Первый шаг

      5 лет до войны, Кибертрон, Праксис       Арси лавировала по широкой дороге между другими ботами, ее небольшая и юркая альт-форма позволяла артистке легко перемещаться в плотном потоке ботов. Где-то сверху она слышала шуршание двигателей Саундвейва. Он летел довольно низко, маневрируя между крышами зданий.       Сегодня они посидели в заправочной станции и прогулялись по городу. Завтра у Арси был свободный день, а у Саундвейва бой вечером. У них был весь остаток дня, ночь и утро, чтобы провести время вместе. Сейчас они направлялись к Арси домой. С высоты своего полета гладиатор мог видеть край крыши, которая за последние три месяца стала их тренировочной площадкой.       Арси остановилась и трансформировалась у входа в здание. Бот ловко приземлился рядом с ней. Он согнул свою длинную руку, что было проще переплести пальцы с пальцами артистки. В последнее время такая близость стала привычной, и Арси всегда чувствовала затуманивающую разум радость, прикасаясь к гладиатору.       Фембот уже не отрицала свои чувства к Саундвейву. Они росли с каждой встречей, и удерживать их в глубине искры больше не хватало сил. Тем более, что бот питал к ней схожую привязанность. Арси видела это по выражению лицевой пластины, которую он обнажал, когда они оставались наедине. Мягкий неотрывный взгляд и слабая улыбка, артистка трепетала всем корпусом, часто беспричинная радость наполняла ее искру и разогревала системы.       И все же они никогда не обсуждали эти гляделки. Обнимались и касались друг друга словно в странном танце. Арси наслаждалась каждым мгновением, хотя с недавних пор в ней росла жажда большего.       На лифте они поднялись на четырнадцатый этаж, там, на западной части дома, у артистки был довольно просторный отсек. Ключ-картой она разблокировала двери, и боты вошли вовнутрь. По левую руку располагалась гигиеническая камера. Арси нравилась чистота в доме, поэтому смывала с себя всю грязь и пыль, когда возвращалась.       Они расцепили руки, чтобы фембот запрыгнула в камеру. Весь процесс от мойки до сушки стандартно занимал несколько десятков кликов, и вскоре артистка вышла. Она провела пальцами по руке Саундвейва, прежде чем пройти дальше.       Справа стояли шкафы и гравиплатформа, напротив — небольшой уголок, где стоял аппарат для сжижения энергона и хранилось топливо. Рядом стоял стол для разных нужд. Чаще всего Арси вырезала на нем элементы костюмов. Весь отсек был мягко освещен светодиодными лентами и лампами. Артистке нравилось многоуровневое освещение, которое создавало уют.       Саундвейв вышел из гигиенической капсулы и положил визор на ближайшую полку. Фембот улыбнулась уголком рта, взглянув гладиатору в оптику. Внутри у нее всегда все искрилось радостью, когда они встречались взглядами. Бот улыбнулся в ответ, и Арси показалось, что она может без крыльев взлететь от счастья.       Фембот немного нервно открыла дверцы шкафа. Там хранились разные материалы и инструменты для создания сценических костюмов.       — Стибум недавно был в Иаконе, там проводилась какая-то выставка о всяких древностях. А ты знаешь, как популярен у нас "Золотой Век", — артистка сосредоточенно рассматривала имеющиеся материалы. Саундвейв подошел и встал за ее спиной. — В общем, он очень вдохновился той частью выставки про предаконов. Стибум хочет посвятить им новое шоу.       — Разве уже поставлены номера, чтобы заботиться о костюмах? — заинтересовался гладиатор. Арси покачала головой.       — Номеров еще нет, но есть сценарий. Сколько, каких в каком порядке будет выступлений. Поскольку это премьера, их будет много. Мне нужно два костюма на сольные номера, — она задумчиво провела пальцами по тонким цепям. — Только я даже не знаю, с чего начать.       — Предаконы, да? — Саундвейв отошел к столу, над которым висел экран консоли с доступом к открытым базам данных. За несколько кликов он нашел всю имеющуюся информацию, включая реконструированные изображения древних зверей. — У них много шипов, острые когти и клыки. Мы можем отталкиваться от этого.       