Нуна?

Хотя для Т/и и ребят это совпадение в виде внезапной встречи казалось странно-забавным, они решили долго не зацикливаться на этом. Ребята по ходу практики объяснили ей, что готовятся к камбэку с альбомом GreenGreen, а заглавным треком в нём будет REDRED, и именно к этому треку сегодня начинают ставить хореографию. Т/и: Боже, я уверена, что это будет взрывной камбэк. Песня просто качает, и для меня честь, что я послушала её одной из первых. Джеймс: Я до этого работал над некоторыми движениями для этой песни, но всё же, как по мне, некоторые моменты нужно ещё доработать. Мы с Бином уже поставили всё от и до, но всё же хотели бы посмотреть и с вашей стороны тоже. Т/и: Хорошо, но одна просьба перед тем, как начать работать... Не нужно обращаться ко мне на «вы». Знаю, что по-вашему может быть неуважительно обращаться на «ты» к старшему, но я всё же не кореянка, и мне очень сложно работать в такой обстановке. Джеймс: Понял, Т/и. Тогда просто будем называть тебя нуна? — с широкой улыбкой ответил он так, как умеет только он. Т/и: Боже, нет-нет-нет. Это звучит только хуже. Т/и, просто Т/и. Джеймс: Как скажешь, — пожав плечами, он протянул руку. — Будем усердно трудиться вместе, Т/и? Т/и: Так точно, капитан. После Джеймс и Бин расставили ребят так, как они должны были стоять для первого элемента, и объяснили концепцию танца. Т/и всё нравилось. Эта версия хореографии казалась почти идеальной — можно было просто оставить всё как есть, ничего не меняя. Но после того как она снова и снова пересмотрела запись, всё же заметила некоторые моменты, которые хотела бы изменить ради более красивых и плавных переходов. Она отошла поговорить с Бином и заодно захватить кофе во время перерыва. Джеймс: Мне она нравится. Мартин: Спятил? Джеймс: Да не в этом плане. Думаешь, я могу сразу же влюбиться в кого-то? Я говорю про её навыки. По ней и не скажешь, что она способна что-то изменить — скорее кажется, будто она просто восхищается танцем. В какой-то мере так и есть, но я заметил, как она всё анализирует, и примерно догадываюсь, какие моменты она может изменить. По тому, как она пересматривала определённые части по десять раз, наверное. Конхо: Хён, а когда ты стал таким внимательным к деталям? Сонхен: Хватит, Конхо. Ты-то знаешь, какой он внимательный, когда дело касается танца. Конхо: Всё-всё, я не буду дурачиться. Тем временем Т/и уже рассказывала Бину о своих впечатлениях от танца и подробно описывала моменты, которые хотела бы доработать и подстроить под их стиль. Т/и: Кажется, открывающее движение слишком динамичное. Как по мне, если так оставить, то вся хореография от начала до конца будет слишком динамичной, и ребятам будет трудно стабильно петь песню. К тому же это будет выглядеть как выматывающий хаос. Всё же нужно добавить более плавные переходы, как в What You Want. Что думаешь? Бин: Да, в этом есть смысл. Пока мы работали с Джеймсом, даже ему было сложно контролировать дыхание во время практики. Мы как раз поэтому и хотели посмотреть на мнение других хореографов. Т/и: У меня в голове уже есть примерная картинка того, что я хочу изменить. Позже в зале покажу. Бин: Хорошо. Т/и: Бин, ты знаешь, какой кофе любят ребята? Бин: Ты чего? Не нужно тратить свои деньги. Т/и: Не, у меня есть такая традиция — в первый день угощать тех, с кем я работаю. Мне кажется, это приносит удачу совместной работе. Просто подскажи, пожалуйста. Бин: В таком случае Мартин любит айс-американо, Джеймс — айс-латте, Конхо — клубничный латте, Сонхен — клубничный милкшейк, а Джухун — капучино с карамельным сиропом. Т/и: А ты? Бин: А я... я буду то же самое, что и ты. Т/и: Значит, клубничное матча-латте. Бин: Гадость-то какая!!! Т/и: Ну что ты, это вообще самый лучший напиток, — уже дразнящим тоном сказала она. Бин: Ну ладно, уговорила. Они взяли свои напитки и пошли обратно в студию. Внутри их ждали ребята, валяясь на полу. Джухун и Джеймс лежали на диване, листая ленту TikTok. Как только они увидели напитки у них в руках, сразу же подбежали, окружая их. Мартин, широко раскрыв объятия, подошёл к Бину. Мартин: Хён, сегодня праздник, что ли? Почему ты нас балуешь? Бин: Погоди, дай мне сначала поставить их. Это не я вас балую, вы же знаете — я не такой уж добродушный. Мартин: Тогда это... — переведя взгляд на Т/и, он удивлённо