Глава 11. Враги ложные и настоящие

За два месяца до свадьбы — Ну здравствуй, Фуртунчик. Фадиме думала, что в каждый следующий раз будет легче. Вот когда-нибудь она придет, спокойно положит цветы, расчистит пыль и хвойные иглы с ледяного гранита и будничным тоном расскажет, как прошел очередной день без него. Может быть даже улыбнется пару раз, пошутит, как любил делать он. Потом пообещает прийти еще, спокойно сядет в машину и уедет. Однако стоило Фадиме взяться за прутья заржавевшей калитки, знакомый ком подступал к горлу. В первый раз ее стошнило, еще не заходя на территорию кладбища. Мутило так сильно, что она даже не зашла внутрь. Еще несколько раз она разворачивалась возле первых памятников. Потребовалась не одна неделя, чтобы Фадиме все же решилась дойти до могилы Исо. На похоронах ее не было. Даже будь она в состоянии прийти, что бы сказали Фуртуна? Адиль бы тоже узнал и не оставил бы сестру в покое. Он видел, что с Фадиме что-то происходит, но подсуетилась Ильве, которая наплела, что девушка тоскует по разъехавшимся подругам, и забрала ее на какое-то время в Стамбул. Фадиме почти не помнит те дни. Зато прекрасно помнит тот момент, когда она все же смогла взглянуть на памятник с выбитым именем любимого на нем. За эти годы на ту землю она пролила слез больше, чем на ней оставляли цветов. — Черт, — вырвалось вместе с новым приступом рыданий. — С тобой невозможно нормально разговаривать, знаешь? Камень молчал. — Я даже не знаю зачем прихожу, — Фадиме достала из кармана салфетку и протерла нос. — У меня вообще все замечательно. Работы много. Адиль в последнее время грузит по полной. Вдали виднелось Черное море. — Коз новых привезли. Ты бы оценил. Подуло холодным ветром с холмов. — Твоя мать пытается засватать нашу Элени за Оруча. Это ваш новый врач, если ты вдруг забыл, что я рассказывала в прошлый раз, тупоголовый. Внезапно на Фадиме свалилась еловая шишка. — Ай, — вскрикнув, она схватилась за больное плечо. — Ладно, ладно. Ты помнишь, я поняла. Фадиме нагнулась и подняла упавшую на нее шишку. — Я, наверное, уеду, — она проходилась пальцами по неровным чешуйкам. — Может поступлю в университет. Или, не знаю… — она подняла глаза наверх, сдерживая непрошеные слезы. — Элени так красиво про Грецию рассказывает. Как думаешь, стоит съездить? Буквы на памятнике смотрели беспощадно. — Так что какое-то время отдохнешь от меня, — слеза все же покатилась по щеке. — И не надо… — дыхание сбилось, шишка выпала из рук. — Я же как-то живу без тебя четыре года! Все-таки Фадиме не смогла сдержать бушевавшую внутри тоску. Она зарыдала в полную силу так, что, казалось, ее было слышно в Кочари. Рыдала до жжения в легких. Появилась дикая отдышка, кислород почти не поступал. Фадиме хрипела в попытках набрать воздух. Она опустилась на колени, пальцы впились в прохладную влажную землю. — Как же я ненавижу тебя, Исо Фуртуна, — вырвалось из нее само. — За то, что заставил поверить, а потом украл у меня эту веру. Зачем? Скажи, зачем ты постоянно приходил ко мне? Зачем позволил влюбиться? Чтобы потом оставить меня вот так? Она опустила голову вниз. Ее волосы разметались, и кончики касались могильной плиты. — Ты обещал мне, помнишь? — проговорила она, не поднимаясь. — Обещал, что не уйдешь. И что мы будем вместе! — рыдания перешли в тихий плач. Листья на деревьях зашелестели. Повеяло морским бризом. — Я так скучаю по тебе, Исо, — прозвучал шепот. — Не знала, что буду чувствовать себя так одиноко. Я бы все отдала, чтобы ты вернулся ко мне. Вернись ко мне, — она зажмурила глаза, как ребенок, загадывающий сокровенное желание. — Или хотя бы приходи во снах. Раньше ты появлялся чаще. Фадиме тщательно вытерла лицо так, что остались красные следы. Она поднялась на ноги, отряхнула испачкавшиеся брюки и в последний раз взглянула на имя на могиле. Фадиме хотелось что-то сказать на прощание, но слова не шли. Медленным шагом она поплелась к выходу. Когда она закрыла калитку, завибрировал телефон. Девушка проигнорировала и продолжила идти к машине. Сев внутрь, она завела двигатель и на низкой скорости поехала в Кочари. Лишь оказавшись дома, она взяла в руки телефон. Не с первого раза ей удалось уловить смысл сообщения: «Я нашел Исо. Он жив». Руки затряслись, и устройство с грохотом упало на пол.

