Глава IV — «Цель подтверждена»

      Вернувшись на корабль, команда собралась в центральном отсеке. За стенами ещё шумел Керосс, но внутри царило напряжение. На столе лежала найденная рукоять светового меча — тёмная, потускневшая, слишком тяжёлая для обычного куска металла.       Джанна ходила из стороны в сторону, время от времени бросая взгляд на голографическую карту города. — Кто-то продаёт остатки Первого Ордена, допустим, ради прибыли, — сказала она наконец. — Но тогда почему всё держится в тени? Почему поставки идут через сеть посредников? Это не похоже на обычный чёрный рынок.       Она остановилась. — И ещё тот, кто следил за нами… Он двигался слишком профессионально. Случайный наблюдатель не исчез бы так быстро. Особенно если за ним шла Рей.       C-3PO слегка повернул голову. — Возможно, нам следует немедленно отправить доклад на Чандрилу. Уверен, временный совет захочет провести экстренное заседание. Хотя, если позволите заметить, экстренные заседания редко заканчиваются быстро… — Пока они будут собирать комиссии и спорить, — перебила его Джанна, — кто бы ни стоял за этим, успеет исчезнуть.       Чубакка тихо зарычал в знак согласия. — Нам нужно остаться, — продолжила она. — Найти цепочку поставок. Узнать, кто собирает всё это. И понять, зачем.       Она повернулась. — Рей?       Ответа не последовало.       На несколько секунд отсек погрузился в тишину, Джанна нахмурилась, Рей не было. Никто не заметил, когда именно она ушла. Не было ни шагов, ни звука открывающейся двери. Просто в какой-то момент её место оказалось пустым.       BB-8 издал тревожный сигнал. Чубакка резко обернулся и недовольно прорычал. Джанна медленно выдохнула. — Только не говорите мне…       BB-8 виновато пискнул. — Конечно… — Джанна устало провела рукой по лицу и покачала головой. — Она не станет ждать.       BB-8 тихо пискнул. — Не станет писать отчёты.       Чубакка недовольно прорычал. — И уж точно не будет сидеть здесь и обсуждать варианты, пока где-то есть след.       Джанна на секунду замолчала, глядя на пустое место, где ещё недавно стояла Рей.       Потому что, несмотря на всё, что изменилось после войны… иногда Рей всё ещё поступала как Скайуокер.       Тем временем Рей двигалась к нижним уровням Керосса.       Чем глубже она спускалась, тем тише становился город. Здесь уже не было шумных рынков, криков торговцев и бесконечного движения грузовых платформ. Этот сектор жил по другим правилам. Сюда приходили не покупать. Сюда приходили договариваться.       Тяжёлые двери, приглушённый свет, люди, которые слишком редко называли настоящие имена. Здесь заключались сделки, исчезали грузы и решались вопросы, которые никогда не попадали в официальные отчёты.       Рей шла медленно, вслушиваясь не только в шаги, но и в пространство вокруг. Правая рука лежала рядом с мечом. Она была готова встретить любого, кто окажется впереди.       До нужного поворота оставалось всего несколько метров, когда из тени вышел Тарен. Он больше не выглядел человеком, которого она встретила в баре, исчезла лёгкая улыбка, взгляд стал жёстче, настороженнее. Будто он тоже пришёл сюда не по своей воле. Он остановился в нескольких шагах. — Невероятно, — усмехнулся Тарен. — Меня преследует сама надежда Галактики.       Рей не ответила сразу. Напряжение внутри немного ослабло, но недоверие осталось. — Я не видела твоего имени ни в архивах Сопротивления, ни в отчётах, — сказала она спокойно. — И Хан никогда о тебе не говорил.       Её взгляд не дрогнул. — Так кто ты? — Разве это важно? — Тарен посмотрел ей прямо в глаза. — Важнее не имя и не прошлое. Важнее то, кем человек был… и кем он станет, когда прошлое всё-таки его догонит.       Рей не опустила руку с меча, Тарен заметил это и чуть качнул головой. — Успокойся, джедай, — в его голосе впервые исчезла насмешка. — Я не враг.       Он посмотрел куда-то мимо неё, в сторону тёмных переходов Керосса. — Но если ты пришла туда же, куда и я… скоро у нас появится общее.       Сказав это, Тарен отвернулся и молча пошёл вперёд, лишь коротко поманив Рей за собой.       Она не доверяла ему. Пока ещё нет. Но он знал этот мир лучше неё, а значит, придётся рискнуть.       Они прошли через несколько узких переходов нижнего уровня и остановились у неприметной двери, скрытой между ремонтной мастерской и складом запчастей. За ней оказалось помещение, больше похожее на старый ресторан времён Внешнего Кольца.       Свет здесь был приглушённым. Разговоры велись тихо, почти шёпотом. В дальнем углу несколько Бит играли на длинных духовых инструментах, заполняя зал спокойной мелодией, под которой было удобно скрывать лишние слова.       