Дневник

Дождь за окнами заметно стих. Теперь он уже не барабанил по крыше так яростно, как утром. Лишь изредка тяжёлые капли срывались с карниза, нарушая размеренную тишину. Серое небо по-прежнему затягивали облака, но ветер успокоился, и старый дом больше не скрипел под его порывами. После очередной вспышки смеха комната снова затихла. Коул всё ещё посматривал на стену, словно надеялся найти логическое объяснение тому, что только что увидел. Джей сидел рядом, задумчиво улыбаясь, а Зейн снова открыл книгу, хотя уже несколько минут не переворачивал ни одной страницы. Ния, как ни в чём не бывало, устроилась на полу возле окна. Будто пять минут назад не сидела под самым потолком. Кай невольно покачал головой. Иногда ему казалось, что сестра вообще не умеет сидеть спокойно. Хотя... это было даже хорошо. После стольких лет она всё ещё могла скучать, смеяться, придумывать глупости. Апокалипсис не сумел забрать у неё этого, и Кай очень надеялся, что уже никогда не сможет. Он машинально провёл пальцем по кружке, в которой давно остыл чай. Мысль, не дававшая покоя уже несколько дней, снова всплыла сама собой. Наверное, сейчас был самый подходящий момент. Никуда не нужно было спешить. Никто не собирался на вылазку. Впервые за долгое время можно было просто поговорить. — Слушайте... Голос Кая прозвучал негромко, но этого хватило, чтобы остальные подняли головы. Даже Зейн отложил книгу. — Можно спросить одну вещь? — Конечно, — первым ответил Джей. Кай немного помедлил. Он не любил задавать вопросы, если не был уверен, что они действительно важны. Но этот давно не выходил у него из головы. — Тогда, на утро... Он посмотрел сначала на Джея, потом на Коула и Зейна. — Вы сказали, что собирались идти дальше, но впереди оказалось слишком много заражённых. Все трое молча кивнули. — Я всё думаю... Он сделал небольшую паузу. — Почему именно туда? В комнате стало удивительно тихо. Никто не ответил сразу. Джей медленно опустил взгляд на кружку в своих руках. Большой палец задумчиво скользнул по её краю. Коул, ещё секунду назад готовый пошутить, неожиданно стал серьёзным. Он коротко переглянулся с Зейном, словно без слов спрашивая: расскажем? Зейн едва заметно кивнул. Ния почувствовала, как внутри просыпается любопытство. Она тоже никогда не задавала этот вопрос. Наверное, потому что всё это время была занята совсем другим: привыкала к новым людям, пыталась научиться доверять, просто жила сегодняшним днём. Но сейчас... Ей тоже захотелось узнать ответ. Почему трое подростков шли именно в одном направлении? Что могло заставить их не свернуть, несмотря на опасность? Джей глубоко вздохнул. — Это долгая история... Коул тихо усмехнулся. — Хорошо, что дождь почти закончился. Времени у нас сегодня много. Он ненадолго замолчал, а затем, уже без привычной улыбки, тихо добавил: — Всё началось с одной старой тетради... Коул ненадолго замолчал. В комнате снова стало слышно только тихое постукивание дождевых капель по подоконнику. Казалось, никто не хотел торопить рассказ. Джей поднялся с дивана. Не говоря ни слова, он подошёл к своему рюкзаку, стоявшему у стены. Несколько секунд молча перебирал вещи, будто боялся задеть что-то важное. Наконец его пальцы осторожно коснулись старой потёртой тетради. Она была небольшой. Когда-то тёмно-зелёная обложка почти выцвела, уголки растрепались, а по краям виднелись следы воды. Между страницами торчала выцветшая тканевая закладка. Джей некоторое время просто держал её в руках. — Она... всё это время была у тебя? — тихо спросила Ния. Он кивнул. — Мы почти никогда не достаём её. Его голос стал заметно тише. — Только если нужно что-то проверить. Он осторожно положил дневник на