Глава 8. Вынужденная мера

      Вита проснулась от неприятного ощущения где-то под рёбрами, будто внутри медленно затягивали узел. Несколько секунд она просто лежала, не открывая глаз и надеясь, что сейчас отпустит. Не отпустило.       Тогда Виттория всё-таки села на край кровати, спустила ноги на пол и поняла — нет, сегодня она никуда не идёт.       Лючия, едва услышав новость, принесла грелку, заварила ромашку и выдала тот самый взгляд, который означал: «Я же говорила, что твои бутерброды до добра не доведут». Спорить не было сил, да и незачем. Синьора права, в общем-то.       — Я схожу на рынок, — сообщила Лючия, поправляя ремешок сумки. — К вечеру сварю тебе нормальный бульон. И никаких гостей, тебе нужен отдых.       — Хорошо, — Виттория послушно кивнула, не уточняя, что насчёт гостей — это вряд ли.       Она перебралась в гостиную, завернулась в плед и какое-то время просто сидела, глядя в окно. Под конец апреля, погода начала сходить с ума — солнце то выглядывало из-за облаков, то снова исчезало, и тогда квартира становилась серой вместе с улицей.       Грелка постепенно делала своё дело, боль понемногу отпускала, а мысли — наоборот — становились всё громче.       Ещё одно лето, и всё. Выпускной класс, экзамены, университет. Возможно, прощание с Болоньей.       Она попыталась представить себя через год — где она вообще будет? В каком городе? С кем? На каком факультете?       Картинка никак не складывалась.       Болонья. Рим. Может, Милан.       Экономический? Международный? Или спортивное направление — эта мысль почему-то всё чаще возвращалась после разговоров с Кими.       Кстати, о Кими.              Где через год будет он?       В какой стране? Будет ли вообще вспоминать этот проект, их встречи, шутки и вечные споры?         Вита потянулась к скетчбуку, который последние недели пылился на журнальном столике. Открыла чистую страницу и провела первую линию. Потом ещё одну. Рука сама выводила знакомые черты — изгиб плеча, кудри, уголок улыбки. Осознав, кого именно рисует, Вита резко остановилась и убрала вещь куда подальше.       — Прекрасно, — пробормотала она себе под нос.       Несколько секунд Вита сидела неподвижно, а потом всё-таки взялась за ноутбук. Раз уж сегодня день, когда Савелли решает сложные вопросы, нужно ответить отцу. Экран сразу высветил его последнее сообщение.       «Жду ответа».       «Места в программе ограничены».       «Надеюсь, ты отнесёшься к этому серьёзно».       Вита поморщилась и начала набирать текст.       Первая версия вышла слишком резкой. Вторая — слишком извиняющейся, будто она оправдывалась за то, что у неё есть свои желания. И только с третьей попытки текст наконец стал похож на то, что она действительно хотела сказать.       «Дорогой папа,       спасибо, что договорился о стажировке. Я знаю, что ты стараешься ради меня, и я правда это ценю.       Но у меня нет никакого желания заниматься корпоративными делами. Я иду к тебе навстречу и рассматриваю варианты международных отношений или работу с контрактами и правами в спортивной сфере. Мне нравится думать, что я бы могла связать свою жизнь с этим, но в рамках стажировки я понимаю, что это невозможно.       Пожалуйста, не злись. Я не пытаюсь тебя подвести.       С любовью,       Виттория».       Она нажала «Отправить» и тут же захлопнула крышку, будто могла передумать, если оставит ноутбук открытым ещё хотя бы на минуту.        Телефон завибрировал почти сразу.       Не отец. Кими.       «Ты куда пропала?»

      «Плохо себя чувствую, но ничего серьёзного»

      «Неудивительно. Ты ещё вчера выглядела не очень»

      «Ну спасибо, так мне ещё никто не говорил»

      «Да я не в этом смысле. Было видно, что ты вымоталась и пора отдохнуть»       Вита невольно улыбнулась, выключив телефон. Через секунду экран снова загорелся.       «Я так понимаю сегодня без проекта?»

      «На свой страх и риск можешь прийти. Лючия запретила мне принимать гостей»

      «Думаю, она не будет против увидеть меня ещё раз»       «Самоуверенности Андреа Антонелли можно было только позавидовать», — подумала она, откладывая телефон в сторону. 

