Глава 1

청운문학도서관

***

Солнце ярко освещало фасад традиционного корейского дома (ханока). Сложная система деревянных балок под крышей создавала ритмичный узор теней. В центре, над решетчатыми окнами, красовалась вывеска «Cheongun Munhak Dosogwan». Вход был обрамлен высокими белыми бумажными шторами с кольцами вверху; сквозь открытую дверь в глубине виднелись светлые панели, обещающие тишину и прохладу среди книг. Внутри библиотеки пахло старым деревом и бумагой, привкусом зелёного чая. Дмитрий прошёл между стеллажами к стойке, где мужчина в тёмно-синем ханбоке перебирал карточки каталога. — 안녕하세요. 한국 철학에 관한 희귀본을 추천받아서 왔습니다. (Здравствуйте. Мне порекомендовали ваше собрание редких изданий по корейской философии.) — произнёс Дмитрий, делая ударение на последнем слове. «Библиотекарь» поднял голову, задержал взгляд на лице гостя, затем кивнул. — 연구실로 가시죠. 개인 열람실이 있습니다. (Пройдёмте в кабинет. У нас есть отдельная комната для исследователей.) Он вышел из-за стойки, провёл Дмитрия через стеллажи к неприметной двери, открыл её. Маленькая комната без окон, стол, два стула, лампа на стене. Закрыл дверь. — Ваш корейский стал лучше, — заметил мужчина, переходя на русский с едва заметным акцентом. — Но вы всё ещё выглядите как сотрудник органов. Присядьте. — Он неглуп. Сменил квартиру два дня назад, теперь живёт в новом районе. Работает там же, тем же консультантом. Приходит в офис к девяти, уходит около семи. Вечерами сидит дома. Иногда гуляет один в парке напротив. — Он знает, что за ним следят? — спросил Дмитрий. — Скорее всего, да. Но не подаёт вида. Либо ему нечего скрывать, либо он ждёт, когда с ним заговорят напрямую. — Есть предположения, что он знает? — Никаких подтверждённых. Но заметь: он был на Участке 141, работал с меметикой, исчез до инцидента, а теперь спокойно живёт в Сеуле, не пытается бежать, не меняет внешность. Он либо уверен в своей легальности, либо действительно невиновен. — Невиновных в нашем деле не бывает, — безэмоционально заметил Дмитрий. — Справедливо. — Координаты? Библиотекарь подвинул по столу небольшой листок. Дмитрий взял, мельком глянул, убрал во внутренний карман. — Завтра начну наблюдение. Если что-то срочное, сообщайте. Канал тот же. — Хорошо. — Дмитрий поднялся, поправил воротник пальто. — И ещё, — добавил библиотекарь, не глядя на него. — Он знает, кто мы. Не удивится, когда вы придёте. — Не проблема. Разговор был закончен. Дмитрий вышел из маленькой комнаты, прошёл мимо стеллажей, толкнул дверь на улицу. Солнце всё так же ярко освещало улицу, одетую в зелену деревьев.

***

청운공원

Дмитрий не пошёл обратно к метро напрямую. Свернул в парк. Чхонун-конвон оказался маленьким, аккуратным, зажатым между склонами холма и старыми жилыми кварталами. Дорожки из утрамбованного гравия, скамейки под кривыми соснами, детская площадка с пустыми качелями. Ни одного кофейного автомата ведь здесь действительно отдыхали, а не бежали по делам, как к этому смогли приучить суровые годы войны для коренного населения страны. Он замедлил шаг, хотя маршрут был продуман. Парк это хорошее место, чтобы проверить «хвост». Открытые пространства, мало людей, а те, кто есть идут неспешно, и любого, кто нарушит ритм, видно сразу, скорее, слышно. Но «хвоста» не было. Или был профессионалом выше его уровня. Дмитрий прошёл мимо пруда с кувшинками. Вода стояла неподвижно, отражая небо. Рядом, на камне, сидел старик с планшетом, что-то рисовал, не поднимая головы. Остановился на мостике, перекинутом через сухой ручей. Солнце уже поднялось выше, ложилось на плечи через кроны. Тени стали короче. Он достал телефон, сделал вид, что читает сообщения. На самом деле, он окинул взглядом всю поляну: аллея направо, спуск к выходу налево, за спиной — кусты и дорожка к беседке. Никого подозрительного. Убрал телефон, пошёл дальше. Парк кончился так же незаметно, как начался, простая дорожка вывела к тихой улочке, где уже не было деревьев, только низкие заборы и припаркованные машины. Дмитрий на секунду обернулся. Вход в Чхонун-конвон, знак с названием, и ни души. Он повернулся и зашагал к служебному автомобилю на парковке.

