Глава 4: Сказочное Безумие

Взрывная волна из сотен литров горящего алкоголя буквально разорвала пространство ночного клуба. Питти, Стьюи и лейтенант Уолли полетели вниз, ослепленные вспышкой пламени. Свист в ушах, секундная потеря сознания — и вот они снова жестко приземляются на землю. Но вместо соленого морского бриза и горящих обломков особняка их встретил удушающий, сырой запах прелой листвы и хвои.Они очнулись в глухой чаще тёмного, непроглядного леса. Вековые сосны и дубы-великаны смыкались высоко над головами, полностью закрывая небо. Между черными стволами деревьев клубился густой, словно молоко, туман. Было так тихо, что парни слышали собственное бешеное сердцебиение.... — Все целы? — прохрипел старик Уолли, поднимаясь с земли и отряхивая испачканную в золе полицейскую форму.— Нога... нога болит после той оранжевой твари, но идти могу, — пробормотал Стьюи, поправляя съехавшие очки.Питти ничего не ответил. Его трясло. Паранойя достигла пика: этот бесконечный кошмар, где локации сменяли друг друга после каждой победы, медленно сводил его с ума.Продвигаясь сквозь туман, герои вскоре наткнулись на одинокую, обветшалую избушку, стоявшую на небольшой поляне. Дом выглядел заброшенным, но из его окон лился слабый, тусклый свет. Деваться было некуда — оставаться в темном туманном лесу без оружия казалось еще более самоубийственной идеей.Уолли аккуратно толкнул скрипучую деревянную дверь, и они вошли внутрь. Интерьер дома выглядел до безумия странно. В глубине комнаты стояли три кровати, которые сильно отличались по размеру: одна была совсем крошечной, детской; вторая — средней; а третья — просто огромной, словно предназначенной для какого-то великана.Но по-настоящему парней бросило в пот, когда они перевели взгляд на массивный дубовый стол посреди комнаты. На нем стояли три глиняные чашки. Питти, преодолевая страх, подошел ближе и заглянул внутрь. Из горла парня вырвался удушливый завывающий стон.В чашках была налита густая, багровая, еще теплая кровь.Они начали судорожно рассматривать содержимое, и Стьюи, чей мозг ботаника пытался анализировать даже самый дикий ужас, зашептал:— Посмотрите на состав... В самой маленькой, детской чашке налита кровь, смешанная с... лимоном? Пахнет цитрусом. В средней чашке — кровь с солью, а на дне плавает... человеческий глаз. О боже...Уолли подошел к третьей, самой огромной чаше. Его лицо, видавшее многое за 64 года жизни, побледнело.— А здесь полная бадья, — глухо произнес лейтенант. — Кровь, куча вырванных зубов, еще глаза... и... конфета?Питти присмотрелся. Посреди кровавого месива действительно лежала яркая конфета. На её обертке красовалась аккуратная, издевательская надпись на финском и русском: «Со вкусом человечины». Это была явная отсылка к первой главе, где Питти уже попался на удочку с конфетным инфарктом.Резко, заставив всех троих подпрыгнуть на месте, старое радио на полке зашипело. Вместо музыки из него раздался замогильный, торжествующий голос Диктора. На этот раз он не просто издевался — он читал жуткое, зловещее стихотворение, от которого по спине пробежали мурашки:«В чаще тёмной, где туман,Ходит страшный великан.Любит он гостей встречать —И косточки глодать.Кто в лесу таится злой,С очень страшною душой,И в охоте знает толк?Отгадали? То... медведь-людоед!»Радио замолчало. И в ту же секунду за тонкими деревянными стенами избушки, прямо в лесной чаще, раздался тяжелый, сотрясающий землю шаг. Затем второй. До слуха семиклассников донеслось яростное, утробное рычание огромного зверя, учуявшего свежее мясо... Тяжелая дубовая дверь избушки с треском распахнулась, слетев с одной петли. В дверном проеме показался гигантский силуэт Отец-Медведя. Это был не просто зверь — это чудовище стояло на задних лапах, его шерсть была измазана старой засохшей грязью, а из огромной пасти, утыканной человеческими зубами, капала свежая, дымящаяся кровь. Следом за ним в дом зашли Мама-Медведица и их Младший сынок — самый мелкий, но самый юркий и злобный на вид.Герои едва успели запрыгнуть под кровати: Уолли протиснулся под огромную отцовскую, а Питти и Стьюи, затаив дыхание, забились под среднюю.