Знакомьтесь, боглы

      Птички пели, щебетали и будто убаюкивали, порхая среди зелёных листьев, едва пропускающих тёплый и яркий свет солнца…стоп, нет, наша история начнётся совсем не так. Пронзительный крик летучей мыши откуда-то из конца тёмного тоннеля сырой пещеры говорил о том, что животное нашло, чем полакомиться на обед. Звон ударов кирок о камни эхом раздавался и терялся в глубине подземелья. Маленькие боглы в поте лица добывали минералы, чтобы потом один из них, самый высокий и напоминающий старого больного человека, продал их в городе, а на вырученные деньги купил овощей для всего поселения. Вдруг один из них резко остановился, подняв кирку над головой, готовясь к удару. Его взгляд был нацелен куда-то вниз. Хоть его товарищи и не понимали, в чём дело, по его зрачкам они видели: он нацелился на что-то конкретное. Все затаили дыхание. Богл Домме хотел что-то сказать, но его брат богл Слимме засунул первому его же хвост прямо в рот. Мгновение, и богл Стерк ударил киркой, под которой раздалось звонкое, но очень короткое пищание. — Да чтоб тебя! Стерк, опять ты слишком сильно шмякнул, её ж расплющило, тут и есть нечего теперь! — как обычно, первым, чтобы высказать недовольство, не выдержал Бромбер. — А я так и не понял, там что такое-то? — высунул изо рта свой хвост Домме. — Дурак! Мышка там. Была… Судя по шкурке, полёвка. Наверное, случайно забрела, — объяснил брату Слимме, попутно ковыряясь своим длинным и кривоватым пальцем в остатках от потенциального съедобного мяса. — Эх! Да я же чуть-чуть совсем! Легонечко! Зуб даю, — разводил руками Стерк. — Да они ж у тебя все кривые да гнилые, чего нам твои зубы, — прошипел Бромбер. — Так, давайте не будем начинать сейчас цапаться, — последним оставил работу богл Пит.       Однако его уже никто и не слушал. Сначала началась словесная перепалка со всеми возможными (но не слишком обидными) обзывалками, которые приходили боглам в их твёрдые, как камни, головы. Затем были и толчки, и плевки, и лёгкие пинки. Но, как это обычно бывает, слово за слово, плевок за плевком, и вот уже это вовсе не пятеро боглов, а одна большая куча мала, из которой то и дело кого-то выбрасывали и тут же обратно затягивали за продолговатые острые уши. И, разумеется, не обошлось без ужасного шума. Уже минут через пять пришёл богл Ауд, которого никто никогда не видел молодым или хотя бы нестарым: — Что за крики, что за бойня?! — размахивал он своей киркой. — Хватит вести себя, как проклятые гоблины, а ну-ка, встали, взяли кирки и за работу!       Недовольно пофыркав и подтерев кровь из носов руками, боглы, пыхтя от злости, принялись колотить по камням. Как известно, ничто так не сближает, как совместная работа. В процессе ребята снова начали громко болтать, пошло шутить и петь настолько фальшиво, насколько мог это сделать только настоящий богл. Когда дело было сделано, пришло время возвращаться в поселение. Собрав все минералы и достойные куски камня (ну и шкурку мышки), Домме, Слимме, Стерк, Бромбер и Пит поковыляли по тоннелям, извивающимся, как змеи, и разделяющимся на развилки, как ветки деревьев. Подземелья боглов — настоящие лабиринты, а не эти жалкие подобия из высоких кустов в королевских садах. Помнить все повороты, чуять вонь сородичей, пролазить в тех щелях и проходах, где не каждая мышь сумеет, — вот какие способности нужны, чтобы найти поселение боглов. Ребята отодвинули знакомый до боли валун, за которым скрывалась их деревня. Множество дыр в скалах, небольшие пещерки, хижины из камней, грибов, мха и лишайников — прекрасные жилища боглов, которые могут служить десятилетиями и передаваться от отца к сыну. Сталагмиты, скажет вам любой богл, это универсальное приспособление. Захотел, вот тебе и ворота для подвижных игр с камнем; захотел, вот тебе и смотровая вышка (вдруг тебе нужно найти богла, который в другом конце деревни), да и вообще, до чего сможешь додуматься, — тем и будет. А вот до сталактита ещё возьми и доберись, мороки слишком много. А её боглам хватает, уж поверьте.       Хоть они и противные порой, не слишком симпатичные с точки зрения людей, частенько вспыльчивые, в словах резкие, да и пахнет от них, как от компостной ямы, всё равно они хорошие. Справедливые (иногда даже слишком), добрые, дружные и весёлые. Ни то что гоблины, с которыми их вечно путают! Гоблины так часто пакостили людям, что те на них обозлились. Попробуй теперь с ростом тридцать сантиметров, весь в волдырях, с горбом, жёлтыми острыми кривыми зубами да с длинными заострёнными ушами зайти в человеческую деревню или, чего хуже, город. Так и приходится сидеть в пещерах, не видеть солнца, прятаться от людей и лишь грезить свободным миром. А ведь где ещё? В лесу — тоже люди ходят, а укромные места уже заняты то феями, то фавнами, то единорогами.       Но ведь у каждой интересной истории должен быть какой-то переломный момент, который поменяет всё на корню…