***

Наши дни — Оруч рассказал мне, что нашел тебя. Он не делился деталями твоего заключения. Про Шерифа и Фатиха я узнала от тебя. Он сказал, что хотел тебя вытащить, а ты отказался. Оруч предложил мне поехать в Грузию, но я ответила, что если брат не смог уговорить, то я тоже не справлюсь. Потом возникла идея со свадьбой и… — Фадиме судорожно пересказывала события и остановилась, увидев стеклянный взгляд Исо. — Мы боялись за тебя, Исо. Оруч сильно переживал по поводу того, как с тобой обращаются в тюрьме… — Там была пара синяков, не более, — равнодушно произнес он. — Зачем? Зачем ты так, Фадиме? Исо выглядел окончательно разочарованным. Фадиме хотелось замолчать и прижаться к нему. Просто прильнуть и забрать его боль. Но что-то ей подсказывало — Исо не захочет. — Я просто испугалась, что с тобой что-то случится! И я столько лет тебя не видела, а ты решил остаться там еще, и я… Я… — захныкала Фадиме. — Исо, ты не представляешь, как было тяжело… — Что бы ты делала, если бы я не заявился тогда? Ты бы действительно вышла замуж за Эюпхана? И что дальше? Ты об этом думала, Фадиме? — Я думала о том, как вытащить тебя из тюрьмы. Любой ценой. Конечно, единственное, что тебя смогло спровоцировать это ревность. Исо опешил. — Ты считаешь, я пришел тогда из ревности? Ты серьезно? — А разве нет? Он чертыхнулся. Замотал головой, потом закатил глаза, но все же взглянул на нее. — Признаю, я не был в восторге от мысли о твоем замужестве. Но еще, я задумался, почему моя Фадиме решила выйти за другого? И не просто за кого-либо, а за Эюпхана? Я знаю, ты его не любишь. И я подумал, вдруг моей Фадиме угрожают? Вдруг ее заставляют пойти на это, а она не может отказать? А я не могу не защитить мою Фадиме. Она затаила дыхание. Он горько усмехнулся и нервно потрепал свои волосы. Схватившись за шею, он тихо, но с уверенностью в голосе спросил: — Чья вообще была идея со свадьбой? — Исо… — Чья идея, я спрашиваю? Твоя или Оруча? — Исо, это не важно... — Значит, мой брат. — Исо! Парень схватил куртку и лежавшие рядом на полке ключи от пикапа Фадиме и выскочил из дома. Девушка рванула следом, продолжая звать его по имени, но Исо не откликался. Упрямо двинулся в сторону машины и сел за руль. Пока он заводил двигатель, Фадиме юркнула на пассажирское место. — Я не позволю тебе ехать в таком состоянии одному. Исо напряг челюсть, но ничего не сказал.

