Одержимость гг

После абсурдного разговора с Дворцовым союзом и Императором, Сора вернулась в свой кабинет, но уединения не случилось. В дверь робко постучали, и на пороге показалась святая Люси. Стоило дверям закрыться, как вся её хрупкая сдержанность испарилась. — Амора, спаси меня от этого одержимого мужика! — почти в слезах воскликнула Люси, бросаясь к ней и умоляюще складывая ладони. Сора, устало потирая переносицу, вздохнула. Переквалифицироваться в семейного психолога для персонажей романа в её корейские бизнес-планы точно не входило. — Святая, я очень не хочу лезть в ваши запутанные отношения с моим бывшим мужем, — честно попыталась откреститься она. — А ты залезь, пожалуйста! — взмолилась Люси, преданно заглядывая ей в глаза. — Только ты одна во всем мире можешь меня спасти! Я ради этого что угодно сделаю, честно! Сора поняла, что просто так её не отпустят. Она отодвинула стопку бумаг и указала на кресло напротив. — Ну хорошо, хорошо. Садись и выкладывай, что конкретно с ним не так. Люси поспешно села, нервно перебирая пальцами ткань платья: — Самое главное — он наотрез запрещает мне общаться с людьми. Вообще со всеми! Даже с моими давними подругами, потому что умудряется ревновать меня буквально к каждой из них! Сора удивленно вскинула брови. Она помнила оригинальный сюжет, но вживую это выглядело дико. — Погоди. Насколько я знаю из документов, вы же с ним даже официально не встречаетесь. Как он физически может тебе что-то запретить? — Ну... конкретно меня он своими приказами не ограничивает, — Люси испуганно сглотнула, округлив свои небесно-голубые глаза. — Он просто... тихонечко своим мечом убирает с горизонта всех, кто ему не нравится. Сора на секунду зависла, переваривая услышанное. Обычные будни средневекового темного фэнтези, ничего нового. — О... ну, соболезную. Тяжелый случай. — Он постоянно твердит, что безумно меня любит, но меня буквально душит его любовь! — Люси схватилась за голову. — Каждый божий день повторяет по десятку раз: «Я тебя люблю, я тебя обожаю, жить без тебя не могу». У меня от этого уже уши вянут, честное слово! — Ну, может, он так неумело хочет доказать тебе свою искренность? — попыталась найти логику Сора. — Когда ты наконец ответишь ему на чувства твердым отказом или, наоборот, согласием, он, по идее, должен перестать. — Да я же говорила ему! — всплеснула руками Святая. — Я прямо сказала, что хочу пока сосредоточиться исключительно на лечении раненых рыцарей, полностью выполнить свой долг перед храмом. А он всё равно настаивает на своём до последнего! Сора откинулась на спинку кресла и мстительно ухмыльнулась: — Эх, не зря я от этого ненормального вовремя свалила... Как жопой чувствовала. — И это еще не всё! Он меня постоянно обнимает, буквально каждую секунду тянет ко мне свои руки, — пожаловалась тактильная Люси, зябко поежившись. — И я-то, в принципе, совершенно не против тактильности, но не каждую же божью минуту! Мне дышать тяжело! — Люси, а ты пробовала говорить ему прямо в лицо, что тебе это категорически не ок? — Говорила! И говорю постоянно! — Люси всхлипнула. — Но самый пик наступил вчера. Он на полном серьезе заявил, что готов разрушить целую империю, а если понадобится — то и две, и три, ради нашей с ним великой любви! Сора хмыкнула, узнавая штампы из корейских новелл: — Ну... звучит как стандартный речевой оборот истинного главного героя. Да? — Да какой там! — Люси задрожала. — Я тогда так аккуратно, чистым намеком его спросила: «А моих родителей и мою семью ты тоже уничтожишь, если они вдруг встанут на пути нашей любви и будут мешать?» Сора замерла, предчувствуя ответ: — И... он ответил «Да»? — Да! — Люси окончательно разревелась, закрывая лицо руками. — Но папа... папа его никогда в жизни не примет! Папа у меня любит исключительно добрых, хороших людей! Сора вздохнула, протягивая девушке чистый шелковый платок. — Ладно. А ты пробовала просто держаться от него как можно дальше? Банально ходить по другим коридорам замка? — Конечно пробовала, — шмыгнула носом Люси, вытирая слезы. — Сразу после твоего отъезда я наотрез