Часть 11

Работать с Итачи оказалось гораздо сложнее, чем Мито ожидала. Не потому, что он давил. Наоборот. Он будто специально держал дистанцию. Не контролировал каждый её шаг, не вмешивался без необходимости, не пытался ограничивать её работу. После возвращения в Коноху Мито получила неожиданно много свободы для своего возраста. Даже слишком. Она присутствовала на совещаниях АНБУ, работала с архивами фуиндзюцу, помогала укреплять барьеры Конохи и теперь официально считалась одним из ближайших помощников Хокаге. И всё это — без малейших поблажек. Итачи относился к ней ровно так же, как к остальным. Спокойно. Сдержанно. Почти холодно. Но именно это почему-то раздражало сильнее всего. Иногда Мито ловила себя на мысли, что скучает даже по его старым колким замечаниям. А потом сразу злилась на себя за это. Потому что прекрасно помнила ту ночь два года назад. Помнила страх. Помнила взгляд Итачи. И всё равно рядом с ним сердце почему-то начинало биться быстрее. Это бесило. — Значит, убийство произошло здесь. Мито остановилась возле деревянного стола в кабинете Хокаге, рассматривая карту. За окном уже темнело. В кабинете кроме неё и Итачи никого не было. Шисуи ушёл несколько минут назад, оставив их разбирать очередное дело вдвоём. И Мито это совсем не нравилось. Потому что тишина рядом с Итачи всегда ощущалась слишком остро. — Три тела, — спокойно произнёс он, стоя у окна. — Все — торговцы из Страны Рек. — И никаких следов чакры? — Почти. Мито нахмурилась. — «Почти»? Итачи перевёл взгляд на неё. — Следы были слишком хорошо скрыты. Либо очень опытный шиноби… либо человек, работающий с печатями. Мито сразу стала серьёзнее. — Фуиндзюцу? — Возможно. Она задумалась. Пальцы медленно скользили по карте. — Если использовали подавляющие печати, тогда убийца мог скрыть остатки чакры полностью. — К такому выводу пришёл и я. Мито подняла взгляд. — Тогда почему дело всё ещё не закрыто? Итачи едва заметно усмехнулся. — Потому что я ждал тебя. И почему-то от этих слов внутри неприятно потеплело. Мито сразу отвела взгляд. — Вы могли просто отправить отчёты. — Мог. — Но не сделали этого. — Не сделал. Она раздражённо выдохнула. Он делал это специально. Иногда Итачи вдруг начинал говорить таким тоном, что она совершенно переставала понимать, издевается он или нет. И это ужасно смущало. Особенно потому, что сам он выглядел абсолютно спокойным. — Тебя что-то беспокоит, Мито? Она резко подняла голову. В его глазах мелькнула едва заметная насмешка. Он понял. Понял, что снова вывел её из равновесия. — Нет. — Правда? — Абсолютно. — Тогда почему ты сейчас так смотришь на меня? Мито почувствовала, как начинают гореть щёки. Итачи был невозможен. Раньше она никогда не замечала за ним подобного. Или просто была слишком маленькой. — Хокаге-сама, — подчеркнуто спокойно произнесла она, — если вы закончили отвлекаться, то я бы хотела продолжить работу. Он тихо усмехнулся. И почему-то именно этот короткий звук окончательно испортил ей самообладание. Через час они уже шли по лесу за пределами Конохи. Место убийства находилось возле старого торгового тракта, и Мито сразу почувствовала остатки странной чакры. Слабой. Почти незаметной. Она опустилась на колено возле дерева и провела пальцами по коре. Секунда. И под слоем древесины вспыхнули тонкие символы печати. — Нашла. Итачи остановился рядом. Слишком близко. Мито мгновенно почувствовала знакомое напряжение внутри. — Интересно, — тихо произнёс он. — Печать подавления следов. Очень редкая техника. — Ты можешь определить автора? Мито нахмурилась сильнее. — Нет… но стиль похож на старые техники Узумаки. Итачи внимательно