Часть 3

Сцена: После съемок Илья стоял у фуршета, пытаясь унять дрожь в руках после разговора с Маратом. Он машинально крутил в пальцах пятирублевую монету — привычка, помогающая успокоиться.Вдруг за спиной возник холод. Ларионов даже без оборачивания понял: пришел Бесов. — Сложный трюк, Илья, — раздался над самым ухом низкий, бархатный голос Артема. — Пытаться скрыть то, что светится в тебе, как церковная свеча в полночь. Илья замер, монета выскользнула из пальцев, но не упала. Артем перехватил её в воздухе с ловкостью, которой позавидовал бы любой иллюзионист. — Марат прав, — Артем сделал шаг ближе, вторгаясь в личное пространство Ильи. — Парашют тебе не пригодится. Если будешь падать — я поймаю. В моем мире не только мертвецы, Ларионов. В нем иногда очень не хватает живого тепла. Он вложил монету обратно в ладонь Ильи, намеренно задержав свои ледяные пальцы на его коже чуть дольше, чем того требовали приличия. — И перестань плакаться Башарову, — добавил Бесов с едва заметной, почти невозможной для него ироничной улыбкой. — У него плохие советы. Приходи завтра к моей гримерке после мотора. Обсудим... твои «фокусы». Артем развернулся и ушел, оставив Илью глотать воздух. Монета в руке казалась раскаленной.