Арси проворно нырнула в свободное пространство между его корпусом и рукой, прижалась к боку, задумчиво глядя на изображения. Бот скосил взгляд на миниатюрную артистку. Она так идеально подходила ему, что хотелось всегда и всюду носить ее с собой.       — Нужна корона, в первую очередь, — заключила фембот. Она потянулась к лежавшему на столе планшету и стилусу. Арси предпочитала сначала визуализировать идею, прежде чем начать ее воплощать. Несколькими движениями она скачала на планшет пару изображений для вдохновения и устроилась на платформе. Артистка похлопала по месту рядом с собой, приглашая Саундвейва присоединиться.       Вообще, у него оставалось немного работы, которую ему нужно закончить к завтрашнему дню, и удобнее было бы остаться у консоли, однако он не мог противится Арси. Поэтому гладиатор взял датапад и устроился рядом с фембот. Она сразу заулыбалась и прильнула к его корпусу. Саундвейв просунул одну руку за ее спиной и положил ладонь на привод. Работать одной рукой было бы крайне неудобно, поэтому он выпустил один оптокабель, пропустив его поверх талии Арси. Она удивленно посмотрела на модуль и осторожно прикоснулась к нему.       — Ты полон сюрпризов, — посмеялась она, пальцами потерла фиолетовый диод. — Для чего он?       От оптокабеля к корпусу пробежался электрический заряд. Саундвейв никогда не замечал за этими конечностями особую чувствительность. Но датчики против его воли фиксировали малейшее прикосновение Арси и, казалось, в сотню раз усиливали поступающий сигнал. Бот поднес конец оптокабеля к артистке, чтобы та могла хорошо его изучить.       — Они многофункциональные. Их прямое назначение — позволять мне подключаться к любым терминалам, — он пошевелил и покрутил клешнями. — А еще их можно использовать в качестве захвата или небольшого бура.       — А эти кабели для чего? — Арси дотронулась до тонких проводков, они тут же обвили ее палец.       — Тоже для подключения к терминалам. Еще дополнительная мелкая моторика и, — он пустил через оптокабель слабый разряд, — можно использовать как электрошок.       Фембот выглядела заинтригованной, она игралась пальцами с маленькими кабелями и пытливо посмотрела Саундвейву в оптику.       — Много их у тебя? — гладиатор выпустил левый оптокабель и приветливо помахал им.       — Всего два, — ненужная конечность вернулась в паз, а второй оптокабель выпутался из тонких пальцев артистки, напоследок пустив пару щекочущих разрядом. Саундвейв чувствовал, как корпус Арси немного нагрелся. Приятно было осознавать себя причиной, но бот совершенно не подозревал, что ему дальше с этим делать. Фембот ничего не сказала и опустила взгляд.       — У твоего корпуса столько разных функций, — проговорила она. — Мне интересно, на что еще ты способен.       — Мы можем изучить этот вопрос вместе, — для Саундвейва его собственные слова прозвучали как неприкрытый флирт. Искра гладиатора на клик замерла, забеспокоившись, не перешел ли он черту. Арси лишь тихо посмеялась, на мгновение оторвавшись от планшета.       — Ты пообещал, — с этими словами она вновь перевела взгляд на рисунок. Бот сосредоточил свое внимание на работе. Внутри сжалось разочарование. Неужели они были недостаточно близки для следующего шага? Или это Саундвейв вообразил себе, что их чувства одинаково глубоки и взаимны?       Бот быстрее погрузился в дешифровку данных, чтобы окончательно не испортить себе настроение. Работа была несложной и часто заключалась в передаче сообщений торговым кораблям в дальнем космосе. Разные торговые компании имели свое шифрование, но для хорошего связиста вся "засекреченная" информация таковой не являлась. Особенно для Саундвейва, который был создан для этого.       