***

      За окном начало стремительно темнеть. Вита, поднявшись с дивана, подошла к окну. Небо затянуло тяжёлыми тучами, и где-то вдали глухо раскатился гром — первый за эту весну. Через пару минут дождь уже обрушился на Болонью сплошной стеной воды. Капли с такой силой били по окнам, что казалось, будто стекло сейчас вылетит.       Короткий звонок в дверь разнёсся по квартире, и Вита направилась в прихожую.       Кими стоял на пороге насквозь мокрый. Волосы прилипли ко лбу, с рукавов толстовки капало на пол, а под рюкзаком уже образовалась небольшая лужа.       — Привет, — он шмыгнул носом. — Кажется, я немного недооценил дождь.       — Немного? — Вита окинула его взглядом. — Антонелли, ты выглядишь так, будто добирался сюда вплавь.       — Когда я выходил, было слегка пасмурно.       — Заходи быстрее, пока этаж не затопил.       Он шагнул в прихожую, моментально оставляя на паркете мокрые следы. Девушка вернулась из ванной с полотенцем и сунула его ему в руки.       — Снимай кроссовки. И толстовку тоже.       — А с остальным мне что делать? — Он взглядом указал вниз на промокшие носки и спортивные штаны.       Оценив масштаб проблемы, Вита вздохнула с явным отчаянием.       — Иди в ванную. Я постараюсь найти тебе что-нибудь.       — Только не женское, — Кими усмехнулся, стягивая толстовку.       — Ты не в том положении чтобы что-то выбирать, — ответила Вита, скрестив руки на груди.       Она направилась в родительскую спальню, где в шкафу всё ещё лежала часть одежды, оставленная отцом «на всякий случай». Вита быстро пробежалась взглядом по вещам, отодвинула стопку брюк и наконец вытащила чёрные шорты с белыми полосами по краям. Она запрокинула голову и на верхней полке зацепилась взглядом за ярко-красную футболку. Приподнявшись на носках, стянула её вниз и развернула в руках. Среди россыпи логотипов — тот самый желтый, с гарцующим конём. Отец когда-то привёз её с этапа в Монце и с тех пор трепетно хранил её среди домашних вещей.       — То что нужно, — пробормотала Вита себе под нос.       Девушка сложила футболку и аккуратно завернула поверх неё чёрные шорты. Она подошла к двери ванной и несколько раз тихо постучала костяшками пальцев.       — Андреа.       Дверь приоткрылась ровно настолько, чтобы из-за неё показалась его ладонь. Вита молча вложила в неё одежду.       Несколько секунд из ванной не доносилось ни звука.       — Савелли.       Вита прислонилась плечом к стене, уже заранее начав улыбаться.       — Что?       — Я это не надену.       — У тебя нет выбора.       — У твоего отца нормальной одежды не нашлось?       — А это чем тебе не нормальная одежда?       Приоткрыв дверь чуть сильнее, Кими высунул голову. Его кудри казались почти черными от воды и подсохнув, торчали в разные стороны.       — Ты специально выбрала именно эту футболку?       — Возможно.       Он недовольно посмотрел на неё пару секунд и снова закрыл дверь.        — Если кто-нибудь узнает, что ты заставила меня это надеть, у меня будут проблемы. — сказал он серьёзным тоном, выйдя из ванной комнаты.       — Не драматизируй. Красный тебе очень идёт.       Она всё же тихо рассмеялась, направляясь на кухню. А Кими, моментально забыв своё недавнее возмущение, невольно расплылся в улыбке — просто потому, что впервые за весь день Виттория наконец повеселела. Он двинулся за ней и сел на подоконник, подтянув колени к груди. За окном продолжало лить так, что стекла едва заметно дрожали.       Вита достала из шкафчика две кружки и заварила тот самый улун, который он принёс в прошлый раз. Кими заметил это, но ничего не сказал. Только забрал кружку обеими руками и благодарно кивнул.       — Ты меня снова спасла.       — Не преувеличивай.       — Серьёзно, спасибо, но это недоразумение — я тебе не прощу, — сказал он, указывая на футболку.       Вита тихо фыркнула и первой направилась в гостиную. Антонелли устроился на диване, отпил чай и подтянул к себе папку с их заметками. Он для вида лениво пролистал пару страниц, собираясь с мыслями.       — Слушай, мне тут нужно будет уехать.       Вита подняла взгляд.       — Куда?       — В Англию.       — И ты говоришь мне об этом только сейчас?       — Я забыл предупредить.       — Андреа.       — Нет, правда из головы вылетело. Всё время был занят проектом, разбирался с долгами перед отъездом, — он устало провёл рукой по волосам. — Даже рад, что последние две недели почти не пропускал школу, но теперь пора возвращаться к тренировкам.       Вот и всё. Для Виты эти слова прозвучали неприятно резко. Ей вдруг стало стыдно, что она заставила его оправдаться, хотя Кими всего лишь говорил об очевидных для него вещах. Она и не заметила, как привыкла к тому, что Антонелли постоянно где-то рядом: в сообщениях, в классе, на обеде и даже у неё дома. Его слова помогли вспомнить, что обычная жизнь в Болонье для него — временная остановка между бесконечными разъездами. Савелли незаметно выдохнула, заставляя себя отбросить ненужные мысли.       — Надолго? — невозмутимо спросила Вита, опуская взгляд обратно в кружку.       — Ну… недели на две примерно. Сначала тесты в Сильверстоуне и подготовка к первой гонке, потом я на пару дней вернусь, — Кими вяло откинул голову на спинку дивана и на секунду прикрыл глаза. — Сначала будет Имола, и уже через неделю после неё Монако, так что дома меня, считай, не будет. Эти этапы выпадают как раз на даты сдачи проекта, поэтому я договорюсь с Доннати принять нас до них.       Он сказал это так спокойно, будто речь действительно шла о чём-то привычном. Хотя для Кими, наверное, так и было.       — Тогда нам лучше закончить проект заранее.        — Вот именно, — Антонелли заметно оживился. — Я как раз хотел предложить в субботу нормально его добить. Прям с утра и до победного.       — «До победного» в твоём понимании — это сколько по времени?       — Не знаю, пока не закончим. Или не уснём — что раньше.       — Ставлю на второе.       Он потянулся за папкой и раскрыл её где-то на середине. Несколько листов тут же съехали ему на колени.       — Мне кажется, это знак, что нам нужно всё переделать.       — Это знак, что ты не умеешь нормально складывать бумаги.       — Не придирайся. Я гонщик, а не юрист.       Вита покосилась на него и пересела ближе, чтобы забрать часть распечаток.

