Часть 37

Было странно просыпаться с такой болью, которая, как знала Белла, появлялась только от удовольствия. На этот раз Джаспер еще лежал в постели, когда она проснулась, его глаза потемнели, когда он наблюдал, как она разминает мышцы. — Доброе утро. — Звук его голоса заставил ее улыбнуться, и она наклонилась, чтобы поцеловать его в губы. — Доброе утро. Полагаю, мы не можем просто лежать в постели несколько часов? — Она с легким презрением посмотрела на его одетую фигуру. Вот и рухнула ее надежда на ленивое пробуждение. Джаспер ухмыльнулся ей, намеренно оглядывая ее сверху вниз. — К сожалению, нет, кошечка, — он похотливо усмехнулся, — Хотя я и не жалуюсь на вид. Белла рассмеялась, чувствуя головокружение и игривость, и встала с кровати. Она слегка покачивалась при этом, удовлетворенная рычанием Джаспера позади себя. — Осторожно, кошечка. Она проигнорировала его тихое предупреждение и продолжила путь в ванную комнату. — Мы сегодня будем работать с новорожденными? — спросила она, обернувшись. — Что мне надеть? — Джинсы, одежда с длинными рукавами. Питер, Шар и я будем одеты с короткими рукавами, но у тебя нет шрамов, которые можно было бы показать, поэтому я бы хотел, чтобы ты была прикрыта.       Он знал, что она слышит его через открытую дверь, даже несмотря на то, что включился душ. Она высунула голову, ее тело теперь было завернуто в полотенце, как будто вид своего обнаженного отражения в зеркале придавал ей скромности. — Ах, значит, мне не стоит выходить и хвастаться всеми этими прекрасными новыми синяками, которые ты мне оставил прошлой ночью? — поддразнила она, откидывая волосы через плечо, так что следы темно-фиолетовых синяков, начинавшиеся высоко на шее и спускавшиеся вниз под полотенце, были видны.       Джаспер не стал скрывать удовольствия, которое получал, видя свои отметины на своей избраннице, и в мгновение ока оказался рядом, холодными кончиками пальцев проводя по синякам. Белла вздрогнула, но прижалась к его прикосновению, на ее лице появилась улыбка. — Я бы предпочёл не убивать новорождённого только потому, что они не умеют распознавать право собственности, кошечка, — он наклонился и нежно поцеловал её в лоб. — Оденься. Оставь синяки на шее открытыми, но всё остальное прикрой для меня. Белла кивнула с хитрой улыбкой, прежде чем исчезнуть в ванной и закрыть за собой дверь.       Стоя в заброшенном складе рядом со своим избранником, перед которым стояло почти сто испуганных вампиров, Белла действительно переосмыслила свою жизнь. Она легко могла оказаться одной из них, втянутой в эту жизнь обманом, благодаря словам Каллена. Или, как она только что заметила, ее глаза вспыхнули разными оттенками красного, когда она окинула их всех взглядом, украдкой попав в эту жизнь, как, казалось, и многие другие. Она уже могла бы указать на нескольких, которые могли бы в конечном итоге вызвать проблемы, хотя бы по тому, как они смотрели на нее со смесью отвращения и голода на лицах. Удивительно, но они были в меньшинстве. Многие из них смотрели на нее с чем-то похожим на страх и неуверенность, их взгляды постоянно останавливались на ее руке, небрежно лежащей на плече Джаспера.       До сих пор Джасперу вообще не приходилось использовать свой дар, что было многообещающе. Но Белла не отрывала глаз от группы перед ними, не решаясь довериться. — Хорошо, — голос Джаспера эхом разнесся по складу, звуча громче, чем был на самом деле.— Вам повезло, и мы вынесли ваши судьбы на голосование. Он оставался невозмутимым, даже когда шепот, вызванный его словами, усиливался вокруг них. — Очевидно, что вы все не были проинформированы о правилах нашего вида, и в этом нет ничьей вины, кроме вашего, создателя. — При упоминании Каллена бормотание перешло в рычание, но оно быстро стихло, когда Белла почувствовала, что Джаспер распространил в воздухе легкую волну спокойствия. — Мы разберемся с ним, не волнуйтесь. Но сначала о главном, о правилах. Затем подошёл Питер с серьёзным выражением лица, которое, как показалось Белле, выглядело неуместно, но вместо этого лишь придавало Питеру смертельную опасность. — Слушайте внимательно, я не буду повторяться. — Голос Питера отчётливо разнёсся по толпе перед ним. — Теперь вы вампиры, если кто-то из вас ещё не понял, и с этим приходит свод правил, которым вы должны следовать, если хотите сохранить своё существование. В свойственной Питеру манере, он поднял руку, чтобы перечислить правила. — Первое правило: заметайте следы. Мы смогли вас найти, потому что вы были неосторожны в своих убийствах. Я понимаю, что всем нам нужно есть, чтобы выжить, но если правоохранительные органы узнают о происходящем, убирайтесь к черту отсюда. Это приводит к следующему правилу: не будьте жадными. Если вы начнете вести себя как жадный ублюдок, начнете выкачивать деньги из семей или пытаться захватить целые города для себя, ну, скажем так, вы еще увидитесь с нами, и ваша судьба не будет вынесена на голосование. Третье правило: детям вход воспрещен. Это клуб для взрослых, и если им меньше шестнадцати, не стоит сюда заходить. Создание бессмертного ребенка ведет только к смерти, это я вам обещаю. Он замер, его взгляд резко скользнул по толпе. — Это последнее правило, но я гарантирую, что оно самое важное. — Тишина на складе была настолько сильной, что Белла слышала биение собственного сердца. — Ни при каких обстоятельствах не раскрывайте людям существование вампиров.       