Часть 3

Привычка Спустя год Мито Узумаки стала одной из тех маленьких проблем, к которым Итачи Учиха привык слишком незаметно. И именно это начинало беспокоить его больше всего. — Итачи, ты вообще слушаешь? Голос Шисуи вырвал его из мыслей. Итачи спокойно поднял взгляд. Они сидели на крыше резиденции полиции клана Учиха. Вечерняя Коноха тонула в мягком оранжевом свете, по улицам уже зажигались фонари, а снизу доносился привычный шум деревни. Шисуи внимательно смотрел на друга. Слишком внимательно. — Ты третий раз смотришь в одну и ту же сторону. Итачи молча отпил чай. — И что? — И то, что там академия. Тишина. Потом Шисуи медленно усмехнулся: — О-о… — Не начинай. — Ты сейчас наблюдал за Мито? — Нет. — Врёшь. Итачи раздражённо отвёл взгляд. Это начинало становиться проблемой. Потому что Шисуи был единственным человеком, который замечал слишком много. А замечать было что. Мито было восемь. Она всё ещё оставалась маленькой, спокойной девочкой, которая говорила тише большинства детей и слишком серьёзно смотрела на мир вокруг. Но теперь она начала появляться рядом с Итачи чаще. Слишком часто. Иногда вместе с Наруто. Иногда одна. Иногда совершенно случайно. Итачи не понимал, когда именно это стало привычкой. Когда он начал автоматически замечать её среди людей. Когда стал искать взглядом красноватые волосы в толпе. Когда начал останавливаться рядом, если видел её одну. Это происходило постепенно. Опасно постепенно. Итачи привык контролировать всё в своей жизни. Эмоции. Мысли. Решения. Но рядом с Мито контроль почему-то становился слабее. Потому что она относилась к нему… нормально. Не как к гению. Не как к наследнику Учиха. Не как к АНБУ. Просто как к Итачи. И он начинал ждать этого всё сильнее. — Итачи-сан. Он остановился. Мито стояла возле магазина данго, держа в руках маленький бумажный пакет. Волосы снова были слегка растрёпаны ветром. — Что ты здесь делаешь одна? — Возвращаюсь домой. — Уже поздно. — Я знаю. Она сказала это спокойно, без детского недовольства. Будто просто сообщала факт. Итачи нахмурился. — Где Наруто? Мито слегка вздохнула. — Потерялся. — Наруто потерял тебя? — Нет. Себя. Итачи прикрыл глаза. Почему-то это совершенно не удивляло. Мито осторожно протянула ему пакет. — Держите. — Что это? — Данго. Он посмотрел на неё чуть внимательнее. — Почему? Она немного смутилась. Совсем чуть-чуть. — Вы опять выглядите уставшим. Итачи замер. Эта девочка замечала слишком много. Всегда. Даже взрослые шиноби редко понимали его состояние настолько быстро. А Мито хватало одного взгляда. — Я в порядке. — Неправда. Она сказала это мягко. Без упрёка. Просто спокойно. И именно поэтому у него внутри снова появилось это странное чувство. Тяжёлое. Тёплое. Опасное. Привязанность. Позже тем вечером Итачи понял, что снова думает о ней. Это раздражало. Он сидел в пустом кабинете АНБУ, просматривая отчёты после миссии, но мысли постоянно возвращались к одному и тому же. К маленьким тёплым ладоням. К спокойному голосу. К взгляду, в котором не было страха. Это было неправильно. Он прекрасно понимал. Ему семнадцать. Он шиноби АНБУ. Наследник Учиха. Человек, на котором держится половина ожиданий клана. А Мито — ребёнок. Очень умный ребёнок. Слишком добрый. Слишком искренний. Итачи устало прикрыл глаза. Он не должен был настолько привыкать к её присутствию. Не должен был искать её среди толпы. Замечать настроение. Запоминать мелочи. Но уже замечал. Например: она всегда поправляет рукав, когда нервничает; слегка наклоняет голову, когда внимательно слушает; тихо хмурится, если о чём-то думает. И хуже всего — ему это нравилось. — Ты опять рядом с Мито. Шисуи появился на ветке дерева рядом так неожиданно, что любой другой человек вздрогнул бы. Но Итачи только спокойно ответил: — Она была одна. — И поэтому ты проводил её до самого дома? — Уже темнело. Шисуи долго молчал. Потом тихо сказал: — Ты привязываешься. Итачи резко посмотрел на него. Слишком резко. Шисуи это заметил. Конечно заметил. — Осторожнее, Итачи. Впервые за разговор его голос стал серьёзным. — Она ребёнок. — Я знаю. Ответ прозвучал мгновенно. Слишком жёстко. Потому что Итачи действительно знал. Каждую секунду. Именно поэтому внутри росло раздражение на самого себя. Но хуже стало спустя ещё два года. Потому что Мито исполнилось десять — и она начала ему доверять. Полностью. — Итачи-сан? Он поднял взгляд от свитка. Мито сидела на деревянном полу в его доме, окружённая книгами по фуиндзюцу. За окном шёл дождь. Она часто приходила сюда теперь. Сначала вместе с Наруто. Потом одна. Фугаку относился к этому спокойно. Микото — тоже. А Саске вообще быстро привык к её присутствию. Иногда они даже тренировались вместе. Из-за чего половина квартала Учиха уже начала шептаться, что дочь Минато однажды станет девушкой Саске. Итачи эти разговоры почему-то раздражали сильнее, чем должны были. Очень сильно. Неприятно сильно. — Что случилось? — спокойно спросил он. Мито слегка нахмурилась. — Я не понимаю эту печать. Она пододвинулась ближе, показывая свиток. Слишком близко. Итачи почувствовал знакомый запах сакуры от её волос. И вдруг осознал, насколько сильно она выросла за эти годы. Нет, всё ещё ребёнок. Но уже не та маленькая девочка с тайяки. Она стала спокойнее. Красивее. Ещё внимательнее. И это неожиданно заставило его напрячься. Опасная мысль. Неправильная. Итачи сразу отодвинул её глубоко внутрь. — Здесь ошибка в символе, — тихо сказал он. Мито наклонилась ещё ближе. — Где? Он взял кисть и медленно исправил печать. Она внимательно наблюдала за каждым движением. Итачи вдруг понял, что ему слишком нравится, когда она так смотрит на него. Будто полностью доверяет. Это было плохо. Очень плохо. — Ты боишься его? Вопрос Кушины прозвучал неожиданно. Мито подняла голову. Они сидели вечером на кухне Узумаки, пока Наруто где-то шумел во дворе. — Кого? — Итачи Учиху. Мито задумалась. Долго. — Иногда. Кушина удивлённо приподняла брови. — Но ты всё равно постоянно рядом с ним. — Потому что он хороший. — Мито… Она тихо улыбнулась. — Просто иногда мне кажется, что он очень… тяжёлый. Кушина внимательно посмотрела на дочь. А Мито тихо продолжила: — Как будто постоянно сдерживает что-то внутри. И где-то далеко в квартале Учиха Итачи в этот момент снова думал о ней больше, чем должен был.