12 Глава

Школьный коридор пах не просто пылью и мелом, как казалось Лиззи все эти годы. Сегодня он пах финалом — тяжелым, тягучим ароматом завершенности, смешанным с запахом дешевых цветов в вазах у кабинета директора. Лиззи стояла у доски, где весели списки с оценками за итоговые экзамены, скрестив руки на груди, и смотрела на свое имя. Она никогда не любила школу. Это место казалось ей гигантской клеткой, где время теряло смысл, превращаясь в бесконечную череду уроков и скучных ожиданий. Но учиться... Учиться она обожала. Информация для Лиззи была как кислород, как пища. Она впитывала её жадно, с азартом охотника, поэтому высшие баллы в ведомости стали для неё не предметом гордости, а лишь закономерным итогом её личного, внутреннего процесса. «Десятки». Снова. Она видела эти цифры и чувствовала лишь легкое облегчение: ещё один этап пройден. Можно двигаться дальше. — Снова безупречно? — раздался за спиной голос, который заставлял её мир обретать смысл. Лиззи обернулась и улыбнулась. Данил. Он подошел со спины, обняв её за талию и уткнувшись подбородком в макушку. От него пахло домом — тем самым, который они вместе создали в ее квартире. Его парфюм всегда действовал на неё успокаивающе: теплые ноты каштана, приправленные легкой горчинкой жженого сахара и мягкой, обволакивающей ванилью. Этот аромат был уютным, как вязаный свитер в холодный вечер, и именно он стал для Лиззи запахом безопасности, когда они начали жить вместе. Она прижалась к нему, вдыхая этот запах. — У меня всё отлично, — ответила она, чуть повернувшись в его объятиях. — А у тебя? Данил осторожно, почти с опаской, скользнул взглядом по списку. Когда его глаза нашли строчку с его фамилией и цифрой «восемь», он выдохнул так, словно сбросил с плеч бетонную плиту. — Восемь... — повторил он, не веря. — Лис, это невероятно. Я думал, я провалюсь. Я был уверен, что завалю историю. — Ты не провалился, — она взяла его за руку, переплетая свои пальцы с его. — Ты пахал последние три месяца. Мы сделали это вместе. Данил посмотрел на неё, и в его взгляде читалась бесконечная благодарность. Они жили вместе уже полгода, и за это время квартира стала свидетелем их борьбы. Лиззи помнила, как они сидели на кухне: на столе — горы учебников, остывший чай, полуночная тишина и Данил, который в отчаянии откидывался на спинку стула, когда мировая история отказывалась укладываться в голове. Она помнила, как, пересиливая усталость, снова и снова объясняла ему одни и те же параграфы, имена правителей и просто исторические факты, как они спорили, как смеялись, когда он сонный коверкал имена правителей, и как она сажала его за работу, когда он хотел всё бросить. Она знала: без неё он бы справился, но с ней он стал сильнее.

***

Вечер выпускного превратил школьный спортзал в пространство, полное теней и света. Музыка лилась густыми волнами, приглушая разговоры и смех. Лиззи была в платье, которое выбрала сама — легком, почти воздушном. Когда зазвучала медленная мелодия, Данил без слов протянул ей руку. Лиззи вложила свою ладонь в его теплую, надежную ладонь. Они вышли в центр зала. Вокруг них кружились другие пары, но для Лиззи всё расплывалось, превращаясь в цветные пятна. Она видела только его. Она чувствовала, как его ладонь на её талии слегка подрагивает от волнения — или, может быть, от того же предвкушения перемен, которое охватило их обоих. Данил притянул её ближе. Ее аромат окутал его: сочный, яркий цитрус, напоминающий о жарком июльском полдне и свежескошенной траве, — прорезал тяжелый, душный воздух зала. Она всегда пахла летом и солнцем, даже если за окном была литовская серая зима. Теперь аромат каштана и ванили смешивался с её цитрусовым шлейфом, создавая их собственный, уникальный коктейль, который означал для них двоих одно: «мы дома». — Ты сегодня такая... другая, — прошептал Данил, глядя на неё сверху вниз. — Не как ученица, не как мой репетитор, с которой мы грызли гранит науки до двух ночи. Ты просто... Лиззи. Моя Лиззи. — Я никогда не была «просто ученицей», — улыбнулась она, кладя голову ему на плечо. — Я просто ждала, когда этот школьный кошмар закончится. А теперь... теперь я чувствую, как будто я наконец-то начину дышать по-настоящему. Данил на секунду прикрыл глаза, наслаждаясь моментом. — Я так горжусь тобой, — тихо сказал он. — Ты всегда была лучшей. И ты не представляешь, сколько раз я хотел сказать тебе это, когда ты терпеливо объясняла мне те темы, от которых у меня плавились мозги. Ты не просто учила меня — ты была моей путеводной звездой. Я люблю тебя, Лиззи. Так сильно, что иногда мне кажется, будто это чувство просто не помещается в груди. Лиззи почувствовала, как к горлу подкатил ком. Она знала, что он любит её — он показывал это каждый день: заваривая утром чай, помогая ей по дому, обнимая её, когда она сильно уставала после тяжелой недели. Но слышать это сейчас, в этом пропитанном воспоминаниями зале, было чем-то особенным. Они продолжали медленно покачиваться в такт музыке, не обращая внимания на окружающих. Для них выпускной бал перестал быть школьным мероприятием. Это был их личный праздник освобождения. — Я люблю тебя, Данил, — прошептала она в ответ, сильнее прижимаясь лицом к его костюму. — И знаешь что? Мне важно было только то, что мы прошли через это вместе. Что мы не сломались, не поссорились из-за нервов и что вечером мы идем в нашу квартиру, а не каждый в свой родительский дом. Данил отстранился ровно настолько, чтобы посмотреть ей в глаза. В их глубине чарующе зеленых глаз плясали отблески гирлянд, и он тонула в этом взгляде. — Мы больше никогда не будем врозь, слышишь? — его голос звучал твердо, без тени сомнения. — Впереди жизнь. Она может быть сложной, может быть непонятной, как те тексты, которые ты мне диктовала, но мы справимся. Лиззи улыбнулась, и эта улыбка была ярче любого софита в этом зале. Она поняла, что в этот момент, в этом танце, закончилась та часть её истории, где она была «отличницей, которая не любит школу». Началась история, где она была просто девушкой, которая любит, живет и готова к любому испытанию. Она снова уткнулась носом в его плечо, вдыхая уютный запах ванили и каштана, и закрыла глаза. Музыка продолжала играть, а их мир, состоящий из двух человек, продолжал вращаться, надежно защищенный от всего остального шума этого вечера. Они больше не были школьниками. Они были авторами своей жизни, и первая глава – самая сложная, но самая прекрасная – была написана ими совместно, до последней запятой.