Затем из толпы раздался голос, и, когда Белла посмотрела, она не удивилась, увидев, что он исходит от небольшой группы людей, за которых она так волновалась. — Лицемеры! Как вы можете говорить нам такое, когда перед нами человек! — Женщина лет двадцати с лишним, с идеально прямыми светлыми волосами, коротко подстриженными, дико жестикулировала в сторону Беллы. Ее спутник, худощавый мужчина с каштановыми волосами и глубоко посаженными глазами, презрительно усмехнулся, прежде чем добавить свои пять копеек. — Значит, вам разрешено держать животных для секса, а мы должны держать это в секрете? Чушь собачья! Улыбка расплылась по лицу Питера, почти садистская от радости. — О, как я рад, что вы это сказали. — Что... Ни один из вампиров не смог вставить ни слова, потому что внезапно появились Эммет и Розали, обхватившие их каменные шеи руками. Трахеи легко сдавились под их каменными пальцами, а Эммет улыбнулся так, словно ему было всё равно. — Теперь я бы попросил вас извиниться перед парой майора, но мы все знаем, что ни один из вас не сделал бы этого искренне. Снова по толпе раздался ропот, и Белла почувствовала на себе взгляды. Голос Эммета легко перекрывал всеобщее внимание. — Так что твоя судьба теперь зависит от неё. — Затем он посмотрел прямо на Беллу, в его глазах появился озорной блеск, от которого Белле захотелось вздохнуть. — Что скажешь, принцесса? Долой их головы? Белла сдержала желание закатить глаза на попытку Эммета пошутить и вместо этого сделала шаг вперёд, отпустив руку от руки Джаспера. — Жаль, что я не могу списать ваши действия на невежество, ведь очевидно, что именно ваша импульсивность привела вас сюда. — Ее взгляд не отрывался от панического взгляда двух вампиров, попавших в лапы Розали и Эммета, но она знала, что привлекла всеобщее внимание. — Если вы не можете уважать нас сейчас, когда ваши жизни буквально в наших руках, то как мы можем ожидать, что вы будете уважать правила? Мужчина начал вырываться из хватки Эммета, осознавая свою участь, и Эммет зарычал, прежде чем усилить давление до такой степени, что под его рукой начали появляться трещины. Женщина продолжала тупо смотреть в сторону Беллы, ее отвращение было очевидным, хотя она не могла говорить. Белла отвела взгляд, повернувшись к Розали и Эммету с вновь обретенной уверенностью в своей роли судьи. — Отрубить им головы. Улыбка Розали сияла, а смех Эммета, казалось, доносился из самых глубин его груди. Он был настолько громким, что Белла почти не услышала характерный визг разрываемой вампирской плоти. Рука Джаспера обвилась вокруг её талии, пока она наблюдала, как Эммет бросает головы Гаррету, а Розали методично расчленяет тела. — Ну, чёрт возьми, кошечка, — его голос звучал мягко и нежно. — Я и не подозревал, как мне будет трудно удержаться от того, чтобы не затащить тебя обратно в комнату. Белла рассмеялась, прежде чем смогла сдержаться, и почувствовала удовлетворение, которое Джаспер получил, вызвав это. — Будь осторожен, ковбой, — тихо проговорила она, стараясь, чтобы ее не услышали. — Нам еще многое нужно сделать сегодня, прежде чем ты начнешь пытаться привязать меня к кровати. Джаспер развернул ее лицом к себе, в его глазах появился опасный блеск. — Из тебя получится ужасный вампир, Кошечка, но всегда помни, — он наклонился ближе, так что они оказались нос к носу и на расстоянии одного вздоха, — я могу укротить все, что ты в меня бросишь, и буду наслаждаться каждой чертовой секундой этого. Белла осталась стоять, затаив дыхание, ее грудь тяжело вздымалась, а Джаспер просто небрежно стоял в стороне с Питером и Шар, на его губах играла дерзкая ухмылка. — Ладно, давайте начнём! — голос Питера был откровенно весёлым, что ещё больше подчеркивало страх на лицах остальных. — Мы будем вызывать вас группами, спрашивать, соблюдаете ли вы правила, и если вы скажете нам правду, ну что ж, мы отпустим вас прочь. Джаспер хлопнул Питера по плечу, мгновенно привлекая к себе всеобщее внимание. Он встретил их взгляды, задерживая их на некоторых, пока они не отвели глаза. — Конечно, это после того, как мы поговорим о Каллене, — добавил он, его строгий тон не вызывал возражений. Питер спокойно кивнул в знак согласия. — Да-да, после того, как мы обсудим, хотите ли вы с ним потягаться, — продолжил он, не давая никому вымолвить ни слова. — Но сначала, выстраивайтесь! Давайте начнем! Он громко хлопнул в ладоши, словно приводя вампиров в движение, и Белла не удивилась, увидев, что это сработало. Внезапно рядом с ней появилась Розали, и Белла с любопытством посмотрела на нее. Розали небрежно стряхнула пепел с рук, прежде чем направить на нее весь свой карминовый взгляд. — С каждым днем, видя тебя такой, какой ты есть, я все больше думаю, как бы мне повезло называть тебя подругой, Белла. — Розали, как обычно, говорила серьезно, но Белла улыбнулась ей в ответ. — Знаешь, мне кажется, я чувствую то же самое.