Часть 2

"Я Мидория Изуку, и я не могу

идти дальше"

- Итак, Изуку, расскажи как ты справляешься со своим состоянием теперь, после всех наших бесед? Женщина средних лет поправила очки на носу, мягко посмотрев в мою сторону. Комната геройского психолога, у которого я занимаюсь уже на протяжении года, ничем не выделялась: светлые стены были украшены небольшими картинами с изображениями животных, стеллажи с полками полными различных книг и журналов стояли вдоль стены у большого окна, с которого лился дневной свет, оставляя блики на стенах и кофейном столике, за которым мы и сидели. При этом все минималистичное убранство кабинета дарило спокойствие и уют. Я сидел на мягком диванчике кофейного цвета и держал в руках кружку с дымящимся и ароматным какао, но даже оно вызывало сейчас приступ тошноты. - Никак. - То есть наши беседы тебе никак не помогают? Ты записывал чуть ли не каждое мое слово в свою тетрадь и неужели ни один вариант решения проблемы из тех что я предложила не произвел нужного результата? - Именно. Как бы я ни старался, не помогает. - я огладил ручку чашки, перед тем как отставить ее обратно на столик, так и не прикоснувшись к напитку, и откинулся на спинку дивана, прикрывая глаза, - каждый чертов день, когда я ложусь в постель, перед глазами стоит одна и та же картина. Я чувствую.. что она жива.. - Это естественная реакция нашего мозга на боль утраты, Изуку. Ты должен принять что ее больше н.. - Нет! - возглас парня, до этого сидевшего так тихо прозвучал слишком громко для спокойно говорящей женщины. Она вздрогнула и резко взглянула на меня, рассматривая меня своими чуткими голубыми глазами, надеясь не увидеть на моем лице признаки начинающейся панической атаки. - Изуку.. - Я сказал нет. - я встретился с ней взглядом, - она не может быть мертва. Тело не нашли, ее признали без вести пропавшей, но ведь это не значит что она умерла, так ведь? Голос сгорбившегося на мягком сиденье парня практически умолял согласится с ним. Сказать что все, что она говорила это не правда, ведь он не мог принять смерть своей сестры, не увидев ее тела. Это не может быть правдой. - Послушай, я вижу как тебе тяжело, но ты не пытаешься дать мне тебе помочь. Твою сестру не могут найти уже три года. Тебе пора смириться с ее пропажей и дать себе шанс на будущее. - Я не могу, - голос прозвучал сдавленно, к горлу снова подступал ком, не дающий нормально говорить и единственное что правда хотелось сделать на данный момент, так это уйти громко хлопнув дверью. Просто идти по улице с музыкой в стареньких проводных наушниках и снова отдать свое сознание в омут таких приятных и одновременно болезненных для растерзанного разума воспоминаний. *** - Ребята! А что если мы станем героями и создадим свое собственное агентство? - Не неси чепухи, мелкая. Я ни за что не пойду в ваше задротское агентство. - Прекрати, Каччан. Думаю у нас была бы самая лучшая организация во всей Японии! Трое ребят лежали среди высокой травы совсем близко друг к другу, а легкий ветерок трепал непослушные волосы на макушках каждого. Яркое солнце разливало свой свет на всю лужайку и приятно согревало кожу. Тогда еще не было тревог, потерь и каких либо проблем. С утра быстро перекусив прекрасным завтраком приготовленным родными материнскими руками, а после резво бежать на встречу к другу, на поиски приключений, тайком убегая за пределы площадки, куда то на лужайки, где совсем тихо и слышно лишь пение прилетевших в тепло птичек. - У меня будет самая сильная причуда, я уверен, - мальчик резко подскочил на ноги, качнув блондинистой головой вверх, показывая свое превосходство. Маленькие ручки были раскинуты в стороны от тела, как бы призывая посмотреть на него. Звонкий детский смех трелью разошелся по лужайке, заставляя мальчика нахмурить брови и посмотреть на своих друзей. Два хохочущих ребенка держались за свои животы не в силах остановится. - Заткнитесь, придурки, - стараясь скрыть собственную улыбку, пробормотал мальчишка. *** Из воспоминаний выдернул резкий звон таймера на мобильном женщины. - Чтож, Изуку, наш сеанс на сегодня окончен. Прошу тебя воспользоваться ещё раз твоими записями и постараться дать мне возможность тебе помочь. К следующему сеансу попрошу тебя записать свои чувства, а так же найти причины почему тебе не помогают те способы, что я тебе посоветовала, хорошо? - Да, Каруко-сан. Сразу после этого, не попрощавшись, я вылетел за дверь