стол. Ния невольно придвинулась ближе. Кай тоже поднялся со своего места, но остановился чуть поодаль, сложив руки на груди. Зейн подошёл последним. Даже он смотрел на тетрадь так, будто видел её впервые, хотя прекрасно знал каждую страницу. — Мы нашли её случайно, — наконец заговорил Коул. Он сел на край стола, не сводя взгляда с дневника. — Это было... месяца три назад. Искали еду в одном из домов, он оказался пустым. Вернее... — Он криво усмехнулся. — Мы тогда так думали. Ния внимательно слушала. — На первом этаже ничего не было, — Продолжил Джей. — Всё давно вынесли. Но Зейн заметил, что одна из досок на втором этаже лежит неровно. Зейн спокойно кивнул. — Под ней оказался небольшой тайник. — Там было немного консервов, несколько фотографий... — ...и эта тетрадь, — закончил Коул. Ния осторожно провела пальцами по краю стола. — Вы сразу начали читать? — Нет. Ответил Джей. — Сначала вообще подумали, что это обычный дневник. Коул тихо усмехнулся. — Даже хотели оставить. — Почему передумали? — спросил Кай. На этот раз ответил Зейн. — Последняя страница была вложена отдельно. Ния удивлённо подняла голову. — Отдельно? — Да, будто человек специально хотел, чтобы её нашли первой. В комнате снова воцарилась тишина. Джей осторожно раскрыл тетрадь. Страницы едва слышно зашелестели. Старой бумагой пахло сыростью, пылью... и временем. Он не спешил листать дальше. Несколько секунд просто смотрел на первые строки. Словно снова оказался в том заброшенном доме. — Тогда мы ещё не знали... — ...что после этой тетради уже не сможем просто пойти в другую сторону, — тихо закончил Коул. Ния перевела взгляд с одного на другого. Она впервые видела кого-то настолько серьезным, от этого становилось немного не по себе. Она осторожно посмотрела на дневник. Небольшая старая тетрадь, потрёпанная временем. Казалось невозможным, что несколько десятков исписанных страниц смогли изменить чей-то путь. Да, так даже сильнее. Не нужно читать половину дневника — иначе темп главы сильно просядет. Лучше оставить ощущение, что они уже прожили эту историю, а Ния только прикасается к ней. И только последняя страница станет настоящим ударом. Вот как я это вижу. — Можно... посмотреть? Голос Нии прозвучал совсем тихо. Джей поднял взгляд. Несколько секунд он молчал, словно решая, готов ли доверить ей эту тетрадь. Потом осторожно кивнул и придвинул дневник ближе. — Только аккуратно. Ния едва заметно улыбнулась. — Конечно. Она бережно взяла тетрадь обеими руками. Обложка оказалась грубой, местами потрескавшейся. Когда-то тёмно-зелёная ткань почти выцвела, а уголки были стёрты так сильно, будто дневник не раз падал на землю. На сгибе виднелась тонкая трещина, которую кто-то давно и очень аккуратно заклеил полоской ткани. Она осторожно провела пальцами по обложке. Почему-то казалось, что стоит нажать чуть сильнее — и старые страницы просто рассыплются. Открыв первую страницу, Ния увидела аккуратный женский почерк. Никаких украшений, рисунков или ярких заголовков. Только дата и несколько первых строк. Она не стала читать дальше, лишь медленно перелистнула ещё несколько страниц. Почерк почти не менялся. Лишь местами на полях появлялись короткие пометки, какие-то даты, небольшие исправления. Иногда между страницами попадались едва заметные следы высохших капель. Ния не стала гадать, были ли это дождевые капли... или слёзы. — В начале почти ничего необычного, — негромко сказал Джей. — Просто жизнь. Коул кивнул. — Она писала о семье, о доме, о маленьком ребёнке. — Обычный дневник, — спокойно добавил Зейн. — Пока всё не изменилось. Ния медленно перевернула ещё несколько страниц. Почерк оставался таким же красивым, но записи становились