Часть 1. Глава 3. „Стать чем-то большим“

Возьми своё сердце, зажги его смело, отдай его людям, чтоб вечно горело!                         

***

Рин Халовна перечисляла всё, что будет в лагере: зарядка, концерты, кружки, линейки и ужас до мелочей. Конечно, Катя была с Валерой в пионерских лагерях. Мама говорила, что это хорошая идея, что можно будет найти подружек и научиться новому. Но разве самостоятельно нельзя стать великим и научиться новому? Увы, но на этот вопрос она никак не могла дать ответ. Взглядом она проследила за Валеркой, а точнее, за его взглядом. Взор упал на список, интереснее, конечно, были мальчики. Титяпкин, Гурькин, Гельбич, Хлопов... Неинтересно, среди них не было знакомого лица. — Итак, ребята, нужно нам выбрать командира, — скомандовала Ирина Михайловна. По веранде прошел холодный ветерок. Все знали, что командир выполняет не свои желания, а приказы учителя. Катя не хотела быть командиром, это отдельная ноша, чтоб просто повыпендриваться, а вот если это уже серьёзное дело, ну или в отдельном случае любимое, то, конечно, она была не против. — Кто в школе был командиром отряда? — Я! — звонко пропела Анастасийка, сидящая рядом с Катей. — Иди сюда, Сергушина. Сергушина была как лебедь. Белый, изящный лебедь. Если ей добавить в образ пуанты и красивое платье, то без сомнения можно было её отправить на балет, но балет — это сила, а она просто утончённая. Настя была не скромной, она была звонкой во всея смыслов слова. Катя была уверенна, что Сергушина ещё не раз покажет свой характер, но это уже потом, сейчас она еще не очень уверенна в своих словах. Рин Халовна посмотрела на Настю, спросила имя и нужную информацию. И, конечно, на лице модной девчонки присутствовала помада. Негоже быть командиру отряда такой размалёванной, хотя это скорее мнение взрослых, другим было побоку. — Отряд не против? — Нет! Как и предполагалось, то Рин Халовна сделала замечание. — Так! Теперь нам нужен Змееносец, — а нужен был высокий. — Гельбич! — Не хочу! — Давай не возникай! Возьмешь у Игоря Александровича пилотку, флаг и ленту через плечо! Послышалось обидное «Бли-ин!». — А теперь надо речевку, девиз и название. Есть идеи? Кому-то вообще никак не хотелось назвать отряд, так что шансы были велики повторить участь и название прошлого отряда. Через минуту от Анастасийки послышалось «Роза экстаз», но как же без «Розовый унитаз». Катя бы даже согласилась, что отряду подходит больше второй вариант... — Так, отряд будет называться «Данко», — быстро выкрутилась Ирина Михайловна, и все-таки Катя была права. Они повторили. Домрачев недовольно отметил, что в прошлую смену так назывался другой отряд, и на ответ Рин Халовны даже как-то обиделся. Речевка, уже заевшая в голове, они повторяли ее раз за разом, когда шли до дружинной площадки. Венька Гельбич был как на войне, а Сергушина как любимая невеста, а другие помогали ей нести фату... — Здравствуйте, ребята! — грянул из динамиков бодрый голос Свистухи. — Приветствуем вас на лучшей смене этого года – на Олимпийской смене! Отряды начали представлять себя. Были и названия книг, и песен, и просто слова, представленные как название отряда. Разные речевки и девизы. Игра, кто кого перекрикнет, ведь самый голосистый отряд — самый лучший отряд. Представляли работников: доктор Айболит, физрук Максим Русланыч, Колыбалов. Катя не пыталась запомнить их, ведь они были просто «Извините» и «Доктор». — А вот самый главный человек в нашем лагере! Свистуха повернулась к сухопарому старику в пионерском галстуке. Это Серп Иваныч Иеронов! Отряды заинтересованно ждали разъяснений. — Серп Иваныч — ветеран Гражданской войны! Он пенсионер союзного значения! — Свистуха обвела отряды восторженным взглядом. — Над таким вот замечательным человеком наша дружина берёт своё шефство! Салют! Свистуха вздёрнула руку ко лбу, и все отряды тоже отсалютовали. — Серпу Иванычу мы предоставляем почётное право поднять флаг Олимпийской смены! Ваше слово, товарищ Иеронов! Высокий Серп Иваныч чуть склонился к микрофону. — Здравствуйте, ребята, — просто сказал он. Голос у него был густой и красивый. — Надеюсь, я вам тут в лагере мешаться не буду. Видели, наверное, голубой домик с красной крышей? Это моя дача. Вот такой я помещик. Заходите в гости, угощу чаем с печеньем. Пионеры нерешительно засмеялись. Никто, конечно, и не думал вот так запросто завалиться в гости, но за приглашение, как говорится, спасибо. Старик поспрашивал про Чапаева. Однажды папа рассказывал им с Валерой про гражданскую войну, про историю и что там происходило. С тех пор Катя не может забыть... Тихо, но так, чтоб сородичи могли услышать ответ, они в лад сказали «Интервентов». В лад с Валеркой. — Интервентов прогоняли! — повторила Сергушина. «Зря мы эту дуру выбрали!» «Щас по шее даст», — шептались мальчики... Эти знания помогли крутить механизм вместе с Серпом Иванычем и братом Валеркой... Катя чувствовала, что весь лагерь смотрит на них, завидует. Острые взгляды метались по ним и запомнили их. Вернувшись на место, она заметила вроде и хорошие, но в то же время и завистливые взгляды сокомандников.