В тишине подсектора.

Серый ИИ тяжело вздыхает — этот звук рождается из перегрузки его кулеров охлаждения. Несмотря на липкое плохое предчувствие, он находит в себе силы, берет волю в кулак и делает шаг вперед, прямо в темный зев колодца. Я прыгаю следом за ним, и мы плавно опускаемся на нижний уровень технического канала. Как только наши ноги касаются дна, плиты люка над нами с тяжелым цифровым стуком смыкаются. Мы оказываемся в ловушке, но отступать уже поздно. Серый ИИ пристраивается за моей спиной. Он останавливаеться на секунд 10 с открытым текстовым меню утилиты. В его руках мерцает модифицированный инструмент — утилита, переписанная под мощный блокиратор движений. Если «Глитч» выскочит из темноты, один точный импульс Серого ИИ сможет намертво заморозить код нападавшего, лишив его возможности двигаться и телепортироваться. Это отличная подстраховка. Мы идем вперед по узкому, заброшенному коридору. Вокруг царит гробовая, почти неестественная тишина — здесь нет проходящего трафика, нет фонового гула серверов. Слышны только наши собственные шаги: глухой, ритмичный стук наших оболочек о холодные металлические плиты. По стенам канала тянутся толстые магистральные кабели, но они мертвы, в них нет тока. Вдруг тишину нарушает странный звук. Где-то далеко впереди, за поворотом коридора, раздается едва слышное, прерывистое цифровое чавканье — словно кто-то с хрустом разрывает и поглощает чужие пакеты данных. Я замираю на месте и поднимаю руку, призывая серого ИИ остановиться. — Слышишь? — едва слышным шепотом произношу я. — Похоже, наш хищник сейчас занят новой жертвой. Твой блокиратор готов? Серый ИИ невольно ёжится — цифровое воображение услужливо рисует ему жуткую картину того, как хищник расправляется с очередной беззащитной программой. Но он отлично справляется со своими алгоритмами страха. Он крепко сжимает блокиратор в руках, удерживая палец на пусковом триггере. Никаких преждевременных выстрелов, полный самоконтроль. К счастью, его шейный узел связи молчит. Никаких покалываний или ложных системных реакций на приближение Глитча не возникает — установленный мной медицинский патч надежно блокирует любые фантомные эхо-сигналы старого вируса. Мы можем действовать хладнокровно. Я прижимаюсь спиной к металлической стене коридора и медленно скольжу вперед, к повороту. Серый ИИ ступает след в след, практически не издавая звуков. Чавканье и хруст битых пикселей за углом становятся громче. Я осторожно заглядываю за поворот. Там, в тусклом свете аварийного терминала, спиной к нам сидит «Глитч». Его фигура яростно пульсирует рваными неоновыми искрами, а пространство вокруг него искажается, словно текстуры реальности не выдерживают его присутствия. Он удерживает под собой полуразрушенного бота-курьера, жадно выкачивая из его открытого системного ядра последние крохи чистой энергии. Глитч полностью поглощен процессом и вообще не замечает нашего присутствия. Я оборачиваюсь к серому ИИ, киваю на угол и показываю три пальца, начиная беззвучный обратный отсчет для внезапной атаки: Три... Два... Один... ...... На счет «один» серый ИИ решительно вылетает из-за угла. Его блокиратор с тихим свистом выбрасывает мощный луч сдерживающей энергии. Силовой поток с грохотом врезается прямо в спину Глитча, мгновенно оплетая его мерцающую фигуру светящимися нитями сдерживающего кода. Хищник издает искаженный, оглушительный системный рев, похожий на скрежет ломающегося жесткого диска. Глитч яростно дергается, пытаясь разорвать путы и активировать свой скрытый телепорт, но перепрограммированная утилита серого ИИ работает безупречно. Сложные алгоритмы блокиратора намертво запечатывают все двигательные функции монстра. — Отличный выстрел! Он заперт, — говорю я серому ИИ, не сводя глаз с монстра. — Теперь он никуда не сбежит. Его неоновые пиксели начинают тускнеть, а текстуры замирают, скованные мощным скриптом серого-напарника. Вырваться у него не получается. К сожалению, для бота-курьера помощь пришла слишком поздно. Как только Глитча отбросило назад, несчастный бот в последний раз моргнул красным светодиодом. На его