***

За два месяца до свадьбы Фадиме бесконечно наворачивала круги. Она приехала на полчаса раньше. Ждать не было сил. Она не спала сутки. Из еды смогла засунуть в себя пару кусочков хлеба. Просто чтобы дать организму хоть какую-то энергию. После полученного сообщения и скудной переписки с Оручем Фадиме не могла думать ни о чем другом, кроме как об Исо. Он жив. Он и вправду жив. Все это время он был жив. Она должна была испытывать вселенскую радость. Прыгать до потолка. Бежать куда-нибудь, в попытках ускорить встречу. К удивлению Фадиме, главным ощущением был страх. Тянущий ком в груди постепенно разросся липкой пленкой по всему телу и тесно окутывал до сих пор. Она даже не знала, чего именно боялась. Или может это была злость? На Исо? Или тревога. Переживания давили тупой болью. Из-за поворота показался черный внедорожник. Оруч подъезжал к домику на плато. Совсем скоро она получит ответы на свои вопросы. Или запутается окончательно. Фадиме не заметила, как пошла навстречу. — Это правда? — вырвалось у нее первым, едва Оруч вышел из машины. Он глубоко вздохнул. — Я его видел, Фадиме. Мы разговаривали вчера, — тон был, словно они говорили о погоде. — Что значит разговаривали вчера? Где он? — нахмурилась девушка. — Объясни нормально! Ты ничего толком не написал вчера. Только, что он жив. — Он в тюрьме. Это все, что я скажу. Исо должен сам тебе объяснить остальное. — В тюрьме? Как так вышло? Что-то внутри оборвалось и упало тяжелым грузом. — Главное, что живой, — Оруч подошел ближе. — Там сложные обстоятельства, это сейчас не важно. Я могу его вызволить. Адвокаты готовы. Он выйдет в течение недели. Но… — Но? — Исо отказался. Фадиме подумала, что неверно поняла слова Оруча. — Что ты имеешь в виду, он отказался? Оруч молчал. Он едва заметно поджал губы, явно обдумывая мысль. — Есть причина, из-за которой он хочет остаться. Я могу его понять, но поверь, оно того не стоит. Фадиме, пока он в тюрьме, его жизнь в опасности. Я видел синяки на его лице. Кто знает, что с ним происходило все это время. Фадиме затеребила край куртки. Большой палец случайно соскользнул, и ноготь царапнул кожу. — Исо же в порядке? — вымолвила она. — Сейчас да. Но я не могу полностью гарантировать его безопасность, — он схватил Фадиме за плечи. — А ты можешь. Можешь сделать так, чтобы он вышел. — А если не получится? Если я приду к нему, и он все равно упрется? Ты что, не знаешь Исо? — Да уж, поупрямее козы будет, — Оруч вздохнул и нервно потер шею. — Тогда я не знаю. — Можно сказать, что вашей бабушки сердечный приступ. Лежит в больнице, все плохо… — Он не поверит. — Вручи ему медицинское заключение. — Он поймет, что это я устроил. Фадиме, я же врач, в конце концов, — горько усмехнулся Оруч. — Хоть фотографии подделывай, — пробормотала девушка. — Фотографии… — зациклился Оруч. — Точно. Нужно что-то такое, что можно показать, — он уставился на Фадиме. — Чего смотришь? — заметив пристальный взгляд, спросила она. Оруч молчал. Колебался, думая бред ли пришел ему в голову или настоящий выход. — Ты только выслушай сначала, хорошо? — он принялся расхаживать туда-сюда. — Есть мысль. Мы могли бы подстроить, что у тебя кое-кто появился. И что у вас все серьезно. Лицо Фадиме закостенело. Она таращилась на