Глава 15.

Время 06:13

      С каждым днём становилось всё холоднее и холоднее. Близился декабрь, и зима уже наступала на пятки тёплой осени.       Рина вышла из подъезда, по привычке кивнув своему соседу из квартиры напротив, который тоже рано уезжал на работу. Но у мужчины была своя машина, а Рине приходилось идти на остановку и ждать автобус.       Как и всегда, Рина прошла мимо тёмного переулка. Дни становились короче, поэтому в такое раннее утро было темно, почти как ночью.       Район, в котором жила Рина, был очень тихим. Она никогда не слышала ни о каких криминальных историях, происходивших на этой улице. Неподалёку от её дома находился парк, где с раннего утра можно было встретить пару человек с собаками.       Но в это прохладное утро произошло то, чего никто не ожидал.       Когда Рина проходила мимо тёмного переулка, она вдруг что-то почувствовала. В груди поселилось неприятное ощущение, будто ещё немного — и она окажется в опасности. Но Рина так сильно спешила на работу, что не стала обходить это место стороной. Ведь здесь можно было срезать путь и быстрее дойти до нужной остановки.       Как только Рина оказалась в переулке, она увидела странную женщину. Прежде она её никогда не встречала. Женщина была чуть выше Рины ростом. Длинные чёрные волосы закрывали её лицо, а одежда была грязной.       «Наверное, она бездомная. Бедняжка», — промелькнула в голове Рины быстрая мысль.       Она не стала оборачиваться, просто прошла мимо, придерживая одной рукой лямку рюкзака. Рина очень бережно относилась к подарку Сон Джэ, поэтому старалась обращаться с ним как можно аккуратнее.       Рина обо что-то споткнулась. Она упала на колено и шикнула от прострелившей боли. Недовольно нахмурившись, Рина попыталась медленно подняться. Колено горело. Она пару раз потёрла его через штанину.       — Ну привет, — послышался женский голос за спиной.       Рина дёрнулась и обернулась. За её спиной стояла та самая женщина. Точнее, девушка с пугающе чёрными глазами. Она улыбалась, но в этой улыбке чувствовалась нескрываемая угроза.       — Здравствуйте, — выпалила Рина, отскочив и разворачиваясь лицом к девушке. — Вы кто?       К горлу подступил ком. Рина сглотнула. Сердце быстро забилось.       «Она хочет меня ограбить? Чёрт, у меня с собой даже налички нет», — панически размышляла Рина, крепче сжимая лямку рюкзака. Это было самое дорогое, что у неё есть. И Рина не отдаст этот рюкзак даже ценой собственной жизни.       Приглядевшись, Рина заметила маленькую татуировку на лице девушки. На правой щеке, у самого глаза, были вытатуированы две буквы: H.J.       — Кто я? — издевательским тоном переспросила девушка, усмехнувшись. — Ты не знаешь, кто я?       — Нет, — дрожащим голосом ответила Рина, покачав головой и сделав шаг назад. — Что вы от меня хотите?       — Что я хочу? — переспросила девушка, наклонив голову набок.       «Она какая-то ненормальная... Нужно позвонить в полицию!» — Рина медленно опустила руку, чтобы незаметно засунуть её в карман брюк и достать телефон. Но девушка заметила это движение и резким рывком подалась вперёд.       Она так сильно впилась пальцами в руку Рины, что та едва не вскрикнула от боли, почувствовав, как ногти вонзаются в кожу.       — Что вы делаете?! — Рина дёрнула рукой, пытаясь вырваться из её хватки, но девушка лишь сильнее сжала пальцы. От боли рука начала неметь, и Рина болезненно скривилась.       «Что мне делать? Звать на помощь? Но здесь никогда никого не бывает! Отбиться от неё?» — Рина ещё раз дёрнула руку. Девушка не отпустила. Значит, разница в силе между ними была колоссальной.       — Жирная сука, — прошипела девушка, толкнув Рину.       Рина не заметила, как ей поставили подножку. Она сделала шаг назад и вновь споткнулась, на этот раз пластом рухнув на спину. Ударившись затылком об асфальт, Рина вскрикнула. Перед глазами сверкнула вспышка, а в уголках глаз выступили слёзы.       