отказалась переезжать в главный дворец. Осталась жить в отдельной пристройке для медицинского персонала. — И что? Он теперь туда таскается под предлогом какого-нибудь липового лечения? — Нет! Он приходит туда, садится посреди кабинета и заявляет, что не может нормально работать, пока хотя бы раз за день не увидит меня! Сора поняла, что перед ней классический сталкер высшего дворянского сословия. Прагматичный корейский ум попытался найти хоть какие-то плюсы в этом браке. — Ну... может, хоть что-нибудь положительное от него есть? Допустим, деньгами тебя заваливает, безлимитную черную карту выдал? — Я служу Богу, — искренне удивилась Люси, захлопав ресницами. — Мне-то зачем государственные деньги? — Ну да, логично. Это верно, — Сора растерянно почесала затылок. — Ну может... Блин, ладно, я тоже не могу найти в этом всём плюсов. — Вот и я вообще не могу найти плюсов! — подхватила Святая. — А покинуть этот проклятый Север я сейчас не имею права, потому что должна долечить рыцарей после последнего похода. Амора, ну пожалуйста, ты поможешь мне? Сора задумчиво побарабанила пальцами по столу: — Слушай, Люси, а может мы попробуем устроить ему жесткий, официальный отказ? Соберем пресс-конференцию, так сказать. — Я не могу... — Люси сокрушенно опустила голову. — Я уже заранее всем телом ощущаю колоссальный вес его будущих манипуляций. Он же сразу начнет давить на жалость, говорить, что жить без меня не сможет, заболеет, умрет... Сора не выдержала и пробормотала под нос: — Удивительно... В оригинальном произведении он вёл себя абсолютно точно так же, один в один. Ты ведь главная героиня, почему тебе вся эта романтическая чушь не нравится сейчас? Почему ты его боишься? Люси испуганно отпрянула, недоуменно моргая: — Чего? Что ты такое говоришь?.. Какой еще оригинальный сюжет? Что он постоянно твердит о какой-то выдуманной книге... Да не понравилось бы мне такое отношение ни в какой жизни! Это же чистой воды безумие! Сора озадаченно замолчала. «Эффект бабочки действительно переписал характеры? Оригинальная Люси от такого поведения Кристиана млела, а реальная девушка в ужасе. Интересно...» — Странно всё это, — вслух произнесла Сора. — Ну ладно. Надо будет, значит, твоего бывшего благоверного перевоспитывать, я так понимаю. Придется браться за его дрессировку. У Люси в глазах тут же загорелась надежда: — Да! Ты ведь его бывшая жена, ты знаешь все его привычки. Может, тебя он хоть немного послушается? — Посмотрим, — уклончиво ответила кореянка. — Ладно, со сталкером разберемся. А сама ты чего вообще хочешь? Ну, типа по жизни, если отбросить в сторону бесконечное лечение рыцарей? Какие планы? — Не знаю... — Люси мягко улыбнулась, её взгляд потеплел. — Я просто искренне люблю добрых, душевных людей. Таких как ты, или как мои друзья-рыцари. Ну уж точно не такого сурового монстра, как этот герцог. Сора едва не поперхнулась воздухом и указала на себя пальцем: — Погоди. Я — добрая?! Люси, очнись, я вообще-то официальная злодейка этого романа! — Амора, я в жизни не знала никого добрее тебя, — абсолютно серьезно и с глубокой нежностью ответила Люси. — Ну, кроме моей собственной семьи, конечно. Сора подозрительно прищурилась, пытаясь поймать подвох: — То есть, по-твоему... я была такой же доброй еще до того, как оформила развод с герцогом? — Конечно, — тепло улыбнулась Святая. — Что «до», что «после» — ты осталась абсолютно одним и тем же замечательным человеком. Только твои речи стали немного более... резкими, и стиль в одежде круто поменялся на брючные костюмы. А так ты всё та же Амора. Сора замерла, ошарашенная этим откровением. «Мы с настоящей Аморой изначально были настолько похожи? Или Люси просто видит мир через свои розовые очки?.. Стоп. Неужели я и правда... добрая?» — Поможешь? — Люси тактильно и мягко коснулась её руки, преданно заглядывая в лицо. Сора тряхнула головой, прогоняя странные мысли и возвращая себе привычную деловую уверенность. Она уверенно сжала ладонь Святой в ответ. — Ладно. Будем радикально решать твою проблему навязчивого мужика. Делов-то на один разбор полетов.