—Охота на старост—

Спустя ещё пару дней Катриона наконец выбралась из книжного плена. Не то чтобы она сдалась — просто друзья пообещали, что отпустят её в библиотеку только в том случае, если она проведёт с ними хотя бы один вечер в гостиной. И вот она сидела на диване, поджав под себя ноги, и её глаза всё ещё горели тем лихорадочным блеском, который появляется у человека, нашедшего ответ после долгих поисков. Фред обнимал Анджелину, которая полулежала у него на плече. Ли прижимал к себе Кэти, и оба выглядели сонными и безмятежными. Джордж сидел рядом с Катрионой, повернувшись к ней, и внимательно слушал. Она тараторила, перескакивая с мысли на мысль, жестикулировала так активно, что чуть не сбила кружку с чаем. — Я нашла заклинание! Трансфигурация тела, полная! — её голос звенел от воодушевления. — Я, конечно, никогда такого не делала, но думаю, если я постараюсь, у меня должно получиться. Я же всё-таки хороша в трансфигурации, не хуже Гермионы! — Скромнее, Кэмпбелл, — усмехнулся Фред, не открывая глаз. — Молчи, Уизли, — парировала она, даже не обернувшись. — Так вот, я собираюсь превратиться в кого-то быстрого и крутого. Например, в акулу! Или в дельфина! Или в русалку, хотя это, наверное, слишком сложно… — Ты хочешь превратиться в рыбу? — переспросила Кэти, приоткрывая один глаз. — Не в рыбу, а в существо, которое может дышать под водой! — поправила Катриона. — Это единственный способ пройти второе испытание. Я не могу полагаться на заклинание подводного дыхания — его эффект ограничен, а в холодной воде я замёрзну за пять минут. А если я изменю своё тело… — Звучит опасно, — нахмурился Джордж. — Всё звучит опасно, — отмахнулась Катриона. — Но у меня нет выбора. Проблема только в том… Она замолчала и вздохнула. — В чём? — спросил Джордж. — Общие ванные вечно заняты! А мне нужно много тренироваться, погружаться с головой, проверять, как работает заклинание. А в туалетных кабинках не поплаваешь. Фред хмыкнул. — Да, проблема. Можешь попросить у мадам Помфри доступ к больничному крылу, там есть ванна… — И каждый раз объяснять, зачем чемпионке плавать в ванне? — перебила Катриона. — Нет, спасибо. Мне нужно место, где никто не будет задавать вопросов. Джордж задумался. Его брови сошлись к переносице, и он машинально почесал подбородок — жест, который Катриона уже выучила: он что-то обдумывает. — Есть одно место, — сказал он наконец. — Ванная комната старост. Все повернулись к нему. — Ванная комната старост? — переспросил Ли. — Ты про ту, на четвёртом этаже, за гобеленом с единорогом? — Ага, — кивнул Джордж. — Мне Чарли рассказывал. Там огромная ванна, как маленький бассейн. С кранами, из которых течёт всякая ерунда — пена, пузырьки, даже шампанское, если нажать нужный рычаг. Никто туда не ходит, потому что старост в этом году почти нет, а те, что есть, предпочитают свои спальни. Катриона смотрела на него с надеждой. — И ты думаешь, мне туда пустят? Я же не староста. — А кто проверяет? — пожал плечами Джордж. — Главное — знать пароль. Чарли говорил, он каждый год меняется, но его можно узнать у капитана команды или у старосты. У нас есть Фред. — С чего это я должен знать пароль? — возмутился Фред, на секунду отлипая от Анджелины. — Потому что ты — всегда все знаешь? — уточнил Джордж с таким видом, будто это было очевидно. — Я не староста! — А кто староста? Фред щёлкнул пальцами и чуть не подпрыгнул от нетерпения. — Старосты! Нам просто нужно выяснить, кто из наших староста. А его уж мы разговорим. Или подкупим. Или припугнём… — Подкупить нечем, — осадила его Катриона, в чьём кармане даже галлеона не звенело. — А припугивать мы никого не будем, — добавил Джордж спокойнее и серьёзнее брата. — Но поговорить — пожалуйста. Кто, кстати, у нас староста с Гриффиндора на этот год? Воцарилось недоумённое молчание. — Ну… — Кэти задумчиво постучала себя по губе, — на собраниях факультета, кажется, выступал какой-то здоровяк с Пуффендуя. А наших я что-то не припомню… — Ну, так давайте подумаем логически, — Фред сложил ладони, словно готовясь к допросу. — Старостой обычно назначают с пятого курса. И держат до седьмого. Перси ушел когда мы закончили четвёртый курс. Значит, ему вероятно сейчас семнадцать, он на седьмом курсе и должен быть у нас в башне. — То есть он потенциально может быть тем, кто