Часть 35

Казалось, каждый раз, когда она привыкала к странностям своей жизни, что-то новое появлялось из ниоткуда, чтобы снова выбить её из колеи. — Знаешь, для человека очень необычно проявлять способности до того, как они превратятся в вампира, — Незнакомый Белле вампир заговорил, когда она ела чипсы. — Да ладно, — протянула она, держа чипсы во рту. Вампир продолжил, как будто не слышал её. — По-моему, в последний раз что-то подобное было зафиксировано во времена Ведьм-близнецов, не так ли? — Меня до сих пор пугают эти дети, — сказал Гаррет, прислонившись к стене. — Если бы не контроль Аро, я уверен, они бы сеяли ужас повсюду, куда бы ни пошли. Аро. Вольтури. Ладно, по крайней мере, теперь у неё было общее представление о том, о чём они говорили. Она оглянулась на Джаспера через плечо, заметив, что он всё ещё был увлечён разговором с Питером и Шарлоттой. По-видимому, пока она дремала двадцать четыре часа, Питер и Шарлотта методично собирали вместе уже не совсем новорожденных, одного за другим, чтобы обездвижить и допросить их, выведя информацию. До сих пор все их предположения оказывались верны. Почти все они утверждали, что их создал Карлайл Каллен, и лишь немногие говорили, что их нашли почти сразу после превращения. Скорее всего, их изменил Каллен, просто неосознанно. Все они помнят только общение с Карлайлом, но не знают, где их держали до того, как они вырвались на свободу и сбежали в Сиэтл. В общем, всё это звучало так, будто они и так всё знали. Белла была несколько разочарована этим. Ей также было ужасно любопытно узнать, что произойдёт с новорождёнными; она не могла отделаться от ощущения, что ими манипулировали и не информировали, и именно это привело их к таким неверным решениям. Но они также опасно приблизились к нарушению того, что она теперь знала как вампирский закон, и последствия были неизбежны. — Джаспер? Он оказался рядом с ней в мгновение ока, глядя на неё сверху вниз своими вновь ярко-красными глазами. Изначально он не хотел отходить от неё, чтобы напиться, но всем присутствующим было ясно, что ему это необходимо. В конце концов, Гаррет, кто бы мог подумать, решил проблему, появившись у двери с потерявшим сознание мужчиной, которого он практически толкнул в сторону Джаспера. Она старалась не думать о том, что произошло после этого. — Что мы будем делать с новорожденными? Он слегка усмехнулся, услышав её обращение «мы», но, казалось, даже гордился этим. — Вот что мы сейчас обсуждаем, кошечка. — Джаспер слегка нахмурился, и Белла инстинктивно протянула руку и положила её ему на щеку. — Шар выступает за индивидуальный подход к каждому случаю, ей кажется неправильным убивать их всех только потому, что они были глупы. — Белла кивнула в знак согласия и дала Джасперу продолжить. — Я подумываю её выслушать, но такая большая группа... ну, просто игнорировать это невозможно. — Я думаю… — она сделала паузу, внезапно осознав, что все внимательно слушают их разговор. — Я думаю, что они на самом деле не виноваты в этой ситуации. Они появились в большой группе, знали только эту жизнь и сплотились, когда сбежали. Вероятно, и ради комфорта, и ради безопасности. Она глубоко вздохнула, всё ещё привыкая к тому, что её мнение выслушивают и что оно действительно имеет значение. — Я предлагаю сообщить им о законах, ясно дать понять, насколько близки они были к их нарушению. С теми, кто будет сопротивляться или покажется беспечным, мы разберёмся. Таким образом, к их гибели приведут их собственные решения, а не чьи-либо ещё. Джаспер улыбнулся ей, и она почувствовала странное ощущение, что он пытается вызвать у неё волну гордости. Она осталась равнодушной к этому чувству, лишь слегка ощущая его. Однако прежде чем она успела что-либо сказать, заговорил Питер. — Кажется, это разумный компромисс, майор. — Он подмигнул ей, когда она повернулась, чтобы посмотреть на него. — И я говорю это не потому, что это не из твоей уродливой физиономии. Раздался грохот, когда чашка, которая, как знала Белла, принадлежала ей, разбилась о лицо Питера, вода промочила его волосы и воротник рубашки. Когда он закашлялся, Белла оглянулась на Джаспера, который, казалось, был совершенно не раскаян. — Это хороший план, кошечка, даже если он создаст нам сложности, связанные с тем, чтобы держать их всех вместе одновременно. — Он оглядел комнату, словно оценивая всех присутствующих. — Должно быть осуществимо, теперь, когда у нас есть преимущество. — Даже со всеми этими способностями? Кажется, рискованно, я не уверен, что мы справимся со всем этим… Белла наблюдала, как все вампиры в комнате одновременно сгорбились, на их лицах смешались сонливость и удовлетворение. Она посмотрела на Джаспера, и увидела, что он смотрит прямо на неё, с проницательным вопросительным взглядом в глазах. Он отвернулся, чтобы посмотреть на почти одурманенных вампиров перед собой, приподняв одну бровь. — Что вы хотели сказать? — протянул