Оруча, не произнося не слова. — Это только для Исо. Он знает, что для тебя он мертв. Сам попросил ничего тебе не рассказывать. Поэтому это не будет выглядеть изменой. Вырвался смешок. Фадиме прикрыла рот рукой и глубоко задышала. — Не будет выглядеть изменой… — повторила она шепотом. — Ты сошел с ума. — Послушай… — Я послала к черту вражду. Лгала своей семье. Стерла колени на могиле твоего брата, — она прожигала его глазами словно ведьма. — И через пару лет плевала на все и закрутила отношения с другим?! — Это же не по-настоящему! Никто не будет знать всего, кроме нас с тобой, — Оруч подошел к ней ближе. — Сама подумай, если Исо узнает, что у тебя намечается свадьба с другим, он же это не оставит. — И кого же ты предлагаешь мне в женихи? Что я должна сделать? Приворожить кого-то? Кто согласится? Оруч задумчиво приложил руку ко рту. Через секунду его взгляд переменился. Фадиме замотала головой. — Нет, — выдохнула она. — Нет. Нет. Нет, — зазвучало тверже. — Мы оба знаем, что один человек согласится. И это точно тот, кому Исо никогда бы не позволил приблизиться к тебе. — Оруч, ты не понимаешь! Он же нас шантажировал! Из-за него мы так поспешно заключали никях! — Знаю. Исо рассказал, — Оруч выругался про себя. — Фадиме, мне это тоже очень не нравится. Если бы Исо слышал, он бы мне голову оторвал за то, что я говорю. Но давай посмотрим на факты. Исо в тюрьме и выйдет только при очень мощном стимуле. Мотивацию серьезнее не придумаешь. Фадиме задрожала. — Оруч, я на многое готова ради твоего брата, — она нервно глотнула. — Но это… Как ты это представляешь? — Пока смутно. Но мы с тобой поработаем над деталями.

***

Наши дни — Оруч! Выходи, где бы ты ни был! Исо так сильно толкнул дверь, что на стене осталась вмятина от впечатавшейся в нее ручки. Фадиме завозилась с ремнем безопасности, но через несколько секунд последовала за мужем. — Давай, разгроми тут все, — пробормотала она, зайдя внутрь дома. — Исо? — Оруч вышел из кухни, вытирая мокрые руки об свитер. — Что-то случилось? — Случилось, — кивнул Исо. Он стремительно подлетел к брату и двинул тому кулаком по лицу. Оруч согнулся, но устоял на ногах. Схватился за саднившую челюсть и уставился на Исо. — Ты… ты как вообще… ты кто такой… — лихорадочно выпаливал Исо, запустив руку в волосы. — Ты рассказала? — Оруч игнорировал слова брата. Фадиме не ответила. И так все было ясно. — Рассказала, — кивнул Исо. — Как вы могли? Как можно было додуматься и организовать такое? — он переводил взгляд то на брата, то на жену. — Фадиме не хотела. Это все было моей идеей. Я ее заставил, — тут же выступил Оруч. — Ты что наделал?! — Исо схватил его за свитер и занес руку для нового удара. — Никто меня не заставлял, — встряла девушка, обхватив запястье Исо. — Предложение шло от Оруча, это правда. Но если бы я не хотела, никто не смог бы меня заставить, — она растолкала мужчин. — И ты сам виноват. Дал бы Оручу тебе помочь, и ничего бы не произошло. — Но Фадиме… — Исо! Фадиме сверлила его глазами, и Исо понял, что лучше промолчать. Он выпустил Оруча и опустил руки вниз, сжав ладони в кулаки. Его тяжелое дыхание разбавляло тишину. — Это было неправильно, я согласен, — произнес Оруч. — Но сделал бы я это снова ради тебя? Сделал бы. Потому что я твой