Отец-Медведь тяжело задышал, принюхиваясь. Его огромная морда повернулась к столу.— ДОРОГАЯ! КТО-ТО ТРОГАЛ МОИ ЛЮБИМЫЕ КОНФЕТЫ! — взревел он человеческим, но утробным и хриплым голосом, от которого задрожали доски пола.Младший Медведь-людоед тут же подскочил к своей маленькой лежанке, шумно втягивая носом воздух:— И кто-то ложился на мою кровать!Мама-Медведица подошла к столу, её когти со скрежетом прошлись по глиняной посуде:— И кто-то, похоже, попил из моей чашки... Здесь чужой запах! Чистая плоть!— Я НАЙДУ ИХ И СЪЕМ! — оглушительно рявкнул Папа-Медведь, и вся безумная семейка бросилась крушить дом, переворачивая мебель в поисках незваных гостей.Началась жестокая, хаотичная охота. Первой лапа Мамы-Медведицы с треском разнесла среднюю кровать, под которой прятались мальчики. Они успели отползти, но разъяренная Медведица заметила движение. В этот момент из своего укрытия выскочил старик Уолли. Понимая, что детей сейчас разорвут, он закричал, отвлекая чудовище на себя, и попытался ударить Маму рукояткой пустого пистолета.Ситуация обернулась катастрофой. Мама-Медведица резко развернулась и одним мощным ударом когтистой лапы швырнула 64-летнего копа в угол комнаты. Уолли с глухим стоном врезался в стену, его форма мгновенно пропиталась кровью, он едва держался в сознании. Медведица занесла лапу для смертельного удара.— Нет! Стьюи, книгу! Кидай в нее книгу! — в панике закричал Питти, преодолевая свой парализующий страх.Стьюи, не думая ни секунды, выхватил из рюкзака свою старую пухлую книгу о монстрах и со всей силы швырнул её прямо в морду Маме-Медведице. Тяжелый фолиант раскрылся в полете и плашмя врезался зверю в глаза. Медведица взвыла от неожиданности, попятилась и на секунду дезориентировалась.Книга с шелестом упала на пол прямо перед Питти и Стьюи. Парни переглянулись: страница чудом открылась на разделе «Лесные Кошмары», и буквы на ней начали светиться тусклым багровым светом, складываясь в новые строчки. Герои поняли — это подсказка. Это ключ к тому, как выжить.Стьюи, утирая пот со лба, быстро зашептал, вчитываясь в светящиеся строки:— Питти, смотри! Тут загадка про них: «В семье бывает иногда,Что младший — просто ерунда.Он всюду нос свой суёт,И терпит брат, и не уйдёт.Но есть решенье — вот секрет:Чтоб стало легче, нужно избавиться от бед!»— Избавиться от бед... Младший — просто ерунда! — Питти осенило, его мозг, заточенный под выживание в этой чертовой игре, выдал решение. — Стьюи, они сильны, пока они вместе! Но Младший... Малыш! Он самый слабый, он путается у них под ногами. Загадка говорит, что нужно избавиться от Младшего, тогда вся их семейная логика кошмара сломается!В этот момент Младший Медведь-людоед, противно оскалив зубы, медленно пошел прямо на зажатых в углу Питти и Стьюи, а позади него уже поднимались разъяренные родители... Младший Медведь-людоед приближался, мерзко щелкая зубами. Из его пасти несло цитрусовым запахом той самой крови с лимоном. Папа и Мама уже оправились от шока и зловеще надвигались следом. Семиклассники были зажаты в углу, а времени на размышления не осталось совсем.— Что значит «отправился»?! Куда отправился?! — в панике зашептал Питти, вжимаясь спиной в бревна стены. — Стьюи, думай, он сейчас нас сожрет!Стьюи лихорадочно листал светящуюся страницу, едва не разрывая бумагу ногтями. На самом поле появились новые, едва заметные строчки:«Младший брат везде мешает,Всё, что видит, разбирает.Чтоб покой к тебе вернулся,Нужно, чтоб он... подорвался!»— Подорвался! — выкрикнул Стьюи. — Питти, он обожает всё разбирать! Своими лапами! Помнишь, Уолли говорил, что стрелял в них, но пули их не берут? Обычный выстрел их не убьет, но если эта мелкая тварь попробует разобрать что-то взрывоопасное прямо перед своей мордой...Питти мгновенно перевел взгляд на раненого Уолли. Из кармана брюк лейтенанта МакГриддла выпала запасная коробка с пороховыми патронами, а в руке старик всё еще сжимал свой тяжелый стальной револьвер.— Уолли, пистолет! Быстро! — крикнул Питти.