заметно короче. Некоторые строки были зачёркнуты. Другие — дописаны уже совсем другими чернилами. — Потом начинается апокалипсис, — тихо произнёс Коул. — Она пишет о том, как они пытались выжить, — продолжил Джей. — Как берегли сына. Как надеялись, что всё скоро закончится. — И с каждой страницей надежды становилось всё меньше, — закончил Зейн. Ния молча слушала, ей почему-то не хотелось читать всё это самой. Она и так чувствовала, как постепенно меняется настроение дневника. Будто даже бумага становилась тяжелее. Её пальцы остановились почти в самом конце. Оставалось всего несколько страниц. Она вопросительно посмотрела на Джея. Тот медленно кивнул. — Можешь дальше. Ния осторожно перевернула ещё один лист. Последняя страница отличалась от остальных сразу. Чернила были темнее, почерк — заметно неровнее. Некоторые буквы словно расплывались, будто автор писал дрожащей рукой, постоянно отвлекаясь. Ния невольно задержала дыхание. Она ещё не прочитала ни строчки, но уже поняла. Именно из-за этой страницы трое ребят когда-то изменили свой путь. Ния невольно задержала дыхание, она начала читать. "Если вы сейчас держите этот дневник в руках... значит, мы так и не смогли за ним вернуться." В комнате стало тихо, даже Коул перестал машинально постукивать пальцами по кружке. "Я не знаю, живы ли мы к тому моменту." "Не знаю, удалось ли нам уйти." "Не знаю даже, найдёт ли кто-нибудь эти страницы." Между строчек оставалось всё больше свободного места, будто автору приходилось постоянно останавливаться. "Но если вы читаете это..." "У меня есть только одна просьба." Ния почувствовала, как её пальцы сами собой крепче сжали край страницы. Следующие строки были написаны особенно неровно. "Пожалуйста..." "Если он ещё жив..." "Найдите моего сына." Под этими словами стояла длинная пауза. Ниже шли уже совсем другие записи Короткие строки: Возраст, дата рождения, цвет волос, цвет глаз, особая примета.Несколько привычек, которые могли сохраниться даже спустя годы. И только в самом конце... Имя. Ллойд. Ния застыла, она медленно перечитала его ещё раз. Ллойд... До этой секунды он был для неё просто «сыном», незнакомым мальчиком, о котором кто-то отчаянно просил позаботиться. Теперь же у него появилось имя. Почему-то именно оно сделало всё написанное ещё более реальным. Она медленно закрыла дневник. Пальцы ещё несколько секунд лежали на потёртой обложке. Никто не нарушал тишину, даже дождь за окном почти прекратился. — Мы... не смогли оставить его там, — наконец тихо сказал Джей. Его голос звучал непривычно спокойно. — После этой страницы. Коул медленно кивнул. — Если он жив... значит, где-то всё ещё один. Ния опустила взгляд, перед глазами почему-то всплыли строчки дневника. Пальцы всё так же лежали на потёртой обложке. Казалось, она до сих пор ощущала шероховатость старой ткани и тепло бумаги, которую когда-то держал кто-то другой. Человек, исчезнувший, но сумевший оставить после себя несколько страниц и одну-единственную просьбу. Она медленно подняла голову. — Можно ещё вопрос? Джей кивнул. — Конечно. Ния ненадолго задумалась, подбирая слова. — Вы ведь... не просто пошли искать его? Она обвела взглядом троих ребят. — В таком мире невозможно идти неизвестно куда. Значит, вы знали, где искать... Или хотя бы думали, что знаете. Коул тихо выдохнул, казалось, этот вопрос он ожидал услышать гораздо раньше. Он посмотрел на Джея, потом на Зейна. Тишина затянулась настолько, что за окном снова стало отчётливо слышно, как с крыши одна за другой срываются тяжёлые дождевые капли. Наконец Джей нарушил молчание. — Мы не знали. Он слегка покачал головой. — Но нашли кое-что. Ния невольно подалась вперёд. Даже Кай, до