Не успела Рина опомниться, как девушка поставила колено ей на грудь и сильно надавила. Охнув, Рина распахнула глаза и схватилась руками за её бедро, пытаясь оттолкнуть. Но из-за головокружения она почти не могла двигаться, лишь слабо дёргалась под незнакомкой.       — Ты не имеешь права даже смотреть на Ха Джина! Он мой! Я его люблю! — девушка ещё сильнее надавила коленом на грудь Рины и наклонилась вперёд. Затем отпустила её руку. — Ты любишь его, да? Любишь, сука?! Я люблю его сильнее! Он мой!       «Что за бред она несёт? Ха Джин? При чём тут он?» — сознание Рины пыталось разобраться в происходящем, пока затылок пульсировал после недавнего поцелуя с асфальтом.       Взгляд Рины упал на ту самую татуировку на щеке девушки.       H.J.       «Хэй Джэй...» — пронеслось в голове Рины.       — Сука, ты ответишь мне? Ты его любишь?! По глазам вижу, что любишь! Но ты его не получишь! — девушка схватила Рину за горло и сильно сжала. Большие пальцы впились в гортань, перекрывая доступ к воздуху.       Кажется, Рина услышала глухой хруст. Горло пронзила боль, и она, широко раскрыв глаза и рот, попыталась вдохнуть. Но с каждой новой попыткой незнакомка сжимала пальцы всё сильнее.       Всё вокруг поплыло, и Рине показалось, что перед глазами вспыхнул свет. Но тут девушка резко отпустила её, и Рина, безуспешно попытавшись подняться, закашлялась и хрипло задышала, жадно глотая воздух. Из глаз потекли слёзы, и она прижала руки к шее.       — Ты даже не представляешь, как ты меня бесишь, сука... — девушка на секунду засунула руку в карман брюк и что-то оттуда вытащила. Рина увидела, как в темноте блеснул металл.       «Нож», — догадалась Рина.       — Думаешь, раз считаешь себя красивой, то он на тебя клюнет? Нет! Ха Джин только мой! Мой! — девушка приставила кончик ножа к шее Рины, прямо под подбородком.       Горло само собой судорожно сжалось. Рина сглотнула вязкую слюну, казавшуюся горькой, и испуганно уставилась на лицо девушки, которая явно получала удовольствие от её реакции.       — Я могу перерезать тебе глотку, и ты будешь медленно истекать кровью, — девушка слегка надавила лезвием, и Рина шикнула от боли. Она слабо дёргала ногами, пытаясь сбросить с себя обезумевшую незнакомку. — И ты умрёшь, сука. Давай, визжи.       «Сумасшедшая...» — отчаянно подумала Рина, уговаривая себя молчать.       Эта девушка была сасэном. С такими, как она, любые слова не возымеют никакого эффекта. Эти люди давно погрязли в своих фантазиях и не хотят воспринимать реальность.       Лезвие резко, но неуверенно полоснуло вниз. Будто девушка хотела причинить вред, но передумала в последнюю секунду. Рина почувствовала, как шею обожгло болью. Воротник кофты стал влажным, а в нос ударил металлический запах свежей крови. Рина сглотнула. Даже во рту она ощутила её вкус, от которого сразу же затошнило.       «Она не хочет меня убивать. Хочет, но не может...»       Пока девушка находилась в замешательстве, Рина собрала последние силы и толкнула её. Но стоило незнакомке почувствовать движение, как она тут же опомнилась, снова прижала одну руку к её горлу, а второй, в которой был нож, полоснула по рукаву кофты. Видимо, хотела добраться до кожи, но ей вновь не хватило смелости.       Из груди Рины вырвался хрип.       — Эй, ты! А ну отпусти! Совсем с ума сошла?! Брось нож!       Раздался незнакомый мужской голос. Через секунду Рина услышала глухой звук удара, а затем почувствовала неожиданную лёгкость. Она сразу же села, но тут же пожалела об этом. Голова закружилась, а перед глазами всё потемнело. Схватившись за затылок, Рина осторожно ощупала его. Всего лишь небольшая шишка. Ничего смертельного.       — Боже, девушка, вы как? — незнакомый мужчина присел перед Риной на корточки. Из-за того, что перед глазами всё плыло, она не смогла разглядеть его лица. — У вас кровь...       — Я в порядке, — глухо ответила Рина. Она скривилась: от каждого произнесённого слова голова болезненно гудела. — В порядке... Мне нужно идти...       — Вам в больницу надо, девушка! — испуганно запротестовал мужчина, но Рина его уже не слушала.       Она кое-как поднялась на ноги. Икнув, прижала кулак ко рту, сдерживая рвотный позыв.       — Девушка, давайте я отвезу вас в больницу? Или хотя бы скорую вызову? Девушка, вы куда?!       Рина медленно, прихрамывая, направилась к остановке. В любом случае она уже опоздала и на автобус, и на работу.       Как только Рина вышла на освещённую дорогу, она поморщилась от солнечных лучей и сощурилась.       «Рюкзак!» — панически пронеслось у неё в голове.       Она стянула рюкзак с плеча и внимательно осмотрела его. За исключением пыли, он был целым и нигде не порвался. Но, как только головокружение пройдёт, Рина проверит его ещё раз. Сейчас же она достала из кармана телефон и грустно шмыгнула носом, увидев очередную трещину на экране.       «Менеджер Хван звонил... Чёрт, мне сделают выговор!» — Рина вздрогнула, почувствовав вибрацию в руке. Снова звонил Хван Сок. Она кашлянула, пытаясь проверить голос. Казалось, будто глотку разодрали когтями.       Сморщившись, Рина выключила телефон, чувствуя стыд за то, что игнорирует начальника.       «Объясню ему всё, как приеду! Когда там следующий автобус?» — подойдя к остановке, она подняла голову и посмотрела на расписание. Следующий нужный ей автобус должен был приехать через пять минут.       «Садиться не буду. А то усну», — решила Рина и посмотрела на свои руки, испачканные засохшей кровью. Увидев порезанный рукав, она едва не хныкнула.       «Это была моя любимая кофта! Блин, получится ли её зашить?»       Дождавшись автобуса, Рина, пошатываясь, зашла в салон и сразу же оплатила проезд.       — Пьяная, что ли? — громко прокомментировала какая-то бабушка с переднего сиденья. — Утро ещё не наступило, а уже где-то успела... Вот ведь молодёжь пошла!       Рина скривилась. У неё не было сил отвечать. Она схватилась за поручень и откинула голову назад, сдерживая желание закрыть глаза. Возможно, со стороны она выглядела не совсем адекватно, но Рине было всё равно. Сейчас для неё важнее всего было добраться до агентства.

***

Тем временем в «SHADE Entertainment»...

      Хван Сок уже несколько минут подряд названивал Рине. На её телефоне накопилось около десяти пропущенных вызовов, но от девушки не было даже сообщения.       — Чёрт побери! — возмутился менеджер, в очередной раз нажимая на экран телефона. — Хоть бы предупредила, что опоздает.       — Может, она проспала? — предположил Сон Джэ, поправив рукава худи. От его новой брендовой одежды до сих пор пахло чем-то дорогим.       — Она могла бы позвонить, — задумчиво произнёс Хван Сок, глядя в телефон и слушая голос автоответчика. — Странно... Она ведь всегда отвечала.       — Может, что-то случилось? — обеспокоенно спросил Чан У, переглянувшись с Чон Ха. — Ты не знаешь?       — Откуда я могу знать? — нахмурился Чон Ха.       — Ну, вы же друзья? — Чан У пожал плечами и улыбнулся.       Чон Ха недовольно закатил глаза и фыркнул.       Он тоже переживал из-за того, что Рина не отвечала на звонки и опаздывала. Обычно она всегда приходила вовремя, даже если плохо себя чувствовала. Наверное, на этот раз с ней действительно что-то случилось.       — Если она не ответит, поедем без неё, — заключил Хван Сок, в последний раз нажав на экран телефона.       Не успели раздаться гудки, как дверь в гримёрную распахнулась и с громким стуком ударилась о стену. На пороге появилась Рина. Она хмурилась и держалась за дверной косяк.       — Извините за опоздание, — кое-как прохрипела Рина, схватившись за голову. Рюкзак сполз с её плеча на предплечье, но она быстро вернула его на место.       — Ты заболела? — спросил Чан У, поморщившись. Голос Рины звучал слишком болезненно.       — Если ты заболела, то должна была позвонить и сообщить мне, а не игнорировать мои звонки, — строго сказал Хван Сок, убирая телефон в карман пиджака.       — Я не заболела, — Рина покачала головой и тяжело вздохнула. Затем громко сглотнула и прижала руку к горлу.       — Тогда какова причина твоего опоздания, Чон Рина? — менеджер скрестил руки на груди, продолжая строго смотреть на девушку.       — Ну... — Рина прижала руку к затылку, проверяя, не увеличилась ли шишка. — Когда я шла на остановку, на меня напал сасэн. Пока я отбивалась, мой автобус уже уехал. Пришлось ждать следующий, поэтому я и опоздала. Простите, пожалуйста!       Рина низко поклонилась, но тут же пошатнулась — от резкого движения голова закружилась. В последний момент она схватилась за дверную ручку и широко расставила ноги, чтобы не упасть.       В гримёрной повисла странная тишина. Был слышен только шум работающего фена.       Моргнув, Рина подняла взгляд и увидела ошарашенные лица присутствующих. Она смутилась и выпрямилась. Рюкзак всё-таки соскользнул с её плеча, но поднимать его она не стала, опасаясь, что тогда точно упадёт.       — Твою мать... — Хван Сок быстро подошёл к Рине и положил ладони ей на щёки. Посмотрев девушке в глаза, он спросил: — Голова кружится?       — Немного, — ответила Рина, прикрыв глаза. — Я упала и ударилась головой об асфальт...       — Иди сядь, — перебил её менеджер, кивнув на ближайший стул.       Он дождался, пока Рина, прихрамывая, буквально рухнет на сиденье.       К ней тут же подбежали Чан У, Чон Ха и Сон Джэ. Они окружили стул и один за другим начали задавать вопросы.       — Ты в порядке? — Чон Ха взял Рину за руку и крепко сжал её.       — Ничего не сломала? — поинтересовался Сон Джэ, внимательно рассматривая девушку с головы до ног. — У тебя на шее какая-то грязь.       — Нашёл на что обратить внимание, придурок! — возмутился Чан У и отвесил ему подзатыльник.       — А... — Рина подняла свободную руку и осторожно коснулась шеи. — Это кровь. Меня пару раз резанули. Чёрт... — Она убрала ладонь и посмотрела на рукав. — Мою любимую кофту порезали.       — На тебя напали с ножом?! — воскликнули трое парней в один голос, ошарашенно распахнув глаза.       Рина кивнула, опуская руку. Она совершенно не ожидала, что прямо перед ней окажется лицо Ха Джина.       Он положил ладони на головы Чан У и Сон Джэ и без особых усилий отодвинул их в стороны. Чон Ха трогать не стал — внимание Рины и без того было приковано к нему.       Ха Джин взял Рину за руку и проверил рукав на наличие крови. Он оказался чистым, чего нельзя было сказать о воротнике, на котором расплылось большое тёмное пятно. Осторожно взяв Рину за подбородок, Ха Джин приподнял её голову.       Осмотрев порез, он недовольно цокнул. Рина почувствовала, как внутри всё сжалось от страха.       — Теперь шрам останется, — Ха Джин выпрямился и повернулся к менеджеру Хвану, который кому-то звонил. — Ассистентку Чон нужно срочно отвезти в больницу.       Хван Сок кивнул, не убирая телефон от уха. Он видел, что все парни были напряжены, и понимал: спорить сейчас бесполезно. Да и сам считал, что Рине как можно скорее нужно попасть в больницу. Судя по всему, у неё было сотрясение мозга или как минимум серьёзное подозрение на него. К тому же следовало обработать порез на шее.       Джин Хёк присел на корточки рядом с Чон Ха и внимательно посмотрел Рине в глаза. Она всё ещё находилась в прострации, а веки тяжело опускались.       — Как выглядел тот самый сасэн? — спокойно спросил Джин Хёк и положил руку на колено Рины.       — Девушка, — ответила она, стараясь держать глаза открытыми. — Волосы чёрные. Длинные. Лицо... Лицо не помню.       — Всё нормально, — Джин Хёк улыбнулся. — Но, может быть, ты вспомнишь что-нибудь ещё? Что-то необычное в ней.       — Глаза, — произнесла Рина. — Она была сумасшедшей. Глаза такие... Прямо как...       Рина выпучила глаза и подняла обе руки, пытаясь сделать устрашающее лицо. Сон Джэ прыснул со смеху, но тут же снова стал серьёзным. Зато Чан У сдерживаться не стал и громко рассмеялся, поймав возмущённый взгляд Ха Джина.       — Это действительно странно, — согласился Джин Хёк, понимающе кивнув. Он поджал губы, решив, что больше ничего узнать не удастся. В Корее было полно девушек с длинными чёрными волосами.       — О, я вспомнила! — Рина подскочила на месте, но Джин Хёк одним движением усадил её обратно на стул.       — Что вспомнила? — нетерпеливо спросил Чон Ха.       — Татуировку. — Рина указала указательным пальцем на свою щёку. — У неё на лице была татуировка. Прямо здесь.       — Хорошо. Какая именно? — Джин Хёк ухватился за эту ниточку, словно за спасательный круг. — Какой-то знак? Символ?       — Буквы... — Рина зажмурилась, пытаясь вспомнить. Но перед глазами всё поплыло, и она почувствовала, будто падает в пропасть.       — Не закрывай глаза! — строго сказал Хван Сок. — Скорая будет через пять минут.       Рина тут же открыла глаза и выпрямилась.       — Какие именно буквы, Рина? — снова спросил Джин Хёк. Он должен был узнать это до приезда скорой.       Вздохнув, Рина прикусила губу, а затем тихо прошептала:       — Хэй Джэй.       В комнате вновь повисло молчание. Теперь между всеми ощущалось напряжение. На секунду Рина снова зажмурилась, но сразу же открыла глаза, вспомнив, что ей нельзя этого делать.       — Значит, на тебя напала фанатка Хэй Джэя? — присвистнул Чан У. — Не повезло. У него всегда самые жестокие фанаты.       Все парни одновременно перевели на него недовольные взгляды. Чан У поднял руки и пожал плечами.       — Ну, теперь я точно в этом убедилась, — вздохнула Рина. — Она что-то говорила про любовь. Точно не помню.       — Не пытайся вспоминать, — Джин Хёк покачал головой. — Врачи скоро будут. Просто посиди спокойно, хорошо? Мы сообщим обо всём полиции. Ты будешь в безопасности.       — А как же ваши съёмки?! — Рина снова попыталась подняться, но её тут же усадили обратно. — Я не могу пропустить работу.       — Вот это трудоголизм, — усмехнулся Сон Джэ.       — Сегодня у тебя выходной, — сказал Хван Сок, нервно поглядывая на циферблат наручных часов.       — О, отлично, — улыбнулась Рина.       Только сейчас она почувствовала, что карман пуст. Замерев, Рина медленно прижала руку к нему.       — Телефон... Чёрт, — она расстроенно опустила взгляд. — Кажется, я его потеряла.       — Ну, теперь понятно, почему ты не отвечала на звонки, — заметил Чан У и тут же вновь получил несколько недовольных взглядов. Он лишь фыркнул, не чувствуя ни капли вины за свои «остроумные» шутки.       Прибывшие медики быстро оценили состояние Рины. Медсестра нахмурилась и сообщила, что девушку необходимо отвезти в больницу для обследования и дальнейшей консультации врача.       Менеджер Хван, как ответственный за сотрудников, поехал в скорой вместе с Риной. За старшего он оставил Минхо, который без лишних возражений принял эту обязанность.       Когда Рину осторожно выводили из гримёрной, Ха Джин пристально смотрел ей вслед. Он до скрипа сжимал зубы, а кулаки настолько сильно стиснул, что руки начали неметь.       «На неё напала моя фанатка. Она снова пострадала из-за меня. Чёрт...» — Ха Джин отчаянно хотел побежать за ней. Послать куда подальше Минхо с его расписанием, оттолкнуть Чан У, который продолжал отпускать свои шутки. Просто сорваться с места и побежать.       Это было так легко. Нужно было сделать всего один шаг. Но ноги словно приросли к полу. Ха Джин неотрывно смотрел на дверь гримёрной.       «Сейчас я ей не нужен. Она должна прийти в себя», — усилием воли он заставил себя отвернуться.       Его взгляд встретился со взглядом Джин Хёка.       Ха Джина взбесило то, насколько понимающим был этот взгляд.       — Ты не виноват, — тихо произнёс Джин Хёк, покачав головой.       — Знаю, — так же тихо ответил Ха Джин. Голос его надломился.       «Виноват. Я виноват», — повторяло сознание Ха Джина.       Он пытался не слушать этот голос. Но знал, что тот никогда не ошибается, даже если от его слов становилось больно и тошно.

***

Сеульская больница...