Тарен уверенно направился к дальнему столу, за которым в одиночестве сидел госсамец. Высокий, худой, с вытянутым лицом и длинными заострёнными ушами. Его синяя кожа была покрыта тонкой сетью возрастных линий, а дорогая одежда явно пыталась придать больше статуса, чем могло дать происхождение.       Когда госсамец увидел Рей, выражение его лица заметно изменилось. Заинтересованность мелькнула слишком быстро, чтобы её можно было назвать открытым восхищением, но скрыть он её тоже не успел. Его длинные уши чуть приподнялись, а синяя кожа на лице словно потеплела оттенком.       Он быстро взял себя в руки и жестом пригласил их за стол. — Мы, кажется, договаривались о личной встрече, не так ли, Тарен? — произнёс он с лёгким недовольством, после чего перевёл взгляд на Рей и уже заметно мягче добавил: — Впрочем, вынужден признать, это неожиданное изменение мне нравится больше прежнего плана. Юная Рей, честь познакомиться. Меня зовут Дорлан. Я принадлежу к тем, кого когда-то называли независимыми системами, и, поверьте, мой народ до сих пор пожинает последствия решений, принятых задолго до нашего рождения. Шу Май финансировала армию дроидов, Республика нас возненавидела, Империя решила, что нам нельзя доверять, а потом пришёл Первый Орден и окончательно стёр границы между виновными и невиновными. Забавно выходит, не правда ли? Мы мечтали о независимости, а получили только новые формы подчинения. И знаете, что самое страшное? Не война. Не оккупация. Самое страшное — это когда поколения начинают считать несвободу чем-то нормальным.       Тарен молча положил руку ему на плечо, Дорлан осёкся. Жест был спокойным, но достаточно красноречивым. Они пришли сюда не обсуждать историю.       Тарен слегка сжал пальцы и тихо сказал: — Дорлан, мы здесь по другой причине.       Госсамец тяжело выдохнул, кивнул и перевёл взгляд обратно на Рей. — Да… верно. Вы ищете остатки Первого Ордена. Но боюсь, джедай, вы пришли не к торговцам. Вы пришли к людям, которые собирают то, что осталось после войны.       Рей не отвела взгляда. — Вы считаете, что за поставками не стоят остатки Ордена? Тогда как объяснить скрытность? Если это просто торговля обломками, зачем прятаться?       Дорлан медленно сложил пальцы перед собой и откинулся на спинку кресла. — Видите ли, Рей, Первый Орден всё ещё остаётся незажившей раной Галактики. Для одних его имя означает страх, для других — потерю, а для третьих служит оправданием собственных ошибок. Но война закончилась, корабли разрушены, склады разграблены, базы брошены, и всё это превратилось в товар. Обломки есть везде, а обломки стоят денег. Кто бы ни организовал поставки, я сомневаюсь, что им движет идеология. Скорее осторожность. Никому не хочется однажды проснуться и услышать, что его уже объявили новым врагом Республики… или, что ещё хуже, новым Ситхом, — он ненадолго замолчал, позволяя словам осесть, после чего продолжил уже тише. — Я проверил цепочки поставок. Не лично, разумеется, у меня есть люди. Они прошли по посредникам, маршрутам и тем, кто ещё недавно работал с остатками Ордена. Они никого не нашли. Того, кого ищут, больше нет. Если кто-то и стоит за происходящим, то это уже другой человек.       Тарен едва заметно напрягся. Рей уловила это сразу. Он не произнёс ни слова, только пальцы медленно сжались на краю стола.       Встреча закончилась быстро, Дорлан больше ничего не добавил, лишь пожелал удачи и снова стал похож на торговца, пережившего слишком много эпох. Когда они вышли наружу, ночной Керосс встретил их тяжёлым воздухом, запахом топлива и далёким гулом доков.       Тарен молча пошёл вперёд. Через узкие переходы, заброшенные платформы и тёмные улицы нижних уровней. Рей держалась рядом. — Ты ему не поверил.       Тарен усмехнулся, но в этой усмешке не было веселья. — Потому что я знаю, кто такой Дорлан. Он никогда не был последователем Республики и никогда не был слугой Империи. Пока другие теряли дома, он продавал маршруты, склады и имена. Пока его народ пытался выжить, он богател. Его руки в крови, Рей. Он предавал своих, торговал чужими бедами и пережил каждую власть только потому, что всегда заранее выбирал сторону победителей.       Они вошли в старый технический тоннель, где-то над ними гудели энерголинии.       Тарен замедлил шаг и впервые повернулся к ней. — Такие люди редко лгут напрямую. Они делают хуже. Они говорят правду ровно настолько, чтобы спрятать остальное. Если Дорлан говорит, что Ордена больше нет, значит, он боится чего-то, связанного с ним, — он ненадолго замолчал, будто обдумывая собственные слова, а затем добавил уже тише. — И есть ещё одна вещь. Он сказал: «его больше нет». Я не называл имени. Не говорил, кого ищу. Но он ответил так, будто уже знал.       