этого спокойно стоявший у стены, теперь внимательно смотрел на Джея. — Что именно? Джей ненадолго задумался, будто снова пытался восстановить в памяти тот день. — В дневнике упоминался старый охотничий домик. — Он находился довольно далеко от города, — спокойно пояснил Зейн. — Среди леса. Автор дневника писала, что это место почти никто не знает. — Мы решили проверить, — продолжил Джей. — Честно говоря... почти не надеялись что-то найти. Коул тихо усмехнулся. — Даже спорили по дороге. — Коул считал, что дом уже давно пустует, — заметил Зейн. — Потому что это было логично. — Но, как выяснилось, ты ошибся. — Один раз можно. Ния не удержалась от лёгкой улыбки, даже сейчас они умудрялись спорить. Но улыбка исчезла так же быстро, как появилась. — И что было в доме? На этот раз ответил Коул, его голос стал заметно серьёзнее. — Пусто. Он ненадолго замолчал. — Почти. Этого одного слова оказалось достаточно, чтобы все снова сосредоточились. — Внутри никого не было, — продолжил он. — Но было слишком... чисто. Ния вопросительно посмотрела на него. — Что ты имеешь в виду? — В печи ещё оставалась совсем свежая зола. Зейн спокойно продолжил мысль: — На столе лежала жестяная кружка. Внутри было немного дождевой воды, но пыль ещё не успела осесть. Значит, её оставили совсем недавно. — А наверху, — добавил Джей, — мы нашли свёрнутое одеяло. Он слегка улыбнулся, вспоминая. — Кто бы там ни жил, уходил спокойно. Не убегал. Кай задумчиво нахмурился. — Этого мало. — Мы тоже так подумали. Ответил Джей. — Поэтому уже собирались уходить. Он ненадолго замолчал, в комнате стало тихо. — Но у самой двери Зейн заметил следы. Все одновременно посмотрели на Зейна, тот спокойно кивнул. — Земля после дождя была мягкой, следы сохранились хорошо. — Один человек, — продолжил Джей. — Судя по размеру обуви — подросток. — Не взрослый, — тихо сказал Коул. — Но и не маленький ребёнок. Ния почувствовала, как сердце забилось немного быстрее. — Вы думаете... Она не договорила. Джей понял вопрос без слов. — Не знаем. Он честно встретил её взгляд. — Может быть, это был он. Может, совершенно другой человек, но... — Он на секунду опустил глаза. — Это была первая настоящая зацепка за несколько недель. В комнате снова стало тихо. Ния осторожно закрыла дневник и ещё несколько секунд не убирала с него ладонь. За окном всё так же моросил дождь. Капли медленно стекали по стеклу, оставляя за собой тонкие прозрачные дорожки. Где-то наверху тихо скрипнула старая балка, и дом снова погрузился в привычную тишину. Она подняла взгляд. — Но... я всё ещё не понимаю. Джей вопросительно посмотрел на неё. Ния немного поёрзала на месте, пытаясь правильно сформулировать мысль. — Допустим, вы нашли дневник. Потом нашли тот домик. Потом следы... Она на секунду замолчала. — Но следы не могли привести вас через полстраны. Кай едва заметно кивнул, он тоже думал об этом. Следы исчезают. Их смывает дождь, заносит пылью, затаптывают заражённые. За них невозможно держаться месяцами. — Так почему именно туда? — спокойно спросил он. — Почему вы были уверены, что нужно идти дальше? Ответ пришёл не сразу. Коул опёрся локтями на колени, задумчиво глядя в пол. Зейн, как всегда, сохранял спокойствие, но даже он не спешил нарушать тишину. Наконец Джей медленно выдохнул. — Потому что в домике мы нашли не только следы. Ния невольно подалась вперёд. — Что ещё? Джей взглянул на Зейна, тот коротко кивнул. — Тайник. — Тайник? — почти одновременно переспросили Кай и Ния. — Небольшой, — продолжил Джей. — Под одной из половиц. Если бы Зейн не заметил, что доска немного отличается от остальных, мы бы просто ушли. Коул усмехнулся. — Иногда кажется, что от него вообще ничего