разъезжал с нами за одним столом на завтраках все эти годы, а мы его даже не заметили? — ужаснулась Анджелина. — Именно! — Фред торжествующе указал на неё пальцем. Джордж закатил глаза и поднялся с дивана: — Ладно, теоретики, сидите. Раз уж вам так хочется узнать, кто наш староста, почему бы не спросить об этом напрямую?.. Фред оторопел, даже приоткрыл рот, а потом хлопнул себя по лбу: — У меня тоже была эта мысль! Наверное, я просто хотел всё усложнить. — Вы оба идиоты, — беззлобно заметил Ли, и все пятеро поднялись, чтобы отправиться на поиски. Они обошли гостиную, всматриваясь в лица семикурсников. Те либо лениво перекидывались в карты, либо спали в креслах, либо что-то зубрили — в общем, вели себя подчёркнуто нестаро́стски. — Тёмный лес какой-то, — прошептала Кэти. — А может, он сидит где-то в углу и ведёт тайный дневник старосты? — предположил Фред. — Может, это вообще девушка? — возразила Анджелина. — Девушки, насколько я помню, тоже старосты, — задумчиво произнёс Джордж. — И, кстати, как раз сегодня утром я видел на седьмом курсе девушку с очень знакомым лицом. — С каким? — поинтересовалась Катриона, всё ещё озираясь по сторонам. Джордж замялся и тихо ответил: — С таким, которое только на уроках. Она сидит на первой парте у Флитвика, всегда отвечает первой и поднимает руку только тогда, когда точно знает ответ. Зовут… Кажется, Элизабет? Или Элинор?.. — Элинор? — переспросил Фред. — А, Элинор! Да, она. Девушка с рыжими волосами, всегда такая серьёзная. Да она как раз должна быть старостой! — Вот! — Джордж ухватился за эту мысль. — Элинор — наша кандидатка. Нужно её найти и поговорить. Элинор Бирн сидела в самом дальнем углу гостиной, спиной к стене, с непроницаемым, сосредоточенным выражением лица. Перед ней лежала раскрытая книга, но девушка не столько читала, сколько наблюдала за всеми, кто входил и выходил из общей комнаты. Она была поджарая, с идеально затянутыми в пучок волосами и с медным значком на мантии. — Леди, — торжественно начал Фред, опускаясь на одно колено с преувеличенной галантностью, — прошу простить мою дерзость. Мы ищем следы преступника. Очень опасного. Но его личность скрыта за семью печатями. Помогите нам, о великая староста! Подскажите, как попасть в святая святых — комнату отдыха для избранных!.. Бирн медленно подняла на него взгляд. Ровный, бесцветный. Казалось, даже брови её не дрогнули. — Выражайтесь яснее, мистер Уизли, — произнесла она с холодком. Фред смешался, поднялся и почесал затылок: — Ну… нам нужно попасть в ванную старост. Вы не подскажете пароль? Это важно, честное слово! Это вопрос жизни и смерти! Элинор уставилась на него так, будто увидела перед собой бродячего клоуна, возомнившего себя королём. — Вы не староста, мистер Уизли, — ровно, с нажимом в голосе, ответила она. — Даже не префект. Какое вам дело до ванной? Это помещение — для тех, кому доверяют ответственность за школу. Я не имею права разглашать пароль. — Но… — начал Джордж, шагнув вперёд. — Но, — перебила его Элинор тоном, не терпящим возражений, — вы даже не объяснили, зачем вам туда. Если вы хотите устроить вечеринку с мыльными пузырями и взрывающимися конфетами — можете идти прямо сейчас. И не вздумайте выведывать пароль другими способами. От старост сложно что-то скрыть. С этими словами она снова уткнулась в книгу, давая понять, что разговор окончен. Катриона чувствовала, как пылают её щёки от неловкости, но при этом где-то в голове родилась непрошеная мысль: «А ведь она права. Мы и правда вели себя как клоуны. Нужно было просто подойти и спросить, без всей этой дурацкой театральщины, и объяснить ситуацию нормально». Но вслух она сказала только: — Понятно. Простите. Компания ретировалась, как побитые собаки. Фред, впрочем, был не из тех, кого можно было так просто сломать. Едва они отошли на безопасное расстояние, он тут же заговорщицки прошептал: — Всё, вариантов нет. Нужно взламывать. — Что значит «взламывать»? — удивилась Кэти. — Ну, там заклинание какое-нибудь, отмычку, — Фред взмахнул рукой. — В конце концов, я слышал, что самые лучшие взломщики в Хогвартсе — это мы с Джорджем. — И с какого перепугу ты это слышал? — скептически поинтересовался Джордж. — От самого себя, когда хвалил нас в разговорах с самим собой, — без тени смущения признался Фред. — Но шутки в сторону! Если