Старый коп, превозмогая адскую боль в сломанных ребрах, из последних сил швырнул револьвер парням. Питти поймал его на лету. Его руки, привыкшие собирать роботов из хлама, действовали на чистом адреналине. Он схватил горсть патронов, зубами выдернул пули, высыпая чистый порох прямо в барабан револьвера, и намертво заклинил спусковой механизм куском ржавого гвоздя со стены. Получилась нестабильная, готовая рвануть в любую секунду железная ловушка.— Эй, мелкий выродок! На, поиграй! — Питти со всей силы швырнул блестящий револьвер к лапам Младшего Медведя.Оружие со звоном покатилось по кафелю. Младший людоед замер. Его безумные глазки загорелись неестественным интересом. Повинуясь своей природе кошмара — разбирать всё, что видит, — мелкий монстр бросил парней, усел на пол и схватил пистолет своими когтистыми лапами. Он начал с хрустом ковырять заклинивший барабан, пытаясь вытащить блестящие детали.— Назад! — заорал Стьюи, хватая Питти за шиворот.Они едва успели упасть на пол и прикрыть головы руками. Заклиненный боёк револьвера под давлением лап монстра сорвался. Искры ударили в открытый порох.РАЗДАЛСЯ ОГЛУШИТЕЛЬНЫЙ ВЗРЫВ!Железный револьвер разорвало на куски прямо в лапах Младшего. Огненная вспышка начисто снесла мелкому чудовищу голову и верхнюю часть туловища. Комнату заволокло едким пороховым дымом, а по стенам брызнула густая кровь, смешанная с кусками шерсти. Младший Медведь-людоед рухнул замертво, превращаясь в кучу вонючего пепла.В избушке воцарилась гробовая, звенящая тишина. Но эта победа не принесла облегчения.Дым медленно рассеялся. В центре комнаты стояли Папа-Медведь и Мама-Медведица. Они смотрели на кучку пепла, которая осталась от их сына. В следующую секунду их морды исказились от такого дикого, первобытного горя и ярости, какого парни еще не видели ни у одного монстра в этом мире. Их глаза налились чистой кровью, а из пастей вырвался синхронный, оглушительный рев мести, от которого затряслась и начала осыпаться крыша избушки. Они потеряли контроль. Охота превратилась в кровавую вендетту. Родители-людоеды медленно повернулись к семиклассникам, готовые рвать их на куски голыми лапами... Мама-Медведица сделала шаг вперед, ее гигантские когти со скрежетом оставляли глубокие борозды в деревянном полу. В ее человеческих глазах горела жажда разорвать семиклассников на мелкие клочки. Стьюи лихорадочно листал книгу, но страница с описанием монстров была пуста. Никаких слабостей. Никаких инструкций.— Стьюи, там ничего нет?! — голос Питти сорвался на визг, он спиной вжался в угол, понимая, что лапа чудовища уже занесена над его головой.— Про монстра — ничего! Но тут... тут в самом низу страницы, в рамке, написаны странные цитаты! — заорал ботан, перекрикивая яростный рев Отца-Медведя. — Слушай:«Мама дома ждёт, скучает,О тебе всё вспоминает.Чтоб её не огорчать,Нужно ей скорей позвонить!»— Позвонить?! Кому позвонить, избушке в лесу?! У нас телефоны не ловят в этом чертовом сне! — Питти едва успел пригнуть голову, когда когтистая лапа Медведицы разнесла стену прямо над ним, осыпав парня щепками.Вдруг Уолли, хрипя и отплевываясь кровью в углу, указал пальцем на старую, покрытую паутиной тумбочку возле кровати великана. Там, наполовину вросший в гнилое дерево, стоял древний дисковый телефон. Из его трубки доносилось странное, потустороннее шипение, будто аппарат жил своей собственной жизнью.— Питти, отвлеки её! Я наберу! — Стьюи рыбкой метнулся к тумбочке, сбивая колени в кровь о щепки.Питти, несмотря на всю свою трусость и паранойю, понял: если он сейчас затупит — они все трупы. Схватив со стола среднюю чашку, полную крови с солью и плавающим глазом, он со всей силы плеснул это багровое месиво прямо в морду Маме-Медведице.Соленая кровь попала монстру в глаза. Медведица взвыла от ярости, на секунду ослепнув, и начала бешено крутиться на месте, пытаясь достать Питти.В этот момент Стьюи добежал до телефона. Пальцы дрожали, когда он вставил указательный палец в дырочку старого диска. Тррр... Тррр... Тррр... Он лихорадочно прокрутил случайные цифры. На том конце провода раздался долгий, гробовой гудок. А затем... телефонный зазвонил не на тумбочке. Звук старого, дребезжащего звонка раздался прямо внутри головы Мамы-Медведицы.