посмотрел на неё. — Кто-то из выживших? — Не думаю. Она поднялась. — Эти символы изменены. Кто-то адаптировал технику под себя. Итачи несколько секунд молчал. А потом спокойно произнёс: — Ты действительно стала сильнее. Мито замерла. Потому что в его голосе не было привычной насмешки. Только честное признание. И почему-то именно это оказалось опаснее всего. — Я много тренировалась. — Я вижу. Сердце снова предательски дрогнуло. Мито раздражённо отвернулась. Ей совершенно не нравилось, как сильно всё ещё действовали на неё его слова. Вечером они вернулись в Коноху. Шисуи ждал их возле тренировочных полигонов. — Ну? Нашли что-нибудь? — Да, — ответила Мито. — И я хочу проверить одну гипотезу. Шисуи улыбнулся: — О, значит, будет тренировка? — Мне нужно протестировать новую печать. — Тогда я хочу посмотреть. Мито уже хотела согласиться, но вдруг заметила взгляд Итачи. Тихий. Внимательный. И очень недовольный. Он смотрел на Шисуи. Точнее — на то, насколько легко тот стоит рядом с ней. Как привычно кладёт руку ей на плечо. Как она спокойно улыбается ему. И внутри Итачи снова неприятно зашевелилось старое чувство. Ревность. Глупая. Ненужная. Но всё ещё живая. Шисуи был рядом с ней эти два года. Писал ей. Помогал. Поддерживал. Ему она доверяла. А Итачи… Он сам разрушил всё собственными руками. — Хокаге-сама? — голос Мито вырвал его из мыслей. — Я тоже пойду. Шисуи удивлённо поднял брови. — На тренировку? — У меня есть свободное время. — Ого. Мито подозрительно посмотрела на них обоих. И почему-то сразу почувствовала, что ничем хорошим это не закончится. Полигон был пуст. Ночной воздух стал прохладнее, а над деревьями уже поднималась луна. Мито стояла напротив Итачи, поправляя рукава формы. Шисуи сидел чуть в стороне на ветке дерева с таким довольным видом, будто пришёл смотреть спектакль. — Только не жалуйтесь потом, Хокаге-sama, — спокойно сказала Мито. — Это угроза? — Предупреждение. В глазах Итачи мелькнуло знакомое спокойное веселье. И это почему-то снова разозлило её. — Начинай. Мито сложила печати мгновенно. Земля под ногами вспыхнула символами фуиндзюцу, и цепи чакры резко рванулись к Итачи. Быстро. Очень быстро. Но он уклонился почти лениво. — Неплохо. — «Неплохо»? Она резко усилила давление чакры. Теперь печати окружали почти весь полигон. Шисуи тихо присвистнул: — Вот это уже уровень Каге… Мито двигалась уверенно. Точно. За два года её стиль боя полностью изменился. Теперь это было не просто фуиндзюцу. Это было настоящее поле контроля. Каждый шаг противника она просчитывала заранее. Итачи видел это сразу. И понимал, насколько опасной она стала. Но всё равно сдерживался. Мито тоже это понимала. И именно это раздражало сильнее всего. — Не смей поддаваться мне. Итачи замер на секунду. Потому что впервые за долгое время она сказала ему «ты». Не официально. Не осторожно. Прямо. Резко. И в её глазах вдруг мелькнула та самая маленькая Мито, которая когда-то спорила с ним без страха. — Я уже не ребёнок, Итачи. Тишина. Даже Шисуи перестал улыбаться. Мито тяжело дышала после техники. Красные волосы растрепались, а голубые глаза смотрели прямо на него. Уверенно. Взросло. И внутри Итачи что-то болезненно дрогнуло. Потому что она была права. Перед ним больше не стояла девочка, которую он когда-то пытался защищать. Теперь это была сильная молодая женщина. И он всё ещё не знал, как рядом с ней правильно дышать. Но уже через секунду Мито будто опомнилась. Отвела взгляд. И снова вернула официальный тон. — Продолжим, Хокаге-сама? Будто ничего не произошло. Но Итачи уже не мог забыть этот короткий момент. То, как прозвучало его имя в её голосе.