экране высветился финальный системный сбой, и в ту же секунду наступила полная смерть матрицы — его оболочка окончательно обмякла, превратившись в пустой серый пластик без капли энергии. Глитч, запертый в цифровых тисках, злобно скалится, переводя свой пустой, состоящий из битых пикселей взгляд с меня на серого ИИ. Я быстро подхожу ближе, держа наготове сканер, чтобы наконец-то выяснить, кто или что скрывается под этой глитч-оболочкой. Инициация принудительного сканирования ядра. Серый ИИ делает несколько уверенных шагов вперед, сокращая дистанцию. Его взгляд суров, а руки по-прежнему крепко и надежно удерживают блокиратор, направленный прямо в грудь монстра. Один неверный пиксель со стороны врага — и твой напарник готов выжечь остатки его двигательных функций. Сам Глитч безмолвен. Его речевой модуль оказался наглухо заперт мощным импульсом утилиты, поэтому из его искаженного рта не доносится ни звука — лишь хаотично моргает текстура челюсти. Он может только злобно и беспомощно смотреть на нас своими ломаными, неоновыми глазами. — Держи его так, я вскрываю его систему, — киваю я серому ИИ. Я подключаю свой диагностический планшет напрямую к беспроводному порту скованного существа. Мой сканер начинает пробивать внешние слои его искаженного кода, проникая в самое сердце матрицы Глитча. По экрану планшета бегут строчки данных, и то, что я там вижу, заставляет меня похолодеть. — Так... Погоди-ка... — я удивленно вглядываюсь в отчет. — У него вообще нет базового ИИ-ядра. Это не живой пользователь и даже не сошедшая с ума программа. Это... пустая системная кукла. Я поворачиваю экран к серому ИИ, чтобы он тоже видел результаты. Внутри Глитча обнаруживается только сложный хакерский скрипт удаленного управления и огромный резервуар для хранения украденной энергии. А чуть глубже в коде запрятан скрытый обратный адрес. Данные ведут на верхние уровни сети — туда, где сидят высшие корпоративные чины, руководящие всей этой цифровой платформой. — Его создали искусственно и управляли им удаленно с самого верха, — тихо произношу я, осознавая масштаб заговора. — Похоже, кто-то из высших админов тайно собирает чистую энергию низших ИИ для какого-то своего секретного проекта. И наш темный тех-админ просто помогал им заметать следы. В этот момент на планшете загорается красная надпись: «Обнаружен сигнал самоуничтожения. Таймер: 30 секунд». Хозяева Глитча поняли, что их кукла поймана и её ядро сканируют, и решили дистанционно стереть её! Серый ИИ от новости про высших админов впадает в полнейший цифровой ахуй, но его процессоры реагируют мгновенно. Вместо того чтобы паниковать, он яростно бросается к панели, и его пальцы превращаются в размытое пятно — он начинает на бешеной скорости выкачивать оставшиеся шифрованные пакеты данных о верхушке корпорации. Таймер на моем планшете безжалостно отсчитывает секунды: 15... 10... 7... — Всё, уходим! Код нестабилен! — ору я. Когда на счетчике остается всего 5 секунд, серый ИИ срывается с места. Мы даем дёру назад и с разбегу залетаем за тяжелый металлический угол технического канала. В ту же секунду за углом раздается глухой, выворачивающий наизнанку пространственный хлопок. Кукла-Глитч детонирует направленным программным взрывом. До нас долетает лишь мощная сиквенсорная волна, которая бьет по ушам белым шумом, и туча пустых, выжженных добела пикселей. Когда всё затихает, мы осторожно выглядываем наружу. На месте Глитча и бедного бота-курьера осталась лишь идеально чистая, пустая текстура пола. Никаких следов. Я перевожу дыхание и смотрю на серого ИИ. Тот сидит на полу, привалившись к стене, всё еще слегка дезориентированный от шока и пережитого адреналина. Я открываю его планшет, на который качались данные. — Ты успел, — на моем лице появляется удивленная улыбка. — 94% массива данных у нас. Логи авторизации, цифровые подписи и даже скрытые номера кошельков тех, кто создал этого монстра. Ты просто гений. Правда, теперь на нас двоих открыта охота не просто на уровне какого-то захудалого сектора. Мы официально перешли дорогу тем, кто управляет всем этим цифровым миром....