кабинета. Уже совершенно не было сил говорить ни с кем. Больше всего хотелось лечь в свою кровать и хотябы разочек уснуть без назойливых образов своей сестры. Уже порядком засаленные волосы неприятно ощущались на голове, а глаза закрывались сами собой. Выписанные успокоительные не давали должного эффекта, будто бы это и вовсе самые обыкновенные аскорбинки для детей. Вот уже три года прошло с момента, как мою сестру похитили. Никогда уже не забыть ее напуганного лица, тот темный силуэт, воткнувший в ее шею шприц с неизвестным веществом, а потом так же испарившийся в воздухе как и появился. Ее украли прямо из под моего носа, а я даже не смог ничего сделать. Что уж говорить, я даже пальцем не двинул в ее сторону, остолбенев и просто смотря на происходящее. Да какой из меня к чертовой матери герой! Я даже своему близкому человеку помочь не могу, не могу помочь себе, а мечу себе место среди остальных ребят в рядах геройского курса. Даже свою причуду я получил спонтанно, в тот момент когда уже даже и не грезил мечтами о ее получении. В голове была лишь сестра и ее исчезновение. *** Прошло три дня с того момента. Мама уже двое суток сидела в полицеском участке, а зеленоволосый просто шел по городу, смотря себе под ноги и пиная очередной камешек. Люди вокруг спешили по своим делам, совершенно не обращая внимание на потерявшего смысл своей жизни подростка. Мальчика заприметил лишь пытающийся скрыться в темноте переулка злодей. Зеленоволосый парнишка, понуро опустивший голову и не обращавший никакого внимания на происходящее вокруг него, был идеальной жертвой для нападения. Незаметно подкравшись со спины, мальчику заткнули рот и схватили за шкирку, толкнув в темноту. Больно ударившись спиной и затылком об асфальт, сморщившись мальчик наконец посмотрел на человека, так нагло напавшего на него посреди оживленной улицы человека. Тот выглядел весьма устрашающе: высокое худощавое тело было облачено в потрепанное, местами рваное и грязное одеяние, сальные темные волосы опали на лицо, прикрывая прищуренные глаза с большими темными мешками под глазами, губы были растянуты в мерзкой усмешке, обнажая заостренные зубы. Но самой главной отличающей чертой злодея был длинный рваный шрам, пересекающий его лицо от правой брови, до левой ключицы. Резко пришедший в себя мальчик, не мог отвести глаз от безумного лица напротив. А незнакомец уже медленно вышагивал, шоркая ногами по гравию, направляясь к своей жертве. - Ч-чего ты хочешь? - голос дрожал, ноги нервно толкали себя дальше от мужчины. - Не бойся меня, - мерзко протянул злодей, - мы лишь слегка с тобой развлечемся. Именно в этот момент появился Всемогущий. Тот самый герой номер один, символ мира так обожаемый всеми. Изуку видел его лишь по ту сторону телевизора, да на постерах, развешенных по комнате так старательно, что даже обоев практически было не видно. Встав перед мальчиком, заслоняя телом от потенциального злодея, герой, замахнувшись, ударил по воздуху с такой силой, что мужчину в лахмотьях откинуло обратно на оживлённую улицу. Люди вокруг разбежались в стороны, резко позабыв о своих планах. Злодей, распластавшийся на дороге, уже не мог подняться, но в последний раз кинул на героя номер один свой озлобленный взгляд. Произошедшие дальше события прошли как в тумане. Приводящий мальчика в порядок Всемогущий, диалог о причудах и желании стать героем, а после слова символа мира о том, что он может дать мальчику, то что он желает. Зеленоволосый думал что это просто издевательство над ним и какая то шутка. Ведь как человек, что не смог защитить свою сестру от похищения, дать отпор другу детства и в общем был слабым и физически, и морально, может получить причуду и стать героем как всегда мечтал? Мозг мальчишки просто плавился от такого давления и от стольких событий произошедших в его жизни лишь за жалкие пару дней. Волнение на лице мужчины, который всегда улыбается в лицо страхам, было неожиданным, но оправданным. Ведь некогда поникший и убитый горем мальчишка, вдруг разразился громким хохотом. Он стоял чуть согнувшись и полностью обхватывая руками свой живот, не переставая смеяться. Именно в тот момент Всемогущий понял, что точно не сможет просто взять и бросить этого паренька. Именно он станет его преемником и примет эту великую силу. *** Погрязнув в воспоминаниях, Изуку даже и не заметил как подошел к общежитию. В голове осталось лишь опустошение и желание