Сейчас сразу несколько энергонодобывающих компаний столкнулись с трудностями на краю галактики, поэтому поставки задерживаются. Цены на энергон уже выросли, и бот мог предвидеть, что это далеко не предел. Работая лишь на ретрансляционной станции, у него не было бы достаточно средств, чтобы обеспечить себя топливом.       Саундвейв не жаловался. Он сам выбрал этот путь. Тяжелый, полный дефицита и страха перед завтрашним днем. Так жили миллионы ботов, и он был ничем не лучше их, чтобы иметь все, принадлежа высшей касте.       Конечно, трудные дни для него закончились тогда, когда он сделал себе имя на гладиаторской арене. Победы достойно оплачивались, и Саундвейв не гнушался тратить эти средства в том числе и на себя. Его жизнь пускай и была сопряжена с некоторым риском, все же являлась комфортной.       Чего он не мог сказать об Арси. Бот отвлекся от сообщений и перевел взгляд на подругу. Она задумчиво выводила стилусом наброски своего будущего творения. Ей повезло иметь такой маленький корпус, организм нуждается в меньшем количестве энергона, отчего обычного куба ей хватает на две заправки.       В Иаконе артистки зарабатывали много, потому что билеты на их выступления стоили абсурдно дорого и приходили на них сотни ботов. Там они могли шиковать не хуже элит. Однако театр Арси был другим. Скромные цены на билеты и всего два десятка мест. Еще и содержать приходится девять артисток.       Саундвейв забеспокоился, хватит ли его подруге средств, чтобы обеспечить себя энергоном. Учитывая, что с ростом цен боты просто перестанут тратить свои тяжко заработанные единицы на театр.       — Сколько ты получаешь?       Арси удивленно моргнула на прозвучавший вопрос и подозрительно сощурилась.       — Обычно где-то триста единиц за шоу, иногда больше, если гости заказывают много энергона. А что?       — Скорее всего энергон снова подорожает, — бот бросил мимолетный взгляд на датапад. Артистка нахмурилась.       — Цены недавно же поднялись. С чего такая уверенность?       — На краю галактики астероид столкнулся с какой-то планетой. Там возникло поле обломков, мешающее кораблям нормально перемещаться. Поставок станет меньше на какое-то время, — фембот выглядела обеспокоенной, и гладиатор попытался ее успокоить, погладив пальцами привод. Арси перевела тревожный взгляд на свое небольшое хранилище.       — Я куплю несколько кубов про запас, пока есть время.       — Не беспокойся, — Саундвейв плотнее сжал оптокабель вокруг ее талии, — я не позволю тебе страдать от недостатка энергона.       Губы двухколесной едва дрогнули в улыбке, но она покачала головой.       — Спасибо, но не нужно. Тебе нужно обеспечить себя и всех твоих миниконов…       — Я зарабатываю достаточно, чтобы помогать и тебе, — перебил ее бот.       — На ретрансляционной станции так хорошо платят? — с иронией поинтересовалась артистка.       — Хорошо платят за бои, — поправил подругу Саундвейв. Арси нежно улыбнулась и прикоснулась своей ладонью к его щеке. Он наклонил голову, прижимаясь к теплой руке, и усилил хватку на ее корпусе.       — Я знаю. И я не хочу, чтобы ты рисковал своей жизнью больше, чем ты уже это делаешь. Тем более ради меня. Я ценю твою заботу и рада, что ты беспокоишься обо мне. Однако я могу позаботиться о себе, — ее большой палец погладил мягкий металл под окуляром, и бот закрыл оптику, наслаждаясь незамысловатой лаской. Все его недовольство моментально испарилось, и он слабо покачал головой.       — Ладно, я тебя понял, — Саундвейв серьезно посмотрел в голубую оптику подруги. — Но давай договоримся, что, если я захочу угостить тебя энергоном, ты не станешь отказываться. На свои нужды я не трачу и половины того, что получаю за бой. Мне не в тягость заботиться о тебе. Просто знай это.       — Хорошо, — фембот кивнула, — договорились.       Напряженное беспокойство между ними исчезло, и повисла странная, словно бы неловкая, но не совсем, атмосфера. Саундвейв все еще сжимал тонкий корпус, практически затащив Арси на свой, а она все еще медленно, будто неуверенно, ласкала его лицевую пластину. Он не мог прочитать эмоции в ее взгляде, и не был уверен, что она видела в его оптике.       