*

Китти не особо даются языки, даже когда Натаниэль предлагает для облегчения процесса разговаривать на очередном языке, над которым она бьётся, каждый день. «Я учил языки с восьми лет, Китти!» — говорит он в ответ на её ярость из-за склонений, спряжений, синтаксиса и произношения, будь оно неладно. Это повторяется и повторяется, и ей приходится смириться с тем, что читать классическую литературу или академические статьи она будет только со словарём, а поддержать научную беседу вряд ли сможет. Зато она сумеет сделать заказ в кафе, поторговаться на рынке, спросить дорогу или обсудить погоду. Впрочем, она знает каждый из пяти языков, которые изучала, достаточно, чтобы прошептать Натаниэлю на ухо: «Люблю тебя» или «Я тебя хочу прямо здесь» — и чтобы понять все те нелепые нежные глупости, которые он считает комплиментами. Судя по его лицу, Натаниэль в такие моменты разрывается между страстным желанием объяснить, что она изучает языки неправильно, и страстным желанием вообще ничего не объяснять; наверное, однажды Китти даже попробует выучить шумерский или санскрит ради его реакции.