не скроешь. Зейн спокойно пожал плечами. — Доска была закреплена иначе. Это выглядело нелогично. — Когда мы её подняли... — продолжил Джей, — внутри уже ничего ценного не было. Он ненадолго замолчал. — Только маленькая жестяная коробка. Ния внимательно слушала. Она уже почти не моргала. — А в коробке... Джей осторожно провёл пальцем по краю кружки, будто снова видел её перед собой. — Лежала сложенная в несколько раз записка. — Всего одна, — тихо добавил Коул. — На ней было написано всего несколько строк. — Каких? — спросила Ния почти шёпотом. Джей прикрыл глаза, вспоминая. Он помнил их почти наизусть. — «Если мама с папой найдут это...» Он замолчал, по комнате будто пробежал холодок. — «...я не смог больше здесь оставаться.» Ния почувствовала, как по спине пробежали мурашки. Джей продолжил ещё тише: — «Я ухожу к старой водонапорной башне. Надеюсь, вы всё ещё меня ищете.» Никто не произнёс ни слова, даже дождь за окном будто стих. Ния медленно перевела взгляд на дневник. Потом снова на Джея. — Это... Она не договорила, её голос сорвался. — Мы тоже сначала не поверили, — негромко сказал Коул. — Думали, что кто-то решил пошутить. — Но почерк был другим, — спокойно объяснил Зейн. — Более взрослым. И бумага значительно новее, чем страницы дневника. — Значит... — тихо произнёс Кай. — Записку оставил... Джей медленно кивнул. — Мы почти уверены, что её написал тот самый мальчик. Он ненадолго опустил взгляд. — Только уже спустя много лет. Ния молча смотрела на них. Перед глазами неожиданно возникла совсем другая картина. Маленький ребёнок, о котором писали в дневнике... Вырос. Научился выживать, прятать тайники и всё ещё... оставлял записки родителям. На случай, если однажды они придут. — И вы пошли к башне? — спросила она почти шёпотом. Коул кивнул. — Конечно. На его лице появилась грустная улыбка. — А там нас ждала ещё одна пустая стоянка. Он посмотрел на Нию. — И ещё один тайник. — С ещё одной запиской, — закончил Зейн. Джей тихо улыбнулся уголком губ. — Так мы и идём. От одного тайника к следующему, от одной надежды к другой. Кай немного помолчал, после чего спокойно спросил: — И когда вы собирались выдвигаться? Зейн ответил почти сразу, словно этот вопрос уже не раз обсуждался между ними. — Буквально через несколько дней. Он перевёл взгляд на окно. — Мы рассчитывали, что основная часть заражённых успеет уйти. Последние несколько дней они постоянно собираются возле того прохода, но раньше такого не было. — Уже бывало, что через день-другой там снова становилось пусто, — добавил Джей. — Поэтому решили немного подождать. Коул тихо усмехнулся. — Правда, ждать я уже устал. Зейн едва заметно кивнул. — Но если ничего не изменится... Он ненадолго замолчал. — Или заражённых станет ещё больше, придётся либо рискнуть, либо искать обход. Второй вариант безопаснее, но займёт значительно больше времени. Ния задумчиво посмотрела на лежащий на столе дневник. Она провела пальцем по потёртой обложке, словно всё ещё думала о человеке, написавшем эти страницы. Потом медленно подняла взгляд. — Значит... Она перевела взгляд с Джея на Зейна, потом на Коула. — Вы всё равно уйдёте... даже если там всё ещё будет неспокойно? Вопрос прозвучал тихо, без осуждения. Скорее с пониманием того, каким будет ответ. Джей молча встретился с ней взглядом. — Да. Он ответил сразу. — Мы и так задержались дольше, чем собирались. Если будем ждать идеального момента, можем не дождаться его никогда. Кай медленно кивнул, он прекрасно понимал эти слова. В мире, где опасность никогда не исчезает полностью, иногда приходится идти вперёд, даже если впереди по-прежнему неспокойно. Именно этому правилу его с Нией учили все эти годы.