он медленно и спокойно, и вампиры один за другим, казалось, пришли в себя. Вампир, который говорил, тот самый, который, казалось, был так очарован тем, что Белла — щит, выглядел смущенным. — Прошу прощения, майор. — Черт возьми, я не знаю, был ли я так обкурен с семидесятых! — голос Эммета прогремел по комнате, на лице у него была глупая ухмылка. — Помнишь Рози, как мы с девчонками курили травку в оранжевом фургоне? Розали покачала головой, мягко улыбаясь. — Конечно, помню. — Я не удивлен, когда я впервые обкурился, я подумал, что майор надо мной подшучивает. Это было так похоже. — Белла покачала головой, услышав слова Питера, прежде чем снова повернуться к Джасперу. Он смотрел прямо на неё. — С новорожденными мы разберёмся завтра. — Он не отрывал взгляда от её лица, обращаясь к остальным. — А пока, все вон. Ей даже не нужно было поднимать глаза, чтобы понять, что его слушают, внезапной тишины было достаточно. От его пристального внимания к ней она почувствовала, как её охватило волнение, и вдруг вспомнила, как давно они не целовались. Он намеренно замедлил свои движения, прижимая ее к дивану. У нее внезапно пересохло в горле, когда она наблюдала за плавной игрой мышц на его руках. Она слабо сглотнула и увидела, что он наблюдает за ее движениями, и глаза его потемнели. — Белла. — Ее имя в его устах само по себе было грехом, а когда его произнесли с мрачным мурлыканьем, она почувствовала себя почти ошеломленной. — Джаспер. — Она повторила как попугай, в основном для того, чтобы увидеть, как на его лице расплывается улыбка, которую она так любила. — Ты такая дерзкая, девочка, тебе повезло, что мне это так нравится в тебе. Она почувствовала, как румянец заливает ее щеки, но твердо решила не обращать на это внимания. Джаспер еще больше усложнил задачу, когда наклонился и провел губами по ее щеке, прежде чем уткнуться носом ей в ухо. Она почувствовала, как он глубоко вздохнул, и вцепилась руками в шершавую обивку дивана. — Я видел, какой маленький трюк ты проделала, Кошечка. Похоже, я больше не могу задевать тебя своими эмоциональными коктейлями. — Она хотела ответить, но была прервана, когда Джаспер нежно ущипнул ее за мочку уха. Она потрясенно вздохнула. — Ах, Кошечка, я еще не закончил говорить, так что дай мне закончить. Наверное, тепло, исходящее от Беллы в этот момент, могло бы обеспечить энергией целую страну, подумала она. Она почувствовала, что краснеет, и крепко сжала бедра в надежде, что это поможет. Она почувствовала и услышала тихий смешок Джаспера в ответ. — Нет, не делай этого сейчас. Я все еще чувствую тебя, Кошечка, — Он сделал еще один глубокий вдох. — И ты восхитительна на ощупь и пахнешь. При этих словах у Беллы вырвался стон, и она почти смутилась. Но нет, это был Джаспер, ее Джаспер; не было никакой необходимости чувствовать себя неловко рядом с ним. Не сейчас. — Джаспер… — Боже, это был её голос? Он больше походил на дрожащий стон, чем на что-то привычное. Его губы коснулись её кожи, скользнули вниз по шее, и, о, о, она почувствовала, как будто горит. Не в силах сдержаться, она схватила его за плечи, выгнув бёдра вверх. — Полегче, кошечка, полегче. — Он отстранялся от неё, о боже, почему он отстранялся? Когда она увидела его лицо, то заметила, что его глаза были совершенно черными, а на лице играла дразнящая ухмылка. — Я тебя поймал, кошечка. Давай просто перенесём это туда, где тебе будет удобнее. Мгновение — и она уже в его объятиях, ещё одно моргание — и она лежит на кровати, а Джаспер осыпает её поцелуями в шею. О, как она любила вампирскую скорость. Его ладонь скользнула по передней части её груди, пока он целовал, и Белла выгнулась навстречу этому ощущению. — Белла… — Он попытался отдалиться, но она крепко вцепилась ему в плечо, тщетно пытаясь притянуть его обратно. — Всё, Джаспер… — Она перебила его дрожащим голосом. — Я попробую с тобой всё, что угодно. Звук, который она могла описать только как рычание, и он набросился на неё, его губы пожирали её губы. Его язык проник внутрь, превратив поцелуй в грязный и развратный. Она почувствовала, будто тонет, и как раз в тот момент, когда она испугалась, что ей не хватит воздуха, Джаспер отстранился. — Возьми свои слова обратно, — прошептал он, касаясь губами её губ, пока она делала глубокие вдохи. — Если ты не уверена, если у тебя есть хоть малейшие сомнения, кошечка, возьми свои слова обратно. Она поднесла руки к его лицу, обхватив его. Она осторожно приподняла его голову, чтобы он посмотрел ей в глаза. — Джаспер, я чуть тебя не потеряла. — Она прижала палец к его губам, когда показалось, что он вот-вот прервёт её. Он слегка укусил её, отчего она улыбнулась, но промолчал. — Я знаю, что не потеряла тебя, не в конце концов, но тот момент… прямо перед этим? Это меня опустошило. Она наклонилась для нежного поцелуя, лишь лёгкого прикосновения губ. — Я хочу от тебя всего, — прошептала она, — Без колебаний.