      — Ну, как ты? — Чан У присел на край больничной койки и сложил руки на коленях. — Что врачи сказали?       Рина лежала на кровати и смотрела в белый потолок. Руки были сложены на животе, а голова покоилась на плоской подушке.       — Нормально, — ответила Рина, вздохнув. — Сказали, что как минимум пару дней я ещё буду лежать здесь. Пока назначили капельницы и запретили лишний раз двигаться.       Она нахмурилась и прикрыла глаза. Врачи запретили ей резко двигаться, поворачивать голову и сидеть в телефоне, который, кстати, она всё-таки нашла. Просто Рине было настолько плохо, что она забыла, что положила его в другой карман.       — Хреново, — прокомментировал Сон Джэ, сидевший на стуле рядом с кроватью и очищавший мандарин. — Ты с полицией разговаривала?       — Попыталась, — Рина открыла глаза. Ей хотелось повернуть голову в сторону парня, но она решила этого не делать, чтобы снова не затошнило. — В основном разговаривал менеджер Хван. У меня и так голова раскалывается, а они ещё пристали с расспросами.       — Зато тебе помогут, — Чон Ха стоял с другой стороны кровати. Он неуверенно переминался с ноги на ногу, размышляя, куда бы пристроиться, чтобы не мешать Рине. — Ты правда в порядке?       — Да, — губы Рины тронула мягкая улыбка. — Немного подташнивает, но врач сказал, что это скоро пройдёт.       — Надеюсь, эту сумасшедшую скоро найдут и посадят пожизненно, — недовольно фыркнул Чан У, спрыгнув с кровати. Он принялся расхаживать по палате. — Напасть на человека средь бела дня! Это ж надо было! Что у этих сасэнов в головах творится?       — Ну, ясное дело, — Сон Джэ разделил мандарин на дольки и протянул одну Рине. Она болезненно скривилась и покачала головой. Сон Джэ пожал плечами и отправил дольку себе в рот. Продолжая жевать, он сказал: — У Ха Джина много фанаток. Каждая первая в него по уши влюбляется, а Рина — девушка. Конечно же Ха Джина начнут ревновать к ней.       — Не хочу этого признавать, но ты прав, — вздохнул Чан У, забрал из рук Сон Джэ дольку мандарина и съел её.       Рина снова закрыла глаза, слушая возмущённые разговоры парней. Обезболивающее постепенно начинало действовать, и она чувствовала, что засыпает. Отдых ей действительно был нужен.       «Как хорошо, что больничный и лечение оплатит агентство», — с облегчением подумала Рина. Пожалуй, это были единственные хорошие новости.       — Точно! — воскликнул Чан У. — Чуть не забыл!       От его возгласа Рина вздрогнула и открыла глаза. Не поворачивая головы, она посмотрела в его сторону. Чан У нагнулся и что-то поднял с пола. Кажется, это был его рюкзак.       Он прижал рюкзак к животу. Одной рукой держал его на весу, а второй пытался расстегнуть молнию. Когда это удалось, он сразу же достал из рюкзака толстовку, а затем бросил его обратно на пол. С довольной улыбкой Чан У расправил толстовку и показал её всем.       Это была обычная чёрная толстовка с логотипом «Gucci». Парни удивлённо переглянулись, а Рина вопросительно приподняла бровь.       — Раз уж сасэн испортил твою любимую кофту, можешь забрать мою, — Чан У протянул толстовку Рине. Вспомнив, что ей нельзя двигаться, он подошёл ближе к кровати и осторожно накрыл её толстовкой. — Всё равно она старая, и я её не ношу. Так что бери!       — О, спасибо. Я буду её носить, — Рина вытащила руки из-под толстовки и взяла её, чтобы рассмотреть получше.       Конечно же, толстовка была оригинальной, а значит — очень дорогой. Чтобы Чан У не обиделся, Рина счастливо улыбнулась, бережно поглаживая ткань большими пальцами.       «Духи от Хёк-хёна, рюкзак от Сон Джэ, толстовка от Чан У... Боже, что на парней нашло? Я чувствую себя странно», — Рина прикусила внутреннюю сторону губы и снова погрузилась в свои мысли, пока парни начали новый спор.       — А от моего подарка она отказывалась, — обиженно пробурчал Сон Джэ, доедая последнюю дольку мандарина.       Чан У фыркнул, самодовольно улыбнулся и сказал:       — Тоже мне, сравнил! Подарок от тебя или от меня? — его улыбка стала ещё шире, и он рассмеялся, когда Сон Джэ метнул на него грозный взгляд. — Ну не обижайся, Сон Джэ. Хочешь, я и тебе толстовку подарю? В обмен на твою куртку.       — Нет, — сразу же ответил Сон Джэ, даже не раздумывая.       Чон Ха скептически вскинул брови и покачал головой. Он перевёл взгляд на Рину, затем — на толстовку в её руках. Где-то в груди болезненно кольнуло чувство ревности. Но он быстро подавил его и улыбнулся.       — Если тебе что-нибудь понадобится, сразу скажи, — попросил Чон Ха, заботливо положив руку ей на плечо.       — Конечно, — Рина кивнула и застенчиво улыбнулась. — Можешь, пожалуйста, в следующий раз принести мне мороженое?       — Мятное с шоколадной крошкой? То самое? — Чон Ха заметно воодушевился этой просьбой. Он был готов сорваться с места в ту же секунду и принести ей всё мороженое на свете. — Хочешь, схожу прямо сейчас?       — Нет-нет, — Рина покачала головой. — Сейчас не надо.       Чон Ха заметно расстроился. Он вздохнул и поджал губы.       Дверь в палату резко открылась, и на пороге появилась медсестра. Она обвела всех присутствующих строгим взглядом и нахмурилась.       — Время посещений закончилось, — сказала женщина, заходя в палату и оставляя дверь открытой. В руках она несла пакет с лекарством для капельницы. — Попрошу вас уйти.       — Сейчас, ещё пять минуточек! — Чан У сложил ладони вместе. — И мы точно уйдём! Честно-честно!       Он обворожительно улыбнулся и подмигнул. Сон Джэ и Чон Ха тоже улыбнулись и повторили его жест.       Медсестра на мгновение замерла, глядя на айдолов. Выдержать улыбку одного Чан У ещё было можно, но выдержать улыбки сразу троих красивых парней — практически невозможно. Поэтому она тяжело вздохнула и махнула свободной рукой.       — Хорошо, но только в моём присутствии.       — Спасибо, — Чан У быстро поклонился, а затем обернулся к Рине. — Сколько ты здесь пробудешь?       — У меня больничный на неделю, — хмыкнула Рина.       — Значит, целую неделю мы будем без тебя? — Сон Джэ грустно вздохнул. — А у нас послезавтра съёмки клипа.       — Ну ничего страшного, — Чан У покачал головой. — Зато Рина отдохнёт. И, кстати, лечись давай, а то ругаться буду.       Он шутливо погрозил ей пальцем. Выглядело это, честно говоря, очень забавно. Сон Джэ так скривился, что его лицо стало похоже на лимон. Чон Ха тоже состроил крайне странное выражение.       — Как скажешь, оппа, — ответила Рина, сделав вид, будто очень смутилась из-за его угрозы.       На самом деле только Чан У и Рина знали, что подыгрывают друг другу. Это было видно по широкой зубастой улыбке Чан У.       Когда парни попрощались с Риной и вышли из палаты, к кровати подошла медсестра. Она расспросила девушку о самочувствии, затем осторожно ощупала шею и затылок. После этого поставила капельницу и аккуратно сложила её толстовку, чтобы та не мешала.       Пожелав пациентке спокойной ночи, медсестра ушла, тихо закрыв за собой дверь.       Оставшись в тишине, Рина почувствовала облегчение. Голова всё ещё болела, а в мыслях снова и снова проносились недавние события.       «Сегодня меня чуть не убили», — Рина нервно хмыкнула, вспоминая обезумевшие глаза девушки. — «Весёлый был денёк».

***

Спустя несколько часов...

      Ха Джин тихо открыл дверь палаты, стараясь не тревожить пациентку. Сначала он заглянул внутрь, чтобы убедиться, что там нет посторонних. Лишь после этого вошёл, стягивая с головы капюшон.       Тяжело вздохнув, Ха Джин на пару секунд прикрыл глаза. Затем вновь открыл их и посмотрел на Рину, лежавшую на больничной кровати. Она спала... Или только делала вид. Во всяком случае, не пошевелилась, когда он подошёл ближе. Впрочем, он специально старался идти как можно тише.       «И зачем я вообще сюда пришёл?» — размышлял Ха Джин, хмурясь.       Он достал из кармана худи плитку шоколада, которую просил передать Джин Хёк, и положил её на прикроватный столик. Затем уже собирался развернуться и уйти, но услышал, как Рина пошевелилась.       Испугавшись, Ха Джин дёрнулся и отшатнулся, задержав дыхание. Рина всего лишь повернула голову, но её глаза всё ещё были закрыты. Выдохнув, он прижал руку к груди, где быстро колотилось сердце.       Голова Рины была повёрнута так, что на шее виднелся пластырь, скрывавший порез, оставленный ножом. У Ха Джина болезненно сжалось сердце. Сглотнув, он наклонился, чтобы получше рассмотреть её лицо.       Как только расстояние между ними сократилось до нескольких сантиметров, Рина снова повернула голову. На этот раз она сонно приоткрыла глаза, словно почувствовала чужой взгляд.       — Ха Джин-сси?.. — сонно пробормотала Рина, с трудом разлепляя веки.       «Это сон?» — мелькнуло у неё в голове.       Ха Джин не стал отстраняться. Он просто смотрел ей в глаза. От приглушённого света настольной лампы они слезились, и Рина, зевнув, потёрла их рукавом той самой толстовки, которую подарил ей Чан У. Ей долго пришлось уговаривать медсестру помочь её надеть.       