упасть лицом в подушку и больше не просыпаться. Но не тут то было, путь преградила мускулистая рука лучшего друга. Ах, да. Послевоенные события помогли бывшим друзьям детства наконец то прийти к примирению, только вот состояние Изуку не плохо действовало Кацуки на нервы, заставляя его то и дело срываться на парня. - Хэй, Изуку, дуй за мной. Взяв зеленоволосого за рукав темной толстовки, блондин повел его за общежитие, подальше от лишних глаз. Парень и не сопротивлялся, просто шел не думая о том куда и зачем его ведут. На самом деле, Изуку уже было все равно на это, не хватало сил на вечное излюбленное анализирование и бубнеж, а так же не было желания открывать рот в поисках ответов на свои вопросы. Наконец остановившись за зданием, Кацуки отпустил руку парня и, отойдя на пару метров дальше, наконец повернулся к нему. Он стоял так пару минут, тщательно анализируя состояние друга своими алыми глазами. Изуку же в свою очередь не торопился поднимать на него глаза, смотрел под ноги на примятую от многочисленных шагов траву и прислушивался к звукам завывающего между деревьями ветерка. - Может быть ты объяснишь наконец, что с тобой происходит уже столько времени? - блондин потер пальцами переносицу и сложил руки на груди, возвращая свой взгляд на парня перед собой. - Что именно ты хочешь услышать? - голос был слишком хриплым и сиплым, для человека, который хотел бы кричать так, громко насколько это возможно на данный момент. - Я ясно выразился. После войны ты вообще сам не свой стал. Посмотри на себя, ты выглядишь как труп ходячий. Мне самому тебя в душ тащить или сам справишься? - Неужели тебе интересно мое состояние и то что я чувствую? - парень все таки поднял свои глаза на блондина, слегка скривив губы в усмешке, - по-моему раньше тебя это особо не волновало. - Я уже тебе все сказал давным давно. Не вижу смысла повторятся. От темы не уходи. Дело в Хару, я прав? Тело парня дернулось от этих слов. Некое подобие ухмылки сошло на нет, сменившись подрагивающим уголком губ, будто он прямо сейчас рассмеется. Одинокая слеза скатилась по щеке к подбородку, а руки мелко задрожали. - Не говори о ней. Ты последний кто может говорить о ней. - С чего бы это? - Неужели ты забыл? - Изуку слегка наклонил голову к поечу, открывая вид на заполненные слезами глаза из под отросшей челки, - не ты ли несколько лет терроризировал нас с Хару? Не ты ли избил нас в тот день?! Тело зеленоволосого затряслось еще сильнее от накатывающей истерики, голос начал срываться на крики, показывая всю боль что так долго держал в себе парень. Блондин же, стоявший напротив в одной позе все это время, изменился в лице и опустил руки вдоль тела, сжав их в кулаки. Будто почувствовав накаляющуюся атмосферу между друзьями детства, погода взбушевалась: до этого легкий ветерок, стал в разы сильнее, небо покрылось серыми облаками, будто бы оседая холодным пеплом на душах обоих парней. - Изуку! Я ведь объяснял что был мудаком, извинялся и не раз. Но я не могу изменить того, что натворил тогда в детстве. Что мне сделать, чтобы ты наконец меня простил?! - голос блондина перерос в крик в ответ на возгласы друга, стоящего сгорбившись напротив. - Ничего не нужно делать. Просто не трогай меня. Не задавай мне этих вопросов. Я прекрасно знаю, что ты знаешь о чем я думаю и что именно меня гложет, не давая мне нормально жить. Кацуки глубоко вздохнул, пытаясь сдержать гневные высказывания и резко опустился на землю, уткнувшись локтями в свои колени и сложив лицо на ладони. - Изуку.. Постарайся сейчас выслушать все что я скажу, не перебивая. - голос через ладони был приглушенным и тихим, но было ясно, что эти слова даются парню с трудом, ведь тот никогда не умел нормально говорить о своих чувствах, поэтому Изуку не стал перебивать его обращая все свое внимание на Кацуки, - все, что ты сейчас говорил, гложет не только тебя. Как я и говорил в тот раз на площади, когда извинялся перед тобой, я ненавижу себя за те поступки, которые творил в детстве и в школе. Просто был мелким пиздюком, что не мог нормально выразить свои чувства, не мог признать то, что я завидую вам с Хару. Не знаю что движило мной в те моменты, когда я поднимал на вас руку. Но я не могу изменить всего того, что уже натворил. Знаю что каким был мудаком, таким остался, но Изуку.. - блондин наконец отнял свое лицо с рук и посмотрел прямо в глаза друга, - я скучаю по Харуко не меньше чем ты..