Вэл и пёс

— Кто притащил сюда это чудовище! Вэл, дрожа от страха и негодования, стояла на столе в зале и играла в гляделки с миленьким питбулем. Все вокруг было в крови, а собака невинно во рту держала бледную левую руку. — Вэл? — в зал прибежала маленькая девочка с бокалом вина, быстро оценивая ситуацию. — Что такое? Дрейка же щас разбудишь. — Почему тут чертова собака? — сон друга ее волновал чуть меньше, чем пожирающая ее руку псина. — Пусть он вернёт мне руку! — Это она, — хмыкнула девочка, присаживаясь около питбуля и поглаживая по макушке. — Гоша! — эта картина совершенно не устроила Вэл, что пыталась не упасть вниз. Потеря руки не поспособствовала удержанию равновесия. — Зачем ты принёс сюда пса? — Она сама за мной пошла, — Гоша наконец вернула девушке руку и даже пришил парой стежков. — А ты могла бы и не засыпать на диване. Знаешь же, чем это только не может кончиться. — В моем доме я буду спать там, где хочу! — новообретеной рукой Вэл стукнула по столу. — И ,желательно, не просыпаться без руки! — А я бы хотел перестать выглядеть, как мелкая пай-девочка, но вот мои косички. В зал спустились Энди и Рей. Ну, как спустились: Энди быстро пробежала по лестнице, а парень скатился по ней же секундами ранее за то, что «приебался ни свет ни заря». — Че за крики с самого начала дня? — Энди захлопнула книгу и оглядела ссорящихся соседей. — Вы хотите Деллу рассердить? — Лично, я хочу с тобой… — Рею не дала договорить книга, прилетевшая прямиком в нос. — Я хочу, чтобы Гоша вернул этого монстра туда, где взял его, — категорично отрезала Вэл, не обращая внимание на то, каким влюблённым взглядом девочка смотрела на собаку. — Нет! — Гоша с мольбой в голосе подбежала к Энди.- Она будет хорошо себя вести, просто дайте ей шанс! — А кто ее будет хоронить? — прозвучал резкий вопрос с верха лестницы. Делла проснулась. — Сколько раз, и все одно и тоже. Подумай хорошенько, Гош. Ты хочешь опять почувствовать это? — Почему я не могу иметь того, кого могу любить? — девочка понимала, что Дэлла и Энди правы, но спокойней от этого не становилось. — Почему? — Мы прокляты, Гош, — грустно проговорила Вэл, обнимая девочку за плечи. — Мы не можем иметь дорогих, просто потому, что, в любом случае, их потеряем. — Со временем мы их забудем, — продолжила за ней Энди, — но до этого момента боль будет, и будет сильной. — Поэтому либо нужно найти кого-то такого же бессмертного, либо — одиночество, — заключила Делла, и после этого никто не проронил ни слова. Гоша нашёл для собаки хороший приют, и уже через пару недель про это не вспоминали. Но чувство оставалось — чувство несправедливости и одиночества.