Часть 35

Глава 35. Кольцо и идилия

Первое появление в университете после «медового месяца» вызвало фурор. Полина шла по коридору, чувствуя на себе десятки взглядов. Ещё бы — жена самого Барса. Та самая Туманова, на которую поспорили. Та самая, что дала ему коленом в пах прямо в буфете. Та самая, что потом исчезла на целый месяц. Но сейчас она шла с прямой спиной и спокойным лицом. На правой руке поблёскивало обручальное кольцо — тонкий золотой ободок, который она надела впервые за всё время. Надела сама, без принуждения, в то утро, когда они заключили перемирие. Барс тогда заметил, но ничего не сказал — только посмотрел долгим, тёплым взглядом. Лика и Дилара ждали её у аудитории. — Ого! — присвистнула Лика, хватая подругу за руку и разглядывая кольцо. — Ты его носишь? — Ношу, — спокойно ответила Полина. — Это что-то значит? — осторожно спросила Дилара. — Это значит, что мы перестали воевать. Пока просто перемирие. Но... — она чуть улыбнулась, — это уже что-то. Перемены она проводила с девочками, ловя на себе взгляды. Барс появлялся то тут, то там, но не подходил — держал дистанцию, как и обещал. Только иногда они встречались глазами через весь коридор, и он едва заметно кивал. Она кивала в ответ. Им хватало. Но однажды к ней подошёл парень. Высокий, светловолосый, из параллельной группы. Полина видела его раньше, но даже имени не помнила. Он заступил дорогу у буфета, широко улыбаясь. — Туманова, верно? Слушай, я тут подумал... может, сходим куда-нибудь? — Я замужем, — ответила она, показывая кольцо. — Да ладно, — он отмахнулся. — Все знают, что это фиктивный брак. Отец заплатил, ты согласилась. Какая разница? — Для меня — большая. — Да брось, — он шагнул ближе, загораживая проход. — Один кофе. Что тут такого? Я не кусаюсь. Полина отступила на шаг, но он снова приблизился. Она уже открыла рот, чтобы резко ответить, как вдруг между ней и навязчивым парнем выросла широкая спина в чёрной футболке. — Она замужем, — голос Барса прозвучал ледяным колоколом. — Не веришь? Он взял её правую руку — осторожно, но уверенно — и поднял на уровень глаз парня. Обручальное кольцо блеснуло в свете ламп. — Видишь это? Это значит — моя. И если ты ещё раз к ней подойдёшь, я тебе лично объясню разницу между фиктивным браком и очень реальным переломом. Понял? Парень побледнел и отступил, бормоча что-то неразборчивое. Барс опустил её руку, но не отпустил. Так и стоял, пока навязчивый ухажёр не скрылся за поворотом. — Спасибо, — тихо сказала Полина. — Не за что, — он отпустил её ладонь и поправил лямку рюкзака. — Это моя работа. Мужа. Он сказал это без нажима, почти буднично. Но слово «муж» прозвучало так естественно, что Полина на секунду замерла. Потом кивнула и пошла на пару, чувствуя, как горит кожа там, где он её коснулся. Вечерами Барс работал. Сперанский-старший не шутил — сын вступил в компанию, и теперь Дима сидел до ночи за ноутбуком в гостиной, разбирая контракты, которые ему сбрасывал отец. Полина сначала не мешала — уходила наверх, читала, возилась с Обедом. Но однажды вечером, когда часы уже показывали за полночь, она спустилась на кухню за водой и замерла. Барс спал на диване. Ноутбук, всё ещё включённый, стоял на журнальном столике, а сам он сидел, откинув голову на спинку, и тихо, размеренно дышал. Поверх пледа, укрывавшего его колени, свернулся клубком Обед. Рыжий котёнок мурлыкал во сне, уткнувшись носом в складку пледа. Лорд спал на своей лежанке рядом, не сводя с хозяина одного приоткрытого глаза. Полина подошла ближе. Котёнка она искала уже полчаса — думала, он опять залез на шкаф. А он, оказывается, устроился тут. У Барса. И тот, судя по всему, даже не заметил, когда рыжий бандит оккупировал его колени. Она стояла и смотрела на эту картину. У неё вдруг защемило в груди. Он устал. Он работал допоздна, а потом просто отключился, даже не дойдя до кровати. И котёнок, тот самый Обед, которого он сначала не хотел принимать, теперь спал на нём, чувствуя себя в полной безопасности. Барс заворочался и приоткрыл глаза. — Полин? — хрипло пробормотал он. — Что-то случилось? — Я Обеда искала. Он опустил взгляд, будто впервые заметил котёнка на своих коленях. Моргнул. — Блядь. Я даже не заметил, как он пришёл. Он сам... я не трогал. — Я знаю, — она улыбнулась. — Я вижу. Он осторожно поднял котёнка, стараясь не разбудить. Обед недовольно дёрнул ухом, но не проснулся. Барс протянул его Полине. — Держи своего рыжего. Она взяла котёнка, прижала к груди. Потом посмотрела на Барса — уставшего, с тёмными кругами под глазами, но всё ещё здесь, в их общей гостиной, в их общем доме. — Пусть у тебя остаётся, — сказала она тихо. — Вы уже спелись. — Ты уверена? — Уверена. Спокойной ночи, Дима. Она впервые за долгое время назвала его по имени — не «Барс», не «эй ты», а по имени. Он это услышал. И, кажется, даже дышать перестал на секунду. — Спокойной ночи, Полин, — ответил он так же тихо. Она поднялась наверх, а он остался в гостиной. Обед снова забрался к нему на колени и замурлыкал. Лорд тихо вздохнул во сне. Барс откинулся на спинку дивана, закрыл глаза и, кажется, улыбнулся.