Часть 5

      Солнце над Конохой в эти дни казалось особенно ярким, словно сама природа праздновала окончание их «игры в прятки». Шикамару и Сакура шли по главной улице деревни, и впервые за долгое время им не нужно было выдерживать дистанцию в два метра или притворяться, что они случайно встретились по пути в резиденцию Хокаге.       Шикамару, чей взгляд обычно лениво блуждал по облакам, теперь то и дело опускался на их переплетенные пальцы. Он поймал себя на мысли, что его походка стала более уверенной, лишенной той привычной сутулости, которой он пытался слиться с толпой, когда они скрывали свои чувства.       – Знаешь, Сакура, – негромко произнес он, и в его голосе проскользнула несвойственная ему ранее прямота, – я только сейчас понял, сколько сил уходило на то, чтобы просто не смотреть на тебя слишком долго в присутствии Ино.       Сакура тихо рассмеялась, и этот звук заставил прохожих невольно улыбнуться.       – Согласна, – ответила она, чуть сильнее сжав его ладонь. – Я ловила себя на том, что анализирую траекторию взгляда каждого встречного ниндзя, чтобы убедиться, что нас не раскусили. Теперь, когда секрет раскрыт, воздух в деревне кажется чище. Но, боюсь, спокойствие нам только снится, учитывая, кто взялся за распространение новостей.       Словно в подтверждение её слов, из ближайшего цветочного магазина донесся звонкий, полный драматизма голос Ино. Она стояла на пороге, окруженная Хинатой и Тен-Тен, и с упоением дирижировала воображаемым оркестром.       – ...и я вам говорю, это было так очевидно! – восклицала Ино, активно жестикулируя. – Эти двое думали, что они самые умные, но от моего взгляда ничего не скроешь! Хината, дорогая, даже не надейся, что на их свадьбе будет меньше цветов, чем на твоей, я уже договорилась о поставках редких лилий из Страны Волн!       В это же время в Ичираку Наруто, уминая третью порцию, едва не подавился, когда к нему подошел Конохамару.       – Эй, Наруто, это правда, что Сакура-тян и Шикамару-сан теперь... ну, вместе? – с любопытством спросил ученик.       – Еще бы, даттебайо! – Наруто с грохотом опустил палочки на стол и победно вскинул кулак. – Я сразу понял, что к чему, когда увидел, как Шикамару начал чаще заглядывать в госпиталь под предлогом «отчетов». Теперь они – команда номер один в моем списке! Я лично прослежу, чтобы Шикамару не ленился на свиданиях, иначе он узнает, что такое мой Расенган в действии!       Проходя мимо тренировочных площадок, пара столкнулась с Ли, который, завидев их, мгновенно замер в позе «силы юности», а его глаза заблестели от избытка чувств.       – Сакура-тян! Шикамару! – прокричал он, и его голос эхом отозвался в лесу. – Ваша любовь горит ярче, чем пламя на закате! Поздравляю вас с этим великим достижением на пути сердца! В честь этого я пробегу десять кругов вокруг Конохи на руках!       На крыше резиденции Хокаге Какаши, прикрыв книгу своим привычным ленивым жестом, наблюдал за парой с легким прищуром единственного видимого глаза. Когда они проходили мимо, он едва заметно кивнул им, и в этом взгляде читалось теплое: «Наконец-то вы перестали морочить всем голову».       Шикамару и Сакура переглянулись. Город гудел, обсуждая их, и хотя вокруг было шумно от поздравлений, подколов и планов Ино, внутри у них царила тишина, которую они так долго искали. Они шли дальше, не отпуская рук, и каждый встречный взгляд – от строгого кивка Шино до восторженного крика какой-нибудь лавочницы – был лишь подтверждением того, что их общая «морока» только начинается, и это была самая приятная ответственность в их жизни.       В поместье клана Нара царила слегка суматошная атмосфера, которую Шикамару всегда называл «главной морокой своей жизни», но при этом в глубине души ценил превыше всего. Вечерний ветерок шелестел листвой в знаменитом лесу оленей, а на веранде дома развернулось настоящее поле тактического боя, где главными генералами выступали Ёшино Нара и Мебуки Харуно.       – Нет, Мебуки, послушай, – Ёшино решительно разложила на низком столике свиток со списком гостей, – если мы пригласим всех старейшин, нам не хватит места для молодёжи, а Наруто наверняка приведет с собой половину деревни. Клан Нара всегда славился гостеприимством, но даже наш сад не резиновый!       – О, не переживай, Ёшино! – Мебуки с азартом придвинулась ближе, её глаза горели тем же огнем, который Сакура иногда демонстрировала в пылу сражения. – Мы просто расставим дополнительные столы под открытым небом. И обязательно нужно заказать те розовые ленты из Страны Волн, они будут идеально сочетаться с цветением вишни! Кизаши, скажи ей!       Кизаши Харуно, сидевший рядом с Шикаку, весело хохотнул и поправил свою прическу.       – Да уж, если моя дорогая Мебуки за что-то берется, то проще сразу сдаться, – он подмигнул Шикаку. – Главное, чтобы на свадьбе было достаточно каламбуров и хорошего настроения, верно, будущий сват?       Сакура, сидевшая чуть поодаль, невольно потерла затылок – жест, который она всё чаще перенимала у Шикамару в моменты легкого замешательства. Она сегодня выглядела вполне  обычно: заплела два низких хвостика, поддавшись уговорам матери для «официальности» встречи. Сакура посмотрела на своего жениха, который с полуприкрытыми глазами наблюдал за бурным обсуждением матерей. В его позе чувствовалось спокойствие, но она знала: он анализирует каждое слово, словно партию в сёги.       Шикамару медленно поднялся и жестом пригласил отца отойти к краю веранды, подальше от шума голосов. Они встали у перил, глядя на длинные тени, которые отбрасывали деревья в лучах заходящего солнца.       – Знаешь, отец... – Шикамару заговорил негромко, его голос был лишен привычной лени, в нем сквозила искренняя, хоть и скрытая за маской «хлопотно», благодарность. – Вся эта ситуация с нашим секретом... В какой-то момент она стала слишком тяжелой. Но то, как всё разрешилось... Это было вовремя. Спасибо, что ты приложил руку к тому, чтобы всё прошло так гладко.       Шикаку слегка прищурился, глядя на облака, плывущие по розовеющему небу. На его лице появилась хитрая, мудрая улыбка, которую Шикамару видел только в самые важные моменты их жизни.       – Видишь ли, Шикамару, – отец похлопал его по плечу, – иногда, чтобы избавиться от хлопот, нужно просто резко дернуть за ниточку. Если долго ждать, узел затянется так туго, что его придется только рубить. А я хотел, чтобы вы оба могли дышать свободно до того, как начнется настоящая суета.       Шикамару хмыкнул, чувствуя, как внутри разливается тепло. Он посмотрел на Сакуру, которая в этот момент пыталась тактично объяснить мамам, что пятьдесят сортов цветов – это, возможно, «небольшой перебор».       – Пойду проветрюсь, – бросил он, доставая из кармана пачку сигарет, и медленно сошел по ступеням в сад.       Спустя несколько минут Сакура тихо выскользнула из стола. Она нашла его у старого пруда. Шикамару стоял, прислонившись к дереву, и только что чиркнул зажигалкой. Он сделал первую затяжку, глядя на её приближающийся силуэт, и на его губах появилась усмешка.       Это был их негласный ритуал. Оба знали: первую сигарету, которую он закуривает при ней, Сакура обязательно выбросит. Это было её способом проявить заботу, а его – способом пригласить её к диалогу.       – Шикамару, я же тебе тысячу раз говорила: это вредно для легких, особенно для шиноби твоего ранга, – Сакура подошла вплотную и, как и ожидалось, ловким движением выхватила сигарету из его пальцев, тут же притоптав её в траве.       – Ты слишком предсказуема, Сакура, – лениво отозвался он, но в его глазах светилась нежность. – Но, кажется, эта «вредная привычка» – единственный способ выманить тебя из лап наших матерей.       – Это точно, там сейчас решается судьба мирового запаса лент и кружев, – она рассмеялась, но тут же затихла, когда Шикамару протянул руки к её лицу.       Он нежно коснулся её волос. Его длинные, тонкие пальцы уверенно нащупали ленты. Сакура замерла, глядя ему в глаза. Одним плавным движением он стянул обе ленты, и волосы мягким розовым облаком рассыпались по её плечам. Шикамару чуть улыбнулся, скомкав ленты в кулаке и пряча их в карман своего жилета.       – Так-то лучше, – прошептал он, сокращая последнее расстояние между ними. – Меньше лишних деталей, меньше мороки.       – Ты просто неисправим, Нара... – выдохнула Сакура, притягивая его за ворот к себе.       Шикамару обнял её за талию, и в этом жесте больше не было ни капли сомнения. Он наклонился и накрыл её губы своими в долгом, глубоком поцелуе. И пока где-то на веранде их мамы продолжали спорить о цвете скатертей, здесь, в тишине сада, для них двоих время остановилось, превращая все будущие хлопоты в нечто совершенно неважное.