***

      Следующий час они были полностью погружены в работу и почти не разговаривали. Кими сидел, сгорбившись над ноутбуком, прикрепляя фотографии к презентации — то увеличивая, то меняя местами, то недовольно щёлкая по тачпаду, когда что-то съезжало не туда. Вита помогала ему добавлять отредактированный текст в нужные месте, параллельно работая с бумажной частью. Дождь за окном продолжал шуметь ровным фоном, а в квартире постепенно становилось темнее.       В какой-то момент тишину прервал телефонный звонок.       — Лючия?       — Угу.       Она ответила и включила громкую связь, продолжая листать распечатки.       — Как твой живот? Ты поела? — раздался голос синьоры.       Вита демонстративно закатила глаза.       — Да.       — Ответила быстро, значит врёшь.        Кими тихо хмыкнул в кружку, и Вита бросила на него предупреждающий взгляд.       — Лючия, всё нормально.       — Хорошо. Я сегодня уже не вернусь, бог знает что на улице творится.       — Ладно.       — И не сиди полночи за ноутбуком. Тебе нужен отдых.       — Постараюсь.       — Вот это твоё «постараюсь» мне уже не нравится.       Связь оборвалась прежде, чем Вита успела ответить.       Кими задумчиво покрутил ручку между пальцами.       — Мне кажется, она всё равно знает, что я здесь.       — Лючия всегда всё знает, я уже давно перестала этому удивляться.       — Тогда у меня серьёзные проблемы. Я затопил вам прихожую и сижу в футболке «Феррари».       — Это действительно тяжёлый случай.       Он усмехнулся и снова уткнулся в экран.

***

      — Всё, я больше не могу. — Кими закрыл ноутбук и потёр уставшие глаза. — С меня на сегодня хватит.       Вита следом отложила бумаги и откинулась на диван. Антонелли перевёл взгляд на окно. Дождь немного стих, но асфальт всё ещё блестел под редкими вспышками молний.       — Я пойду.       — Куда?       — Домой?       Вита молча посмотрела сначала на него, потом на мокрую улицу за стеклом.       — Тебе одного раза не хватило?       — Всё уже не так плохо.       — Я бы на твоём месте не стала испытывать судьбу. Ты забыл как тебя три недели не было в прошлом году? ОРВИ, кажется?       — Так, лёгкий насморк.       — Кьяра две недели носила тебе домашку.       Кими обречённо прикрыл глаза. Несколько секунд в комнате стояла тишина, нарушаемая редкими раскатами грома. Потом Вита всё-таки вздохнула.       — Оставайся. Диван раскладывается.       Антонелли внимательно посмотрел на неё, пытаясь понять, шутит она или нет.       — Серьёзно?       — Кто-то из нас же должен принимать адекватные решения.       — Спасибо. Я правда не хотел тебя напрягать.              — Я знаю, всё нормально.       Вита поднялась и ушла за одеялом. Когда она вернулась в гостиную, Кими уже пытался самостоятельно разложить диван, который никак не поддавался.       — Подожди, — она невольно рассмеялась. — Ты сейчас его сломаешь.       — Напомни мне потом никогда не покупать такой диван.       Она плавно потянула нижнюю часть на себя, и тот наконец раскрылся.       — Вот так.       — Почему у меня не получалось?       — Потому что ты делаешь всё слишком резко. — Вита бросила ему подушку, которую он ловко словил.       Кими наконец удобно устроился на диване, забравшись под одеяло.        — У тебя дома спокойно, — вдруг сказал он.       — Обычно здесь не так тихо.       — Всё равно хорошо.       Вита коротко кивнула, не зная, что на такое отвечать.       — Ладно, тебе лучше поспать. Завтра школа.        — А ты?       — А я официально болею.       Кими тихо усмехнулся. Савелли уже дошла до двери своей спальни, когда он окликнул её.        — Ви, спасибо ещё раз.       Обернувшись, она задержала на нём взгляд всего на секунду.       — Спокойной ночи, Андреа.       — Спокойной.       Виттория прикрыла дверь, оставив небольшую щель. Из гостиной ещё доносился тихий шелест страниц — кажется, Кими взялся листать их папку с заметками.       Потом снова стало тихо.