мы не можем взять пароль умом, попробуем взять его магией. Или филином. Я слышал, что домовикам можно иногда задобрить колбаской и печеньем. А уж они, будьте уверены, знают все пароли. Анджелина скептически скрестила руки: — Ты предлагаешь нам кормить домовых эльфов, чтобы выведать у них секретную информацию? — А что? — Фред пожал плечами. — Эльфы, они благодарные. Дадут кусочек колбасы — и они тебе все тайны мира выложат на блюдечке, вместе с глазунью. Главное, сказать им, что это от чистого сердца. Катриона не выдержала и рассмеялась. Идея была настолько абсурдной, что… вполне в духе Уизли. — Ладно, — сказал Джордж, чуть помедлив. — Если уж беспроигрышный пароль нам никто не скажет, попробуем действовать по-вашему. Но чур, взломом и подкупом домовиков будет заниматься Фред. Как инициатор самой бредовой идеи. — Согласен! — тут же вскинул руку Фред. — Назначаю себя главным специалистом по эльфам. А вы, — он театрально обвёл всех взглядом, — будете моими зрителями. И восхищаться моей изобретательностью. — Или валить свидетелей, чтобы не попались вместе с тобой на месте преступления, — сухо заметил Джордж. Фред фыркнул и в этот момент раздался голос за их спинами. Они обернулись. Гарри стоял, переминаясь с ноги на ногу, и выглядел так, будто набрался смелости целую минуту Катриона улыбнулась — слегка грустно, той улыбкой, которая появлялась на её лице, когда она думала о том, как мало они с Гарри общаются, хотя могли бы быть ближе. — Привет, Гарри. Юноша кивнул всем, слегка смущаясь под пристальными взглядами компании. Он переминался с ноги на ногу, теребя край мантии, и казался не в своей тарелке — будто подслушал то, что не предназначалось для его ушей, и теперь не знал, как предложить помощь, чтобы не выглядеть навязчивым. — Я… я слышал ваш разговор, — произнёс он тихо, почти шёпотом, и его щёки слегка порозовели. — Простите, не хотел подслушивать, просто проходил мимо. Фред открыл было рот, чтобы съязвить, но Джордж незаметно ткнул его локтем в бок. — Ничего страшного, — сказала Катриона, стараясь, чтобы голос звучал непринуждённо. — Мы тут просто… обсуждаем кое-что. Гарри поднял на неё глаза. В их зелёной глубине мелькнуло понимание. — Я знаю пароль, — выдохнул он, словно боялся, что если не скажет сейчас, то не решится уже никогда. — К ванной старост. В гостиной повисла тишина. Даже портреты, казалось, затаили дыхание. — Что? — переспросил Фред, подаваясь вперёд. — Откуда? — Седрик сказал, — пожал плечами Гарри, и в его голосе прозвучала лёгкая вина — будто он раскрывал чужой секрет, но не видел другого выхода. — Перед первым испытанием. Он подошёл ко мне, сказал, что хочет, чтобы у всех было равные шансы, и… и пароль от ванной старост тоже назвал. Сказал, что если мне понадобится спокойное место, чтобы подумать — могу туда зайти. Никто не проверяет. Катриона смотрела на Гарри, чувствуя, как внутри поднимается тёплая волна. Она помнила Седрика — доброго, справедливого, почти идеального. Тот самый Седрик, который погибнет в конце года от руки Пожирателя смерти. Тот самый, чья смерть станет первым гвоздём в крышку гроба мира, который она пыталась спасти. — Седрик Диггори, — тихо сказала она. — Он действительно… хороший человек. — Да, — кивнул Гарри, и в его голосе прозвучало неподдельное уважение. Фред и Джордж переглянулись. Ли почесал затылок. Анджелина прикусила губу, явно обдумывая, стоит ли вмешиваться. — Так какой пароль? — нетерпеливо спросил Фред. — А то мы уже собирались эльфов подкупать и дверь взламывать. Гарри улыбнулся уголками губ — впервые за разговор. — «Свежесть утренней росы», — сказал он. — Седрик сказал, что пароль меняется каждый год, но в этом он такой. Забавный, да? — Свежесть утренней росы, — повторил Джордж, пробуя слова на вкус. — Звучит как название духов для бабушек. — Зато запоминается, — заметила Кэти. Катриона шагнула к Гарри и положила руку ему на плечо — легко, почти по-дружески. — Спасибо, — сказала она искренне. — Ты не представляешь, как вовремя это пришло. Гарри пожал плечами, пряча глаза. — Ты мне помогла с яйцом, — сказал он. — Я просто… возвращаю долг. — Дракон за дракона, — усмехнулась Катриона, вспоминая свою же фразу. — Или подсказка за подсказку. Гарри кивнул и, пожелав всем спокойной ночи, направился к лестнице в мужскую спальню.