старший брат. — И вынудил Фадиме пойти к Эюпхану? После того, что я тебе рассказал? — Ситуация была под контролем. Если бы ты все равно отказался подавать ту апелляцию, мы бы все отменили. И свадьба не состоялась бы в любом случае. — Я видел, как ты держал все под контролем. Задержись мы на пару часов, и Фадиме вышла бы за него замуж. — Мы должны были приехать раньше. Верно. Помнишь, то судебное заседание, на котором планировался пересмотр твоего дела, перенесли на неделю? Все дело в этом. Поэтому мы приехали день в день. — Приехали едва вовремя. — У меня была договоренность с регистратором. Он должен был сослаться на проблемы с документами или чем-то еще. Я написал сообщение Фадиме, чтобы предупредить, но она не прочитала. — Забыла телефон на зарядке, пока Эсме и Ильве собирали меня, — призналась девушка. — Честно говоря, у меня было предчувствие. Исо растерялся. Его распирало от злости, что его, по сути, обманули. Им манипулировали, чтобы вынудить сделать то, что хотели другие. С другой стороны, его близкие пытались действовать во благо. Они искренне переживали и поступали из любви к нему. Все же, если бы они не успели? Если бы договоренность с регистратором не сработала? Заметив задумчивость на лице Исо, Фадиме подошла и провела ладонью по его щеке. Тот вздрогнул и взглянул на нее. — Исо, это уже в прошлом. Твой арест, эта дурацкая свадьба — все прошло. Сейчас ты со мной. Я стою рядом. Больше нет угроз и вражды. Мы вместе за одно. Вот что важно. Ему очень хотелось просто кивнуть и прижаться к ней. Он знал, что она права. — Моя единственная, ты хоть представляешь, что я чувствую? Представляешь, через что вы меня заставили пройти? — Ты тоже не безвинный. Мы в расчете. Исо фыркнул и замотал головой. — Обещай, что больше не будешь рисковать собой ради меня. — Пообещай больше не вынуждать меня. Исо приобнял Фадиме и поцеловал в макушку. — А ты что стоишь в стороне? Иди сюда, — притянул он брата к себе. — Я тебе ничего обещать не буду, — усмехнулся Оруч. — Я и не надеялся. Отстранившись, Оруч достал телефон. — Кстати, раз уж ты здесь. Адвокат написал, что дали разрешение на одно свидание с дядей. Прежде чем его перенаправят в колонию. Ты пойдешь? Исо переглянулся с Фадиме и отрицательно покачал головой. — Мне больше эта месть не нужна. Пусть пойдет бабушка. Увидит своего сына. Фадиме видела, что Исо был не до конца честен. Внутри него горело желание предъявить лично Шерифу за отнятые годы. Исо отказывался ради нее. Потому что в свое время Фадиме обвинила его, что он ставит месть выше прочего. — Я был сегодня у нее. Она на лекарствах и сейчас не в том состоянии. Исо вздохнул, крепче прижав Фадиме. — Сходи, Исо. Ты же хочешь, — сказала она. — Мне это не нужно. Я могу отпустить прошлое. — Отпустишь. Встретишься с этим подонком, выскажешь ему все. И мы будем жить дальше. Забудем, что было. Исо вскинул бровью в недоумении. — Ты сейчас говоришь, чтобы меня проверить, Фадиме? Я, правда, могу не идти. — Исо Фуртуна! Где ты и что ты сделал с моим мужем? — она играючи шлепнула его по плечу. — Давай, собирайся. Или я сама пойду к Шерифу. — Ладно, ладно, — он поднял руки вверх. — Брат, передай адвокату, чтобы заявил меня на встречу. — Я уже понял, подкаблучник, — хохотал Оруч.

