воли! — Изгнание. — повторил я и мне показалось, что я услышал чей-то голос. Он был мелодичным, но в нем слышалась паника, срочность, страх. — Изгнание! — я вложил еще больше усилий, чувствуя как моя плоть горит, а запах жженого мяса заполнил все мои чувства. Голос вторил мне. Мягкий, но жесткий. Сильный. Родной. В миг озарения я узнал его. — Дафна… — Изгнание! — голос Дафны был тверд и звучал отовсюду. Я словно чувствовал, как она просит, требует от меня продолжать. Но… Силы покидали меня. Я устал, выдохся. Боль пронизывала каждый островок моего естества. Мои ноги подогнулись и я рухнул на колени. — Борись, Рик. Изгони его. Вернись к нам, дорогой. — голос слегка притих. Каждое слово любимой девочки, вдалбливало меня в землю, но и придавало сил. «Я не собираюсь сдаваться!» — заверил я сам себя. «Мне есть ради кого жить.» С новыми силами я, на дрожащих ногах, выпрямился. Собрав всю волю, все намерение вернуться к моим девочкам, я открыл глаза навстречу бушующему огненному аду и проревел. — Изгнание!!! Послышался треск тысячи осколков разлетающихся по земле. Огонь исчез, словно его никогда там и не было. И в момент все изменилось. Комната исчезла, а мои глаза смотрели на два аквамариновых камня и я их тут же узнал. Сложно не узнать глаза любимой девушки, пары, жены. Эти два голубых омута пристально и с беспокойством смотрели на меня. Я улыбнулся. — У тебя такие красивые глаза, любимая… — прохрипел я и мир, в который раз, окутала тьма…