***

자하문로118 들풀

Они припарковались у тротуара, не доезжая до перекрёстка. Водитель заглушил двигатель, оба вышли. Перед ними возвышалось современное здание корейского ресторана «들풀» (Тыльпхуль). Тёмное дерево облицовки контрастировало с большими панорамными окнами, в которых отражалась дневная суета стоящей напротив старшей школы. Широкая лестница вела ко входу, а на небольшой террасе второго этажа желтели цветы в горшках, добавляя уюта строгой архитектуре. На фасаде развевался бело-зелёный баннер с корейской вязью, приглашая гостей отведать традиционных блюд. Рядом с входом стояли информационные щиты с меню и ценами, от 9,500 до 38,000 вон за различные наборы. Внутри было прохладно и тихо. Деревянные панели на стенах, приглушённый свет, запах кунжутного масла и чеснока. Несколько столиков пустовали. У окна сидела пожилая пара, молча пережевывая кимчи. Дмитрий выбрал место у панорамного окна, так, чтобы видеть вход в школу и парковку. Водитель сел напротив, положил на край стола ключи. Официант принёс меню. Дмитрий взял комбинированный сет на двоих, не глядя на цены. Водитель заказал соджу. — За рулём же, — заметил Дмитрий. — Одна бутылка на двоих. Не заметят. Дмитрий не стал отвечать, сохранив молчание. Принесли закуски: кимчи, маринованные проростки сои, омлет с овощами. Дымящийся суп твенджан-ччиге. Главное это пулькоги и рис. Ели молча. Дмитрий следил за школой через окно. Ученики на поле гоняли мяч в синей и красной форме, учитель с секундомером кричал что-то с бровки. Обычная жизнь, подготовка к экзаменам, списки учеников, борьба за лучшую жизнь в дальнейшем, разбавленная свежестью глаз молодого поколения. — Пак работает в той стороне, — водитель коротко кивнул влево, не жуя. — Бизнес-центр в двух кварталах. Сегодня был на месте. — Видели его? — Издалека. Выходил курить во внутренний дворик. — Один? — Да. Дмитрий отправил в рот кусок мяса. Прожевал. Запил водой. — Завтра выйду на прямой контакт. Водитель налил соджу себе и пододвинул рюмку Дмитрию. Тот слегка покачал головой. — Боитесь? — спросил водитель, не скрывая лёгкой усмешки. — Нет. Не люблю разговоры, где собеседник умнее тебя. — Откуда знаете, что он умнее? — Работал с меметикой. Такие мало вероятно будут дураками. Водитель пожал плечами, выпил. Посмотрел на поле, где мяч улетел за ворота, и ученик с красной формой лениво побрёл за ним. — Я оставлю машину у выхода из парка. Если что звоните. — Звонил уже. С этого номера не принимают звонки с незнакомых. Буду ждать у его офиса. — До закрытия? — Сколько понадобится. Они доели также, не обмениваясь дежурными фразами. Официант убрал посуду, принёс счёт. Дмитрий расплатился картой, оставив чаевые. Выходя, он ещё раз взглянул на школу. Мяч снова был в игре, перелетая между толпами высоких и не очень учеников, которые явно проживали свои подростковые годы в насыщенных красках молодости, сгораемые в постоянной борьбе с учебным материалом.