Чудовище резко замерло. Огромные лапы опустились. Из ее ушей и пасти повалил густой черный дым.Трубка в руках Стьюи заговорила загробным, леденящим душу голосом, который эхом разнесся по всей избушке. Это был голос настоящей матери этого монстра — древней, первородной тьмы: «Ты плохо себя вела, доченька... Ты не уберегла моего внука... Пора домой».— А-А-А-А-Х-Х-Х! — из горла Мамы-Медведицы вырвался нечеловеческий, полный агонии крик.Она схватилась за голову, катаясь по полу. На глазах у изумленных семиклассников ее гигантское тело начало усыхать, сжиматься и чернеть, словно из нее заживо выкачивали всю плоть и кровь. Через тридцать секунд на полу осталась лишь пустая, иссохшая медвежья шкура, которая с тихим шорохом рассыпалась в серый прах. Стьюи в ужасе бросил трубку, которая продолжала жутко смеяться. Отец-Медведь издал оглушительный, утробный рев, от которого с потолка посыпалась старая штукатурка. Потеряв всю семью, гигантский монстр окончательно сошел с ума от ярости. Его налитые кровью глаза выцепили Питти. Чудовище рвануло вперед, снося на своем пути тяжелый дубовый стол.Стьюи лихорадочно листал светящиеся страницы книги, крича во все горло:— Питти, я нашел цитату про отца! Слушай:«Папа учит, как быть сильным,Делится советом стильным.Чтоб его не огорчать,Нужно папу послушать!»— Послушать?! Да он орет так, что у меня перепонки лопнут! — в панике закричал Питти, пытаясь отползти.Но совет из книги не помог. Как только Питти замер, пытаясь «послушать» зверя, Отец-Медведь наотмашь полоснул лапой. Огромные когти в щепки разнесли стену в пантиметре от головы парня, а мощный удар плечом отбросил Питти прямо на обломки мебели. Монстр навис над беззащитным семиклассником, разинув пасть, утыканную человеческими зубами. Питти зажмурился. Это был конец.— Получи, тварь! — раздался хриплый крик Уолли.Старый лейтенант, шатаясь от боли и зажимая раненый бок, изо всех сил прыгнул на спину медведю, обхватив его шею руками. Следом подлетел Стьюи, с размаху вонзив обломок деревянной ножки стула монстру в бедро. Отец-Медведь взвыл от неожиданности, закрутился на месте и мощным движением сбросил Уолли и Стьюи с себя, но Питти был спасен — парень успел отползти в сторону.Стьюи упал на пол прямо рядом с раскрытой книгой. Багровые буквы на странице вспыхнули с новой, бешеной силой, стирая старый бесполезный стих и выводя новую, спасительную цитату.— Питти! Уолли! Тут другая загадка! — закашливаясь от дыма, прокричал ботан. — Слушайте:«Папа в гараже пропал,Там он что-то разбирал.Чтоб мотор опять урчал,Папу нужно подкрепить!»— Какой еще гараж?! Какое подкрепить?! — Питти лихорадочно осматривал разгромленную избушку.И тут его взгляд упал на массивную железную дверь в самом дальнем углу дома, которую они раньше не заметили за шкафом. Из-за нее отчетливо доносился запах машинного масла, бензина и глухой, тяжелый гул работающего генератора. Гараж Отца-Медведя существовал прямо внутри этого кошмара!— Подкрепить... Чем его подкрепить?! — Стьюи завертел головой. — У нас нет нормальной еды!Питти вспомнил детали из начала главы. На полу среди осколков разбитого дубового стола, прямо в луже крови, глаза и зубов, лежала та самая огромная третья чаша. А в ней — нетронутая, блестящая оберткой конфета. На ней все еще красовалась издевательская надпись: «Со вкусом человечины». Любимое лакомство хозяина дома.— Конфета! — заорал Питти, бесстрашно кидаясь прямо к луже крови. — Папа-Медведь в самом начале орал, что кто-то трогал его конфеты! Это его слабость! Его нужно подкрепить ей!Питти схватил липкую от крови конфету и со всей силы швырнул ее в сторону приоткрытой железной двери гаража. Яркая обертка пролетела мимо морды Отца-Медведя и со звоном упала прямо внутрь темного технического помещения.Почуяв запах своего любимого «человеческого» лакомства, Отец-Медведь резко замер. Ярость в его глазах на секунду сменилась диким, голодным безумием. Издав утробный звук, огромный монстр развернулся и, тяжело топая, пошел на запах — прямо в гараж, на ходу подбирая конфету с пола.