Часть 3

Меч пал на черную шерсть. Крик боли вырвался из горла козла. Последний враг, что стоял пред Нариндером пал, как пали те, кто был до него. Руки опустились и выпустили оружие, которое с громким стуком ударилось об пол. А позади безжизненного тела рвалась цепь, уходящая на небеса. Последний оплот, что держал Агнца привязанным к его царству. Последняя надежда, которая держала кота от судьбоносного момента. Что будет дальше?  Ранее Нариндер мог еще предсказать что-то. Свои победы, боль от поражений, свои цели, которые неутомимо становились реальностью. Свобода, которую он достиг своими силами. Он мог видеть своё будущее. Его решимость двигала его вперед, заставляла резать плоть своих врагов снова и снова. Но теперь он стоял перед порталом. Бледная арка света окутывала небольшую пентаграмму в виде звезды, вычерченной на земле. Один шаг и он бы оказался там. Вновь перед своим Богом. Столь желанным, столь любимым, столь милостивым, но столь пугающим.  "Прошу… Прости меня. Я… не могу позволить тебе уйти" Свет окутал его тело и перенес Нариндера в знакомое окружение. Его глаза быстро привыкли к ослепляющему свету вокруг него. Он посмотрел вперед. В нескольких метрах от него на земле восседало Божество. Овечка терпеливо смотрела на него с улыбкой на устах, столь же мягкой, как и её шерсть.  "Приветствую тебя снова, мой дорогой последователь. Как видишь ты, цепи, что сковывали моё бедное тело боле не сдерживают моих движений. Я свободен, будто облако, что парит на небосводе… О чем задумчив ты?" Тело Божества опустилось ниже, так что голова его стала на один уровень с котом. Нариндер посмотрел в глаза их с грустной улыбкой. О, как хотел бы он услышать те слова, что жаждало его сердце. Как хотел бы он, чтобы были они равны.  "Великий Агнец, я очень рад, что стал для вас помощником, но… Вам ведь нужно то, что построил я? Тот мир, что покорила ваша сила… У вас есть ваши цели, ваши мечты… А что я? Разве могу я быть частью великий планов? Я отслужил свою роль. И вы бросите меня…" На минуту лицо Бога стало задумчивым. Казалось, тень прошла по её скулам. Затем она положила руку свою на землю и, оперевшись на неё, склонилась ближе к нему. "Прости меня… Но я… Ты прав. Это так. Моё желание - вести свой род. Наставить их на правильный путь. Спасти их от напастей… Но ты… Мне жаль просить тебя об этом, но… Готов ли ты исполнить мою последнюю просьбу? Склони голову свою и позволь мне взять то, что подарено было тебе…" Нариндер опустил голову вниз, но не пал на колени. Его ноги дрожали, но в его глазах горел огонь. Все та же решимость, что толкала его до сих пор. Он сжал руки вокруг бубенчиков, которые давали ему силу на этом пути. Их звон наполнил тишину между ними.  "Я не могу. Служил я верой и правдой, но… Это не то, что я могу выполнить. Я не боюсь своей смерти. Не боюсь перестать существовать. Но я… Мне ненавистна мысль, что я брошу тебя одну. Что будешь делать ты на своем новом пьедестале, если его не с кем разделить?" Овечка поднялась на ноги вновь. Её голова теперь возвышалась на много метров над головой Нариндера. Недосягаемая, величественная. Все то, чем являлся сам Агнец. Боль пронзила тело кота. Не боль от ударов, порезов или ожогов. Но боль худшая.  "Нариндер. Смертный. Я понимаю, что тебе может быть неприятна эта мысль, но ты должен—" "Нет! Нет, более я ничего не должен! Ничего! Я свободен! Я убил тиранов, что подчиняли себе невинных! Я сам стал тем, кто выбирает, как мне жить! Я… Я не согласен. Прошу… отринься от своей божественности. Спустись ко мне. Прошу…" Нариндер поднял меч наверх. Его клинок сиял под лучами этого царства, которые отражались от холодного металла. По его лицу струилась одинокая слеза. Но он все же сделал шаг вперед.