вскинул одну бровь. — Боже, почему ты тратилась? Т/и: Мартин, не «вы», а «ты». А во-вторых, я не тратилась — это традиция для удачной совместной работы. Я выбрала всё по рекомендациям Бина, надеюсь, вам понравится. Конхо: Нунааааааа, я люблю тебя! Правда, очень сильно люблю тебя, и пофиг, что мы только сегодня начали общаться. Т/и: Да, Конхо-я, я тоже тебя люблю, — с улыбкой ответила она, одновременно восхищаясь и умиляясь ребячеством младшего. Джухун: Нуна, ты правда лучшая. Ты угадала все наши любимые напитки. Т/и: Ну, за это можете благодарить Бина. Если бы не он, я бы просто взяла всем айс-американо. Конхо: Фу, гадость. Только Мартин любит его. В тот раз он заказал айс-американо для всех и наслаждался, выпивая наши кофе один за другим. Мартин: Вы же сами никогда не говорили, что не любите его. Сказали, чтобы я выбрал на свой вкус, а вкус у меня, как видите, — айс-американо. Т/и: Всё-всё, только не ругайтесь. Джеймс: Спасибо, Т/и. Давай в следующий раз я угощу тебя? Конхо: Хён, ты чего подлизываешься? И ещё — она не Т/и для тебя, она нуна!! Только Бин может называть её по имени. Джеймс: Ой, иди ты уже, либо я отберу твой напиток. Я сам знаю, как её называть, она сама разрешила мне так к ней обращаться! Конхо подбежал к Т/и и спрятался у неё за спиной, а затем, подкрадываясь, сказал: Конхо: Нуна, скажи Джеймс-хёну — он буллит меня в открытую. Ты же не дашь меня в обиду? Ты сказала, что любишь меня. Т/и: Да. Конхо-я, не трогает он тебя. Я не дам ему приблизиться. Джеймс: Эй, кто тут теперь подлизывается? А ну-ка иди сюда! Живо!! — Джеймс пытался дотянуться до Конхо, но тот держался за плечи Т/и и вертелся за ней, как за щитом от старшего. — Ах ты мелкий, я сейчас поймаю тебя. Конхо: Не получится, у меня щит стальной. Джеймс: Вот значит как, Т/и? Защищаешь своего любимчика? Обидно-то как. Т/и только начала что-то говорить, как Джеймс тут же подкрался ближе, схватил Конхо за запястье и дёрнул к себе. Из-за того что Конхо стоял позади Т/и, она по инерции подалась вперёд и столкнулась с Джеймсом лицом к лицу. Чёрт. Слишком близко. Остальные ребята сразу же напряглись. Особенно сильное напряжение можно было заметить у Сонхена, который с тех пор как Т/и и Бин вернулись, молча наблюдал со стороны. Из неловкой паузы их вытащил Бин. Он взял Т/и за руку и аккуратно подвинул к себе. Т/и немного растерянно поправила одежду, а затем посмотрела на ребят. Т/и: У вас есть пятнадцать минут. Допейте свои напитки, мы с Бином тоже немного посидим. Пошли. Они вместе с Бином решили посидеть в уголке зала и начали разговаривать там же. Остальные ребята сидели в другом конце, и им не было слышно, о чём именно они говорят, но по их лицам можно было понять, что оба очень заинтересованы разговором. Вдруг Бин что-то прошептал ей на ухо, и она тут же улыбнулась, затем достала телефон и отдала его Бину. Кажется, они обменивались соцсетями... Вот опять — Бин достал свой телефон, и они сделали селфи вместе. Затем он начал фотографировать её, а после поставил их напитки с именами впереди и сфотографировал уже их вместе. За всё это время они находились слишком близко друг к другу. Бин взял её за руки и что-то рассматривал, а затем она, указывая на своё плечо, о чём-то рассказывала, и их диалог до жути казался интересным... интересным, но недоступным. И Сонхен это заметил. Ещё бы не заметил, если уже минут десять пялился на них. Конхо: Ты сейчас проделаешь дыру в Сонхене. Сонхен: А ты слишком много болтаешь сегодня, Конхо-я, — почти машинально ответил он. Конхо: Нет, реально, что там такого? Почему ты уже десять минут смотришь на них как сумасшедший? Сонхен: Может быть, я и есть сумасшедший? Ты ведь не знаешь, кем я могу оказаться в любой момент. Конхо: Ты пугаешь меня, не смотри на меня так. Сонхен: Тогда не задавай вопросы, которые тебя не касаются. Сонхен и вправду слишком открыто пялился на них, и по его ответам было видно, что он никак не собирался это скрывать. И это заметил Джеймс. Он посмотрел на Сонхена, а затем в сторону, куда тот смотрел, стиснув зубы. Он видел, он прекрасно понимал, на кого пялится младший. И это был не Бин. Не их друг, а кто-то другой. Кто-то, кто действовал на него самого как закрытый сундук. И почти незаметно для самого себя он тоже продолжал смотреть в ту же сторону, что и младший.