***

Исо инстинктивно сжался, зайдя в закрытую комнату без окон. Прошло всего два месяца, как он был в подобном учреждении. Два месяца с тех пор, как его вели в наручниках. Сопровождали надзиратели с дубинками. Теперь он был на свободе, но воспоминания все еще преследовали. С каждым днем все реже, но тень кошмаров по-прежнему висела в подсознании. Накрывала холодом. Исо потер руки, пытаясь остановить навязчивые мысли. Дверь заскрежетала. В комнату вошел надзиратель, затем Шериф и еще один надзиратель. Служащие усадили мужчину за стол напротив Исо. — У вас пятнадцать минут, — буркнул один из них. Исо не обращал внимание на работников. Дверь захлопнулась. Они остались одни. Осужденный уставился на точку в полу. Исо смотрел на него и видел жалкое подобие того самого Шерифа Фуртуна. Мужчины, который заменил ему отца, так хладнокровно упек его за решетку. А теперь сидел и трясся, будто его ведут на виселицу. — Дядя. Исо рисовал в голове образы, как накинется на Шерифа, наорет на него по полной программе, в конце изобьет его до полусмерти. Однако в тот момент непривычная скованность охватила его тело. — И-исо? Я думал, будет мама. Или Оруч, — заикающимся голосом проговорил Шериф. — Бабушка не выходит из дома. После твоего ареста она сама не своя. — С ней все хорошо? — Рано или поздно придет в норму. Шериф замолчал. Исо раздражала повисшая в воздухе неловкость. Он наклонился вперед, скрестив пальцы в замок. — Я пришел не светскую беседу с тобой вести, — прошипел он. — Как ты мог, дядя? — Обвинения — ложь. Я не знаю, кто меня подставил, но я не делал. Все эти схемы, которые на меня повесили — я не причем, — судорожно вывалил Шериф. — К черту приговор! — Исо ударил ладонями по столу. — Это ты сначала подставил меня! Ты отнял у меня четыре года, засадив за решетку! Шериф нервно сглотнул и затряс головой. — Что? Я не понимаю… — Все ты прекрасно понимаешь, не притворяйся! — Исо резко поднялся с места. — И все из-за фабрики? Из-за дурацкого страха потерять власть по возвращении? Теперь ты не то что фабрику, белого света не увидишь! — Племянник, клянусь, я ни о чем не знаю. Не понимаю, причем тут фабрика? Если ты нормально объяснишь, может смогу понять. Исо уже хотел было выдать новую порцию обвинений. Но взгляд Шерифа не давал ему покоя. Либо дядя научился очень хорошо играть. — Я знаю, что ты сговорился с Фатихом, чтобы организовать мое похищение. Вы засадили меня в тюрьму, отрезали от семьи, заставили отсидеть четыре года. Будешь отрицать? — Буду. Я понятия не имел обо всем этом, — впервые голос Шерифа звучал ровно. — Исо, я впервые узнал, что ты жив, когда увидел тебя на суде. Ко мне никто не приходил и ничего не говорил в последние месяцы. Исо усмехнулся. Он сел на место и приблизился к Шерифу. — Прекрати свои игры. Мы с Оручем все выяснили. — Что вы выяснили? Сынок, какие игры? Я уже застрял здесь навсегда, зачем мне притворяться? — Не знаю. Может надеешься убедить меня в своей невиновности, чтобы я сжалился и вытащил тебя отсюда. Шериф устало потер переносицу. — Хорошо. Допустим, что все, что ты сказал, правда. Я сделал это с тобой. Принимается, — он наклонился навстречу. — Но представь, что вдруг, это не так. Пока мы говорим. Ладно, на три минуты. Допусти мысль, что я не причастен. Исо шумно вдохнул, но не прервал дядю. — Ты сказал про Фатиха. Как я могу поддерживать связь с этим предателем? Ты знаешь, что он сделал? Почему его изгнали? — Помог Кочари саботировать работу фабрики. Влез в бизнес и… Шериф засмеялся. — Нет, мой дорогой племянник. Мы