Часть

Чан Юнсон выделил мне комнату напротив своей спальни. Просторный и пустой дом ничем не отличался от того, что я видел в последний раз, но комната, которая была приготовлена для меня, была заполнена другими вещами. Не только с мебелью, которая мне была нужна, но и с ноутбуком и одеждой. Я не знал, был ли у Чан Юнсона особое предпочтение к этим вещам, но размер одежды, которую он выбрал, пришелся мне впору. Единственное, что мне не подошло, это ценник на одежде. Как я почувствовал на вилле раньше, у людей из Taewon Group был другой взгляд на деньги. 一XareH. Пока я наводил порядок в своей комнате, Чан Юнсон сказал, что приготовит ужин, после того, как тихо позвал меня по имени. У него был дружелюбный тон, как будто мы уже были близки. Когда я обернулся, Чан Юнсон неловко улыбнулся. — Сходим куда-нибудь поужинать. — Почему? Разве ты не говорил, что что-то готовишь? - Но это твой первый день, и я думаю, что должен угостить тебя чем-нибудь вкусненьким. Чан Юнсон определенно сказал, что приготовит для меня что-нибудь вкусненькое ранее... не было необходимости настаивать на приготовлении блюд самостоятельно, поэтому я неловко закончил свои приготовления и встал. Выйдя из своей комнаты, я заглянул на кухню и обнаружил там беспорядок. Казалось, он потерпел неудачу, готовя незнакомые ему блюда. Я знал, что он мог измениться, но из того, что я помню, Чан Юнсон, которого я знал, плохо готовил. По крайней мере, он умел готовить рамен, макароны и жареный рис, которые были достаточно вкусными, поэтому, когда он вошел на кухню, я подумал, что он готовит макароны. Но, глядя на кухню, не казалось, что он пытался приготовить что-то такое простое, как макароны. Было забавно видеть, насколько этот человек отличался от того, каким талантливым он выглядел. Даже надевая туфли, я разразился хохотом. — Что ты пытался сделать? Просто делай то, что знаешь. Несмотря на мой насмешливый тон, Чан Юнсон ответил мягким голосом, как будто у него не было плохого настроения. — Ты знаешь, что я могу сделать? - Ты знаешь, как приготовить рамен. Чан Юнсон не упустил из виду небольшой подтекст несовместимости. Если мне казалось, что я что-то знаю о прошлом, он пытался найти брешь. Мне было все равно, поэтому я небрежно ответил и первым вышел из парадной двери. Когда мы вышли из дома Чан Юнсона и немного прогулялись, то оказались в переулке, полном ресторанов. Мы сидели лицом к лицу в тихом мясном ресторанчике, где было не очень многолюдно. Чан Юнсон поставил передо мной чашку с водой и сказал так, как будто был чем-то обеспокоен. — Я думал, что смогу приготовить все, что угодно, если буду знать рецепт. Возможно, неудача была для него шоком, поскольку он постоянно ее обдумывал. На гриле жарилось красное мясо. Чан Юнсон пробормотал, что трудно готовить, наблюдая за мясом. Должно быть, оно сгорело. — Что ты обычно ешь? — Я либо ем на улице, либо заказываю еду. — Тогда продолжай делать это. Я хорошо ем все блюда. Чан Юнсон не ответил, что бросит готовить. Затянувшееся молчание было неловким, поэтому я взял палочки для еды и отправила в рот поданные гарниры. Чан Юнсон не взял свои палочки и только смотрел на них. — Итак, ты что-нибудь вспомнил? В конце концов, я не выдержал тишины и заговорил первым. Чан Юнсон покачал головой, скрестив руки на груди. — Пока нет. Это было воспоминание, которое было похоронено на семь лет. Когда меня чуть не сбила машина, он, вероятно, вспомнил из-за шока. Если бы воспоминание пришло к нему просто так, он бы попытался найти Хан Ужиён и выяснить, тот ли я Хан Чжиён. Если бы у него была личность, которая не держала бы зла, он был бы удовлетворен простым поиском воспоминаний. Однако я не думал, что это произойдет, потому что Чан Юнсон был настойчив, хотя у него и не было воспоминаний о том времени. — Три месяца - это слишком мало, независимо от того, сколько я об этом думаю. Чан Юнсон проворчал, как будто был недоволен. Я должен был помочь ему, но, с другой стороны, я не мог дождаться, пока Чан Юнсон сможет восстановить свои воспоминания. Итак, я согласился с условиями. Чан Юнсон сказал, что ему нужно как минимум 6 месяцев. Соглашение было достигнуто сроком на три месяца. Какими бы ни были воспоминания Чан Юнсона, наши плохие отношения должны были закончиться через три месяца. Прошло семь лет, потому что тогда я не мог должным образом завершить все вовремя.. — Как ты думаешь, найти свои воспоминания - это хорошо? Этот вопрос был поднят, потому что казалось, что Чан Юнсон романтизировал утраченные воспоминания. Как я уже много раз подчеркивал, он должен с нетерпением ждать этого, потому что эти воспоминания не будут стоить многого. Однако Чан Юнсон коротко ответил со спокойным выражением лица. 