Тарен поднял взгляд на тёмный проход впереди. — А значит, Дорлан знает больше, чем рассказал нам.       ***       На борту корабля царило непривычное оживление. После возвращения с рынка никто уже не воспринимал происходящее как обычную проверку слухов. Джанна ходила между панелями управления и голографической картой города, время от времени возвращаясь к отмеченным районам Керосса. BB-8 перебирал сохранённые записи маршрутов, Чубакка стоял у иллюминатора, наблюдая за движением в доках, а C-3PO то и дело пытался упорядочить информацию, хотя его замечания всё чаще оставались без ответа. — Должен заметить, что наличие тайных поставок, слежки и возможных организованных групп крайне плохо влияет на мои прогнозы выживания, — заявил он, просматривая данные. — И я бы очень хотел ошибаться.       Джанна уже вводила коды связи. Над консолью вспыхнула надпись подключения к штабу временной коалиции на Чандриле, после чего экран заполнился голубоватым светом голограммы.       Финн ответил быстро.       За его спиной двигались офицеры, работали проекции маршрутов и постоянно менялись отметки систем. Судя по всему, штаб ещё не завершил работу после собрания, а сам Финн оставался среди тех, кто занимался вопросами восстановления порядка. Увидев Джанну, он сразу понял, что связь не плановая. — Доклад.       Она кивнула. — Мы подтвердили существование цепочек поставок. Через рынок проходят детали кораблей, оборудование, навигационные блоки и техника Ордена. Кто-то собирает это системно. Кроме того, за нами следили. Несколько раз. Один наблюдатель ушёл даже после вмешательства Рей.       Финн заметно напрягся. — Есть контакт? — Нет. Но это точно не случайный наблюдатель.       Он коротко кивнул. — Продолжай.       Джанна на секунду задержалась. — Есть ещё кое-что. Рей ушла.       Финн несколько секунд молчал, внимательно глядя на Джанну. — Она ушла одна? — спокойно спросил он, хотя в голосе уже исчезла прежняя рабочая уверенность. — Когда это произошло? — Около часа назад, — ответила Джанна. — Мы обсуждали находки, строили версии, а потом просто поняли, что её уже нет.       Чубакка низко зарычал, Финн медленно выдохнул. — Тогда слушайте внимательно, — он перевёл взгляд на всю команду. — Никто её не ищет. Вы остаётесь на корабле, и это приказ. Если Рей ушла без предупреждения, значит, она почувствовала след и уже действует. Если сейчас вы отправитесь за ней по всему Кероссу, то только раскроете себя и усложните ситуацию.       Джанна нахмурилась. — Но она одна. — Я знаю, — Финн слегка опустил голову, будто эта мысль уже успела его разозлить. — Именно поэтому никто не идёт следом. Я прибуду утром. До этого момента вы остаетесь здесь и ждёте меня. И да, Джанна… если Рей решила идти одной, значит, для неё это уже стало чем-то большим, чем просто задание.       BB-8 тихо пискнул. — Я знаю, приятель, — Финн впервые за разговор посмотрел на дроида. — Поэтому я и лечу.       После завершения связи голограмма ещё несколько секунд мерцала над панелью управления, прежде чем окончательно исчезнуть. Джанна медленно убрала руки от консоли и впервые за всё время позволила себе остановиться. В отсеке больше никто не говорил. Чубакка вернулся к иллюминатору, наблюдая за движением в доках, BB-8 тихо перекатывался возле трапа, словно всё ещё ожидал, что дверь откроется и Рей вернётся так же неожиданно, как ушла. Но она не возвращалась.       За пределами корабля Керосс продолжал жить своей беспокойной жизнью. Грузовые платформы двигались между ангарами, дроиды тащили контейнеры, над посадочными уровнями проходили корабли, а где-то далеко гул двигателей смешивался с голосами рынка и шумом порта.       И всё же среди этого движения было нечто неподвижное.       Высоко над посадочным сектором, в тени старой технической галереи, стояла фигура, скрытая капюшоном. Она не двигалась и не пыталась приблизиться, лишь наблюдала за кораблём, за людьми внутри и за пустым трапом, через который несколько часов назад ушёл единственный джедай галактики.       Фигура ещё несколько секунд наблюдала, после чего бесшумно отступила назад и растворилась среди переходов верхнего уровня.       Глубоко под Кероссом, среди заброшенных технических тоннелей и давно забытых складов, скрытых под слоями старой инфраструктуры, коротко вспыхнул передатчик. Красный сигнал появился лишь на мгновение.       Передача состояла всего из одной строки:       «Цель подтверждена. Джедай прибыл.»