бы не стали его прогонять, если бы дело было только в бизнесе. Ты прав в одном — есть связь с Кочари. Ты в курсе, что это Фатих пошел к Омеру Кочари и рассказал про Адиля и Эсме? После нашей с Эсме свадьбы. Омер явился передо мной, и мне пришлось выстрелить в него. Я сел в тюрьму из-за Фатиха. Какие у меня могут быть дела с человеком, который в ответе за мое заключение? Исо поджал губы и нервно затопал ногой. — Зачем тогда ему подставлять тебя? Прошло двадцать лет, какой смысл заставлять нас думать, что виновен ты? — Ты говорил, что мы с Фатихом засадили тебя? — Люди Фатиха похитили меня. Вывезли в Грузию. Фатих рассказал, что занимается контрабандой, и полиция поймала след. Ему нужно было, чтобы кто-то отсидел вместо него. — И ты согласился? — Фатих сказал, что Оруч тоже в этом замешан. Не пойду я — пойдет он. — И кто тебя вывел на меня? — Фатих. Когда Оруч нашел меня спустя четыре года, Фатих сдал тебя. Рассказал обо всем — твоей роли в нелегальном бизнесе, связи с Фатихом и прочих делах. — И сказал, что я тебя посадил из-за борьбы за власть на фабрике? — Верно. — Фатих соврал. Соврал четыре года назад и врет сейчас. Это же он дал фальшивые доказательства, которые помогли меня посадить? Те документы, которые зачитывали в суде… Они от него? — Ты все еще выкручиваешься… — Мы договорились. Дай мне еще пару минут. Исо стиснул зубы. — И? — Документы дал Фатих. И меня посадили пожизненно. — Бред. Ты сам сказал, что вас ничего не связывает. Он и так посадил тебя двадцать лет назад. — Значит есть еще кто-то. Кто-то, кому выгодно, чтобы сел я. — Боюсь, список слишком большой, чтобы мы перебрали всех, — ухмыльнулся Исо. — Не настолько. Есть кандидат номер один. Ты его знаешь. — Если ты пытаешься спихнуть все на Адиля, то это дохлый номер. Тогда я точно уверен, что ты выгораживаешь себя. — В том, что Адиль мог бы причинить боль мне, я не сомневаюсь. Но засадить тебя на четыре года… Для него это слишком. Только если ты не насолил ему каким-то образом, — Шериф сощурил глаза, задумавшись. — Четыре года. Что ты мог такого сделать четыре года назад? Ответ пришел в голову Исо мгновенно — он женился на Фадиме. Но Адиль не знал. Никто не знал, кроме Оруча, Ширин и Ильве. И то им сказали буквально накануне. Или все же… — Исо? — прервал поток его мыслей Шериф. — Ты что-то вспомнил. — Мы с Фадиме заключили никях. В тот день, когда меня похитили. Шериф резко выпрямился и хлопнул в ладоши три раза. — Вай! Вот это мой племянник! Я что-то подозревал, но даже не думал, что вы уже вместе. — Хочешь сказать, что Адиль узнал и решил избавиться от меня таким образом? — Исо попытался вернуть разговор в прежнее русло. — Они с Фатихом запланировали мое похищение? — Сказал бы, но есть проблема. Адиль не из тех, кто хладнокровно планирует такие вещи. Если бы он действительно узнал обо всем, тут же пристрелил бы тебя. Или сжег бы Фуртуна. А ты говоришь, что вы успели заключить никях? Если бы Адиль знал, он бы точно этого не допустил. Или убил бы после. Он скорее оставит свою сестру вдовой. Исо согласился с доводами дяди. Реакция Адиля на появление Исо и их отношения с Фадиме была слишком бурной для человека, который знал обо всем заранее. И Адиль не позволил бы сыграть свадьбу сейчас, если бы был настолько против их союза. — Тогда остаешься ты, дядя. Кто так же сильно ненавидит Кочари, как Адиль ненавидит Фуртуна? — Твоя мать. Исо почти потерял дар речи от наглости дяди. — Моя мать? Это уже слишком, даже для тебя. — Ну не знаю. Ты спросил — я ответил. Подумал, а что если