Маленькая ладонь сместилась ниже, палец задел уголок рта. Повинуясь сиюминутному порыву, бот высунул глоссу и облизнул палец. Оба корпуса вздрогнули, словно по ним прошелся разряд. Арси уже хотела отдернуть руку, но бот не позволил, перехватив запястье. Он повернул голову, чтобы уткнуться ртом в центр ладони, и прошелся глоссой по металлу. Все это время гладиатор не отрывал взгляд от ее оптики. Губы артистки приоткрылись, и Саундвейв почувствовал, как из них вырвался поток горячего воздуха.       — Вроде, все это делается по-другому, — неуверенно произнесла она. Бот медленно облизнул тонкие пальцы.       — Мы вроде договорились исследовать возможности моего корпуса вместе, — пускай его слова звучали как приглашение, едва ли он действительно имел это ввиду. Все происходящее было слишком спонтанным. И помимо жгучей страсти гладиатор ощущал куда большую неловкость и беспокойство. Вдруг необдуманные поступки сломают что-то между ними. Однако Арси по-своему интерпретировала его слова. Двухколесная заерзала, подтянулась, и их лицевые пластины оказались совсем близко друг к другу.       — Давай, — ее оптика горела какой-то странной, почти лихорадочной решимостью, — попробуем. Сделать как надо…       Она сама приоткрыла рот и слегка вытянула глоссу. Саундвейв не собирался упускать шанс. Гладиатор переместил руку с ее запястья на затылок, подался вперед и коснулся ее глоссы своей. Корпуса обоих прошило разрядом ранее не испытываемых ощущений. Датчики пытались выполнить свою прямую функцию — проанализировать вкус и состав попавшей на них материи. Однако не могли этого сделать и передавали лишь сигналы о прикосновении к чувствительным сенсорам.       Трение и взаимное давление было восхитительным. Удовольствие яркими искорками взрывалось в процессоре и передавалось через искру всему корпусу. Воодушевленные, но неопытные, они сплетали глоссы рвано, органы то и дело соскальзывали друг с друга. Но чем дольше продолжался контакт, тем плавнее становились движения. Сильнее разогревались внутренние системы, выжигая своим жаром все смущение и опасение, оставляя за собой тлеющий след ненасытного желания и безумного наслаждения.       Арси теперь двумя руками крепко обхватывала его шею, пока Саундвейв плотно, в несколько колец, обернул корпус подруги оптокабелем. Разгоряченная искра требовала большего. Сильнее прижать, двигаться быстрее.       Проникнуть глубже.       Саундвейв резко загнал огромное количество воздуха в системы, чтобы экстренно их остановить. Не все так сразу. Не нужно торопиться. У них есть все время Вселенной, чтобы изучить все грани удовольствия, которое они могут подарить друг другу. Напоследок крепко переплетясь своей глоссой с органом Арси, бот медленно, сопротивляясь собственному желанию, отстранился.       Лицевая пластина фембота выражала чистое вожделение. Она глубоко и тяжело вентилировала системы, совсем забыв убрать глоссу. Это соблазняло, пускало жар по магистралям, отчего казалось, что корпус расплавится. Саундвейву пришлось зажмуриться, чтобы не поддаться искушению. Он прижался своим лбом к ее.       — Давай не будем торопиться, — севшим от жара голосом пробормотал гладиатор.       — Да, — спустя некоторое время тяжело ответила фембот. — Нам нужно привыкнуть не терять процессор от этого.       — Точно, — тихо засмеялся Саундвейв и почувствовал, как чужие пальцы сжались на его затылке. Им нужна была тренировка, чтобы глубинные системные потребности не перекрывали разум. А для этого они должны были остыть.       Прелесть металлического корпуса была в его прекрасном теплоотводе. Даже находясь в крепких объятьях друг друга, боты быстро остыли. Саундвейв мягко провел пальцем по металлу под окуляром Арси, слабо улыбнулся.       — Повторим?       И двухколесная сама притянула его голову к себе.