Часть 1

На самом деле, у меня огромное количество недостатков. Пока ты просто влюблена, можешь даже не замечать этого. Но придёт время, когда перед тобой встанет выбор — принимать меня таким или же нет. И кажется, что время пришло. Я не слишком силён в эмоциональном плане и подвержен депрессиям. Это первое и самое главное, то, что ты уже знаешь обо мне. Это начало моей исповеди, моего монолога, в котором я хотел бы и сам найти истину, понять причину того, почему я всё ещё держу тебя. Или же почему держу на расстоянии. Я был женат. И до самого конца наших отношений, я был уверен, что моя жена, мой идеал, мой лучший друг будет со мной до конца дней. Я, конечно, был не прав, но все же ошибаются, правда? Ты же знаешь, что мы познакомились, когда мне было семнадцать. Самые счастливые, бурные годы, я провёл с ней, меня нечем больше удивить, да и я не готов удивлять больше. Я любил свою жену больше чем кого-либо и когда-либо. И я совсем не уверен, что смогу полюбить тебя так же сильно, так же, как ты, я вижу, любишь меня. Я очень хотел бы ответить тем же, но, видимо, не пришло время. Ты переживаешь обо мне, о том, как я провёл день, есть ли у меня настроение, поел ли я и все эти глупости, которыми страдают столь юные девушки. У меня была слишком бурная молодость. Девушки, наркотики, болезненное пристрастие к еде. Кажется, я разбил слишком много сердец, за что тысячи проклятий получаю до сих пор. Я перебесился, не спорю, но убил в себе человека, который мог бы переживать о ком-то, кроме себя. Именно поэтому мне так важно каждый раз хотя бы спиной ощущать твоё присутствие в нашей постели. Не из-за тебя. Из-за себя, из-за своего эгоистичного желания видеть тебя рядом со мной. Но это не любовь. Я слишком много работаю. Я могу забыть о существовании всего на свете, когда я занят творческим процессом. Ничего больше не увлекает меня так же сильно. Я могу нервничать и ругаться, совсем не имея этого в виду. Я люблю свою работу, несмотря на то, что было время, когда я ненавидел её. Я хочу тебя слишком. И это тоже недостаток, учитывая мою уверенность в том, что я не ощущаю нашей крепкой духовной связи. С женой я привык к тому, что желаю человека, которого люблю. Те девушки… Просто секс на одну ночь. Но с тобой я чувствую постоянную, почти болезненную необходимость разрядки. Даже сейчас я хочу уложить тебя на лопатки и заниматься любовью до изнеможения. Секс был бы не тем словом. Я не люблю тебя. Не люблю. Во всяком случае, напоминаю себе об этом каждый раз, когда ты стонешь, выкрикиваешь моё имя, извиваясь подо мной, когда в горле комом встают эти три слова, признание в любви, которой я не испытываю. Когда я уже собираюсь сказать это, когда рот раскрывается, а дыхание становится слишком тяжёлым, мне проще целовать тебя, снова и снова. Я трус, и я слаб, и, кажется, ты уже поняла это. Мне проще не любить тебя, чем снова позволить кому-то разбить моё сердце. Я не хочу этого, знаю, что ты тоже этого не хочешь. Я снова сжимаю зубы, зажмуриваясь, сгребаю тебя в свои объятья и утыкаюсь в твою шею, лишь бы не признаваться в своей слабости. Девочка, я слаб перед тобой. Слаб и жалок. Я не люблю тебя, но, Боже, я влюбляюсь в тебя каждый день, каждый раз когда мы ссоримся и кажется, что ничего больше не будет. Когда я смотрю в твои серые глаза, темнеющие с каждым моим прикосновением, кажется, будто я падаю в пропасть, и поверь, я пытаюсь выбраться, но с каждым днем всё глубже опускаюсь на дно этой пропасти. Я не люблю тебя. Ты должна понимать, за что ты борешься. Не могу пообещать тебе всей этой прекрасной, совершенной жизни. Я бегу от твоего света, я не готов пока поднять глаза, увидеть его, потому что знаю, что это ослепит меня. Я забочусь о тебе на пределе своих сил, и лучшим, чем любая правда, будет снова повторить, что я не люблю тебя. Но если ты заглянешь в будущее, знай, что я дам тебе всё то, чего ты заслуживаешь. Только… У меня так много недостатков, и если только ты примешь их, как свои, если примешь меня таким, какой я есть, то забирай всё. У тебя есть преимущество, которым я очень хочу воспользоваться. Твоей любви с избытком хватит на нас двоих. Я падаю. Я влюбляюсь в тебя. И эта влюблённость кажется мне глубже, чем что-либо в моей жизни. Я смотрю в твои глаза, падаю снова и снова. И опускаясь на колени перед тобой, прижимаясь к тебе, целуя тебя, я молю тебя о пощаде. Забирай всё. Забирай всё, что только хочешь. Возьми моё сердце. Оно принадлежит тебе с этого момента. Весь я принадлежу тебе теперь. Я падаю, но, кажется, ты держишь меня так крепко, что я не достигну Земли, не достигну дна пропасти. Когда ты рядом, кажется, что я завис в невесомости. Забирай всё. Забирай меня всего. Прими меня. Только не отпускай. То, что я чувствую к тебе, точно не любовь, но это сильнее любого наркотика, сильнее того, что я когда-либо чувствовал прежде. Всё, чего я хочу, стать лучшим человеком, чем был прежде. Крайне эгоистично, но стать единственным, кто понимает тебя. Быть тем, кому ты будешь полностью принадлежать. Быть тем, кто без остатка, без памяти о себе самом, принадлежит тебе. И, обещаю, если ты примешь всё это, поможешь мне, поддержишь, я исправлю свой главный недостаток. Ты смотришь на меня, понимающе киваешь и совсем ненавязчиво гладишь мои волосы, а я не могу больше сказать ничего, благодарно целую твои руки. Я пока не могу сказать этого, я не нашёл в себе сил, но, кажется, мой недостаток стал преимуществом. Я больше не могу подумать о том, что не люблю тебя. И в следующий раз, когда ты снова будешь говорить о том, как любишь меня, разрезая шёпотом тишину нашей комнаты, я наконец смогу ответить. Смогу сказать, что тоже люблю тебя. И я вижу, что все мои недостатки, то, что я ими называю, рушатся сами собой или становятся столь незначительными, что на них теперь плевать. — Я люблю тебя.