Глава 16

— И Кубок школы, с большим отрывом, получает… Слизерин! — объявил Дамблдор, и слизеринский стол разразился аплодисментами. А вот остальной школе это явно не понравилось. Только у когтевранцев Гарри заметил робкую руку Гермионы, которая помахала ему, ну и она тут же замерла под недовольными взглядами своих однокурсников. — Вот теперь всё правильно и справедливо, — ухмыльнулся Гарри. — А то всякое бывает в жизни… — Я хочу поблагодарить вас всех, — не унимался Дамблдор, — за этот год в Хогвартсе. Он был довольно опасным, но мы постараемся впредь не нанимать психопатов и тёмных магов на должность учителя, но ничего не обещаем. Сейчас с вакансиями не очень, сами понимаете… Но, так или иначе, я хочу, чтобы вы знали правду, и донесли её до своих родителей. К ситуация с Философским камнем я не имею никакого отношения. Камень появился в Хогвартсе случайно — так всем и говорите! Хочу лишь сказать, что Философский камень был, наконец, уничтожен, что я предлагал с самого начала, просто мне никак не давали это сделать… Гарри лишь покачал головой и принялся за пир. Еда была особенно вкусной, когда к ней примешивался вкус триумфа. Впрочем… Гарри перевёл взгляд на гриффиндорский стол. Его горе-знакомый, Рон Уизли, в кои то веки ничего не ел, он был жутко, до болезненного, бледный, и, кажется, держался за живот. «Проблемы с желудком — они такие, — подумал Гарри. — Но, ничего, это мы скоро исправим». Когда ученики, с вещами, покинули Хогвартс и направились к станции Хогсмид, он отозвал Рона в сторону, и они отошли от дороги. — Ну, наконец-то, — простонал Рон. — Я больше уже не могу… Пропустил пять или шесть приёмов пищи, и мне очень больно… — Да-да, держи меня в курсе, — прервал его Гарри. — Давай, время пришло! Рон согнулся пополам, и какое-то время издавал не самые приятные звуки, после чего на траву, с большим трудом, но всё-таки выпал красноватый камень. — Ох, блин, наконец-то! — простонал Рон. — Я уж думал, он у меня застрянет на выходе… — Избавь меня от таких подробностей, — попросил Гарри. — И вытри камень, я не хочу его трогать, пока он в таком виде. Рон подчинился и передал уже чистый камень Гарри. — Слушай, а нас за это точно не накажут? — спросил он. — Официально Философский камень уничтожен, даже Дамблдор думает, что это так. — Как тебе удалось его провести? — Ну, единственный способ проверить подлинность камня — это испытать его свойства. А я знал, что Дамблдор не стал бы этого делать, так что риск был практически нулевой. — Ну, а если бы он всё-таки попробовал? Гарри пожал плечами: — Тогда я бы сказал, что это всё ты. Не зря же он был у тебя всё это время... — Я?! — Рон аж снова начал белеть. — Да это же ты меня уговорил тогда пойти с тобой, проходить все эти чудовищные испытания! Меня чуть эти лианы не задушили, потом чуть живые шахматы не прибили, а потом… — Ладно, ладно, хватит скулить! Ну, воткнулось в тебя несколько летающих ключей, и что с того? Мы ведь не попались… Но знай, если ты вздумаешь кому-нибудь взболтнуть о том, что это было, я скажу, что всё это была твоя идея. И как ты думаешь, кому поверят, мне или тебе? Рон застонал. — Хотя бы долг с меня списан? — Разумеется, я ведь человек слова, — кивнул Гарри. Он надёжно спрятал камень в рюкзаке и зашагал в сторону станции. «Ничего страшного, — думал Гарри, — такой, как Рон Уизли, задолжает мне снова». Он тогда не знал, что это случится ещё до приезда в Лондон, ведь по дороге Рону захотелось есть, а тут как раз ведьма с тележкой, полной сладостей… ну, и как-то так. Следующее его прощание было более приятным. Он поравнялся с Гермионой Грейнджер, которая приветливо ему улыбнулась. — Что думаешь делать на каникулах? — спросила она. — Ну, я задолжал тётушке целую кучу школьных сплетен. Кроме того, я давно не дрессировал Дадли, и боюсь, что он мог немного одичать… Она хихикнула. — Слушай, я тут подумала… можно я буду писать тебе на каникулах? — Конечно, можно! А ещё, если твоё предложение в силе… ну, о том, что я мог заехать к тебе в гости… — О, конечно! — щёки Гермионы порозовели, — я была бы очень рада. К тому же, мне кажется, родители не совсем верят, что у меня появился друг, хотя и жутко за меня рады… — Тогда договорились. Гарри заметил приближающихся слизеринцев и понял, что им лучше лишний раз не контактировать с Гермионой. А потому попрощался с ней и поспешил к своим однокурсникам. Поезд тронулся со станции и увёз Гарри на каникулы. Но, естественно, это было только начало его пути…