一HeT. Даже зная, что это не так, Чан Юнсон слабо улыбнулся. Он продолжил с кислым выражением лица. — Есть кое-что, что люди вокруг скрывают от меня. По твоему отношению я могу сказать, что это нехорошо. Поэтому я подумал, что должен знать. Затем Чан Юнсон выпрямил спину и сел как следует. У него по-прежнему было великолепное лицо, прямые плечи и аккуратные руки, но почему-то он казался другим человеком. Мужчина, похожий на лето, заговорил холодным голосом. — Я хуже, чем выгляжу. Чан Юнсон выглядел измученным, и я не мог понять, в чем проблема, просто взглянув на его внешний вид. Даже если бы я посмотрел, здраво мысля, это было то же самое. По сравнению с несколькими месяцами, когда у него не было воспоминаний, было больше вероятности, что он вспомнил что-то. Возможно, как будто я намекал, что не понимаю, по выражению моего лица Чан Юнсон разочарованно пожал плечами и сменил тему разговора, сказав: "Давай поедим". К тому времени, как мы вышли из ресторана, моросил дождь. Даже если дом Чан Юнсона был поблизости, мы бы промокли, если бы шли домой пешком. К счастью, это была не пустынная местность. Мы решили купить зонтик в ближайшем круглосуточном магазине и пойти домой. Войдя в круглосуточный магазин, Чан Юнсон отвлекся от выбора зонтика и взглянул на холодильник с мороженым рядом с ним. — Хочешь мороженого? — Стоит ли нам его сейчас есть? — Ты пробовал это? Чан Юнсон принес шоколадное мороженое, которое мы ели вместе несколько раз до этого. Глядя на то, что мороженое все еще производилось, казалось, что мы с Чан Юнсоном были не единственными, кому нравился мягкий, но сладкий вкус. — Есть ли кто-нибудь, кто его не пробовал? — Правда? Я попробовал его недавно, и это было восхитительно. Чан Юнсон добавил, что ему не очень нравится мороженое. Прежде чем покинуть магазин, мы заплатили за два мороженых и большой зонтик. Было все еще немного прохладно. Чан Юнсон попытался развернуть мороженое, но затем положил его обратно в сумку. — Все еще немного холодновато. Пойдем домой и съедим его. Я кивнул. Чан Юнсон раскрыл большой зонт и жестом пригласил меня подойти. - Если будет холодно, ты можешь держаться поближе ко мне. — Здесь не холодно. — Я так говорю, потому что мне холодно. Чан Юнсон прижался к моим плечам. Хотя зонт был достаточно большим, нам все равно приходилось идти рядом, чтобы пользоваться им. Каждый раз, когда мы шли, сумка в руке Чан Юнсона шуршала. Тебе действительно необходимо найти эти воспоминания? Я думаю, ты уже вспомнил достаточно из того, что забыл... *** Я собирался прогуляться днем. Я решил заехать к себе домой и пообедать с Гун У. Чан Юнсон сказал, что ему все равно, чем я занимаюсь, пока он в компании, однако я хотел сбежать, потому что должен был прийти помощник. Это было потому, что было бы трудно, если бы его семья узнала, что я был с Чан Юнсоном. Очевидно, человек, который заботился о домашних делах, похоже, работал и в родительском доме Чан Юнсона и ходил туда пару раз в неделю. Помощник не знал меня в лицо, но если бы этот человек вышел меня встретить, мне пришлось бы представиться хотя бы со своим именем, поэтому я не знал, чем это может обернуться. Я не мог рассказать все это Чан Юнсону, поэтому я сказал, что не хочу быть в доме с кем-то, кого я не знаю. К счастью, как будто он понял ситуацию, он решил заранее сообщить мне, когда придет помощник. — У меня дома заканчиваются пакеты для мусора. Я все время про них забываю. — Хорошо, я куплю. Что-нибудь еще?— — И... Я отправил сообщение, чтобы спросить, не нужно ли Гун У чего-нибудь еще, прежде чем я пойду домой, а затем Гун У позвонил мне, как только освободился. Если ему что-нибудь было нужно или он хотел поесть что-нибудь, то список становился длиннее, я и повернул голову в поисках ручки. — Подожди, я это запишу. Блокнот для заметок... Я вспомнил блокнот и ручку, которые видел в комнате Чан Юнсона, когда пылесосил в прошлый раз. Когда я вошел в спальню напротив своей, на прикроватном столике лежал блокнот. — Нашел, перечисли мне еще раз. Держа ручку и записывая то, что сказал Гун У, я перевел взгляд на маленький предмет за стойкой. Это было что-то знакомое. Снотворное. Когда я открыл крышку,там оставалось немного. — ... так что делаешь... Хён? - Да? —Ты слушаешь? - 0, да. Это ли он имел в виду, когда говорил, что у него полный бардак? Слушая голос Гун У, я закрыл крышку. Не было никакой гарантии, что бессонница Чан Юнсона обязательно была из-за меня. Даже если внешне он выглядел спокойным, у него могли быть другие заботы. Я подумал о том, чтобы помочь ему, пусть и немного.