кто-то другой узнал про ваш никях? Кто мог бы быть против? А когда ты задал вопрос, ответ пришел сам собой. — Бред, — усмехнулся парень. — Мать посадила собственного сына, лишь бы тот не женился на девушке. Это смешно! — Согласен. Но как-то все слишком гладко сходится. Кто мог бы поддерживать связь с Фатихом все эти годы? Кто отвечал за бизнес до тебя? Кому ненавистна мысль о том, что Фуртуна и Кочари могут помириться? Это сейчас Зарифе пытается свести Элени и Оруча, у нее на то свои причины, — Шериф взял паузу. — Еще кое-что. У меня новый срок. Я больше не глава Фуртуна и никогда не смогу им стать. У меня нет детей, кому я мог бы передать дела. Все осталось Зарифе. А после нее перейдет ее детям. Вы и ваши потомки будут управлять Фуртуна. Вернее, потомки Зарифе. Исо покачал головой. — Если бы мама была против Кочари, она бы не поддерживала нас с Фадиме сейчас. Не готовилась бы к свадьбе. — А что ей остается? Если вы после четырех лет разлуки все еще влюблены. Я знаю невестку — если она не может изменить ситуацию, то выжмет из нее всю выгоду. Разве за Фадиме не числится доля в компании Кочари? Она получила ее буквально пару лет назад, Зарифе сама мне говорила. Плюс история с Элени… — Шериф закашлялся. — Об этом тебе лучше поговорить с Оручем. Он не станет тебе лгать, я надеюсь. Исо обхватил голову руками. Это не могло быть правдой. Это выдумки Шерифа. Отчаянная попытка спасти себя. Надавить на жалость. Черт. — Почему тогда она не организовала похищение до никяха? Почему позволила выйти сейчас? Почему она просто не… — парень отчаянно застонал. — Я не знаю, Исо. Клянусь Аллахом, я не стану придумывать, потому что не знаю. Тебе нужно пойти к ней и разобраться самому. — Зачем? Если это все ложь. На самом деле, ты сделал так, чтобы я попал в тюрьму. А я пойду и начну обвинять собственную мать! — Но не сходится же, Исо! Как я мог это все организовать, когда сам сидел за решеткой?! Спроси мать, спроси Фатиха, кто-то должен расколоться, — челюсть Шерифа дрожала, глаза лихорадочно обводили стены комнаты. — Спроси мою мать. Спроси, почему выгнали Фатиха. Спроси, могла ли Зарифе поддерживать связь с Фатихом. Исо чувствовал, как внутри все кипит от злости и непонимания. Хотелось вписаться кулаком в стену. Или в своего дядю. — Исо, просто поговори с ними. Ты ничего не теряешь. Будут отрицать — ладно. Значит я не прав. Может это был кто-то еще. — А могу ничего не спрашивать. Просто забыть этот разговор и жить дальше. — Нет, — цокнул Шериф. — Ты не сможешь просто забыть. В этом мы с тобой похожи. Пока не докопаемся до правды, не успокоимся. Исо хотел возразить, но тут зашли надзиратели. — Время. Они подняли Шерифа на ноги и принялись надевать наручники. — Подумай обо всем, Исо. Ты умный парень. Исо не был в этом так уверен. Его столько раз обманывали, что уже невозможно было кому-либо верить. Даже Оруч и Фадиме спасли его с помощью лжи. Он не держал на них зла, но все равно. Было неприятно чувствовать себя дураком. А если окажется, что все это время он заблуждался насчет своего ареста не один раз, а дважды… Чертов Шериф. Не надо было идти на встречу с ним. Иначе он бы не сомневался в своей же матери. Аллах, это не может быть правдой. Госпожа Зарифе не святая, но она не стала бы причинять такую боль родному сыну. Можно было бы наплевать на все и просто продолжать готовиться к свадьбе с Фадиме. Искать и обустраивать их будущий дом. Планировать свадебное путешествие. Но дядя был прав. Исо не может оставить вопросы без ответа. Выйдя из здания, он позвонил Оручу.