Заметив новую одежду, Ха Джин слегка удивился. Он с первого взгляда понял, кому принадлежала эта толстовка.       Чан У купил её два года назад, когда получил свою первую зарплату. Тогда он так радовался покупке, что даже расплакался. Долгое время Чан У повторял, что это его любимая толстовка и он никогда её не выбросит, даже если порвёт или испачкает так, что отстирать её будет невозможно.       И теперь Ха Джин видел эту толстовку на Рине.       Окончательно проснувшись, Рина поняла, что стоявший перед ней парень — вовсе не сон. Удивлённо моргнув, она перевела взгляд на окно, за которым уже давно царила ночь. Затем посмотрела на противоположную стену и сощурилась, пытаясь разглядеть время на электронных часах.       — Что вы здесь делаете, Ха Джин-сси?! — шёпотом воскликнула Рина, не на шутку испугавшись за него. — Вы сейчас должны быть в общежитии...       — Я просто хотел тебя навестить, — перебил Ха Джин, выпрямившись. Он неловко почесал затылок, затем указал на шоколадку, лежавшую на столике. — Хён просил передать.       Рина продолжала удивлённо смотреть на него. Затем перевела взгляд на дверь. Раз сюда до сих пор не прибежала медсестра, значит, Ха Джину разрешили находиться здесь.       — Как вы сюда попали? — поинтересовалась Рина, сжав пальцами край толстовки. — Посещать пациентов ночью запрещено.       — Ну, это стоило мне трёх автографов и пары селфи, — Ха Джин пожал плечами. Затем пододвинул ногой стул на колёсиках и плюхнулся на него. — Как ты себя чувствуешь?       «Только не говори, что ты в порядке. Только не говори...» — мысленно взмолился Ха Джин, не сводя с неё глаз. — «Скажи, что я виноват. Скажи, что тебе плохо».       — Я в порядке, — ответила Рина, слегка улыбнувшись и опустив взгляд.       Ха Джин крепко сжал челюсти. Он даже услышал скрип собственных зубов. Кивнув, скрестил руки на груди.       — Шея не болит? — поинтересовался он, наклонив голову набок.       «Почему он спрашивает?» — продолжала размышлять Рина, избегая встречаться с ним взглядом. Она боялась, что он заметит страх в её глазах.       Рина подняла руку и коснулась пластыря на шее. Порез уже почти не болел, но иногда неприятно пульсировал, напоминая о произошедшем.       — Наложили пару швов, но врач сказал, что порез не опасен, — Рина убрала руку. — А почему хён не пришёл?       Этот вопрос повис в воздухе. Ха Джин сжал кулаки и прикрыл глаза. Конечно, он понимал, что Рина не могла ждать только его. Но всё равно почувствовал укол обиды.       — Он... собирался зайти завтра, а я... — Ха Джин запнулся. — Я завтра буду занят, поэтому решил прийти сегодня.       Оправдание получилось глупым, но сейчас он не мог придумать ничего лучше. Если бы заранее знал, что она задаст этот вопрос, обязательно подготовил бы ответ. Но, видимо, где-то глубоко внутри всё ещё надеялся, что Рина не вспомнит о Джин Хёке.       Сделав глубокий вдох, Ха Джин почувствовал запах лекарств. Не было даже намёка на те самые духи, которыми постоянно пользовался Джин Хёк.       — Вы могли прийти в другой день, — Рина покачала головой. — Если завтра вы будете заняты, вам нужно отдохнуть.       Ха Джин нахмурился и беззвучно хмыкнул.       — Приду, — сказал он, поднимаясь со стула и накидывая капюшон. — Тебе тоже стоит отдохнуть. Прости, что потревожил.       — Что? — Рина уставилась ему в спину, когда Ха Джин уверенно направился к двери. Она приподнялась на локте и нахмурилась, почувствовав лёгкое головокружение. — Вы не помешали...       Ха Джин остановился и обернулся. Он улыбался, хотя во взгляде читалась печаль.       — Спокойной ночи, ассистентка Чон, — сказал он и вышел из палаты.       Когда Ха Джин переступил порог больницы и оказался на улице, он тяжело вздохнул, чувствуя, как сердце сжимают невидимые тиски.       «Она тебя не простит», — снова прозвучал в его голове голос Джин Хёка.       Она тебя не простит.       Не простит...       Сжав кулаки, Ха Джин тряхнул головой, а затем натянул капюшон ещё ниже. Если бы у него был телефон, он вызвал бы такси. Но теперь придётся добираться до общежития на автобусе, стараясь не показывать лицо.       Засунув руки в карманы худи, Ха Джин направился к автобусной остановке.       Перед глазами всё ещё стояли удивлённое лицо Рины и пластырь на её шее. Он знал, что скрывалось под ним. И знал, что эта рана появилась из-за него. Когда-нибудь она затянется, но боль не исчезнет. Она может притупиться, но останется с ней на всю жизнь.