— Стьюи, заводи мотор! — крикнул Питти, влетая в гараж следом за зверем вместе с Уолли.Внутри гаража действительно стоял огромный, ржавый промышленный мотор с открытыми крутящимися лопастями вентилятора и оголенными шестеренками. Отец-Медведь стоял прямо перед ним, жадно заглатывая конфету и полностью потеряв бдительность.Стьюи подскочил к панели управления и со всей силы дернул за тяжелый железный рычаг рубильника. Мотор оглушительно заурчал, лопасти бешено завращались, создавая мощный воздушный поток.Уолли, собрав последние силы, рванул вперед и крепко толкнул увлекшегося едой Медведя прямо спиной на вращающийся механизм. Огромные, острые стальные шестерни и лопасти намертво зацепили густую шерсть монстра, затягивая его внутрь урчащего мотора.— А-А-А-А-Р-Г-Х!!! — истошно завыл Отец-Медведь, когда стальные детали начали с хрустом перемалывать его кости и плоть.Мотор зачихал, брызгая во все стороны черным маслом и густой кровью людоеда. Через мгновение раздался жуткий скрежет — механизм заклинило от огромной туши зверя. Отец-Медведь затих навсегда, превратившись в бесформенную массу.Но радоваться было рано. На панели загорелась красная лампочка — заклинивший мотор начал стремительно перегреваться.— В сторону! Он сейчас рванет! — крикнул Уолли, закрывая собой мальчиков.Мощный взрыв генератора разнес гараж вместе с избушкой. Питти, Стьюи и Уолли снова выбросило в разорванное пространство кошмара, унося их на следующий, еще более пугающий уровень места, названного Мечтой... Грохот взрыва затих, но вместо привычного падения сквозь ледяную бездну герои остались стоять на месте. Дым от сгоревшего генератора медленно рассеивался по разгромленному гаражу. Избушка «Трех Медведей» была полуразрушена, стены покрылись копотью, а на полу лежали остатки перемолотого мотором чудовища. Питти, Стьюи и тяжело дышащий Уолли стояли посреди этого пепелища, живые и невредимые.— Мы... мы не провалились? — удивленно прошептал Питти, оглядывая обгоревшие бревна. — Всё закончилось?Резко из уцелевшего динамика на стене раздался издевательский, раскатистый смех Диктора. Звук буквально сочился ядом:— Вы про кое-кого забыли~ Хе-хе! Но к моему глубокому сожалению, они присоединятся к вам прямо сейчас. Встречайте старых друзей!В избушке воцарилась зловещая тишина. Вдруг старая деревянная дверь, ведущая в крошечную комнату погибшего Младшего медведя, со скрипом приоткрылась. Шатаясь, оттуда вышел испуганный, бледный парень.— Тимми?! — в один голос вскрикнули Стьюи и Питти.Это был их лучший школьный друг. Тот самый Тимми, над которым Стьюи еще в реальности хотел приколоться и обстрелять из водного пистолета. Парень выглядел до смерти напуганным, его трясло от пережитого ужаса, но он был жив.В ту же секунду из комнаты, где раньше обитала Мама-Медведица, медленно вышла девочка, прижимая руки к груди. Это была Люси — лучшая подруга покойной Джули. При виде нее у Питти внутри всё сжалось: перед глазами тут же всплыл жуткий образ Джули из первой главы, лежащей на кровати в неработающих VR-очках с залитыми кровью руками. Люси плакала, её глаза были красными от слез.— Стьюи... Питти... Где мы? Что это за место?! — дрожащим голосом спросил Тимми, делая шаг навстречу друзьям.— О боже, Джули... Она ведь правда мертва, да? Нас всех убьют? — всхлипнула Люси, испуганно глядя на раненого лейтенанта Уолли и окровавленные обломки мотора в углу.Диктор в динамике снова довольно хмыкнул:— Ну вот, теперь вся банда в сборе. Семьдесят четыре года опыта, пара параноидальных семиклассников и новенькое, свежее мясо. Настоящая семейная идиллия в Месте под названием Мечта! Посмотрим, как долго вы протянете вместе...Голос отключился с коротким щелчком. Питти, Стьюи и Уолли стояли посреди разрушенного дома, глядя на Тимми и Люси. Кошмар не закончился — он просто стал еще более личным и запутанным. Команда пополнилась, но вместе с новыми союзниками пришли и новые, смертельные вопросы.