***

Когда аттестаты были выданы, а документы из школы забраны, Лиззи и Данил решили устроить себе отпуск перед тем как подавать документы в университет. Они улетели на Гавайские острова (там у дедушки Элизабет есть собственный остров), и взяли с собой Сережу (Домера), его девушку Лену, Сашу (Зени) и его девушку Еву. https://t.me/Lexxis_1ficbook/48 Разместившись в доме, ребята первым делом пошли купаться, прихватив с собой пару бутылочек разного алкоголя. Вино, шампанское, пиво и даже коньяк - все лилось рекой прямо в рты молодых людей. После этого на личном джете они полетели на остров Оаху, где посетили несколько ночных клубов. Больше всего Лиззи не нравились такие людные места как клубы или любые другие тусовки, но именно она предложила посетить клубы. Там она веселилась больше всех, как никак она безумно Рада окончанию школы. https://t.me/Lexxis_1ficbook/49 Два дня подряд ребята выпивали, не «просыхая». И только на третий день все было спокойно. *** Когда Данил проснулся, он первым дело потянулся на активированным углём и обезболивающим, который Лиззи предусмотрительно приготовила вчера вечером. Сама рыжеволосая девушка лежала рядом с Данилом голая посапывая, уткнувшись лицом в подушку и отвернувшись от парня. К боку Данила прижималась ее задница, От чего он не смог удержаться от улыбки и легкого шлепка. Элизабет даже не пошевелилась, у нее очень крепкий сон. Парень схватил телефон и стал листать галерею. По его лицу расплылась хитрая ухмылка. Пьяный секс с любимой девушкой, снятый на его телефон, по моему, это очень хорошая находка после двухдневного пьянства. Данил отложил телефон и повернулся в сторону Лиззи. Закинув на нее ногу и обняв ее за талию он стал целовать ее шею и затылок. — Лис, просыпайся. — сладко прошептал он, прикусив мочку уха девушки. Элизабет недовольно замычала, но не проснулась. — Лизок... — Данил ущипнул ее сосок. — Ты идиот, Ломбарди, отвали! — злобно прошептала она. — Ты чего такая злая, рыжуля? — Дай мне поспать! — Нет... Лиззи не выдержала и вскочила с кровати. Она аналогично Данилу выпила угол и обезболивающее от головы и, уперев руки в бок, уставилась на до ужаса счастливого парня, который довольно улыбается как кот, который получил сметану. — Что лыбишься? — Лиззи вопросительно приподняла бровь. — Любуюсь твоей сногсшибательной красотой. Девушка только щас поняла что полностью раздета. Она закатила глаза и пошла в душ, а Данил тихо посмеивался над раздражимостью Лиззи.

***

Как оказалось, не только у Данила осталось видео на память о «Пьяных днях», как потом начали ребята называть эти два дня. И в большинстве видео все внимание было направлено на Лиззи. Вот например самое смешное видео было у Саши: выпив пару рюмок коньяка, Лиззи словила музу и сочини длинные стихи, которые рассказала друзьям, но они ничего не поняли, потому что она их рассказывала на немецком. Когда Элизабет увидела это видео, она закатила глаза, потому что, как она сама сказала, те ее стихи - полный бред пьяного мозга. Вообщем, ребята веселились. Они посещали разные развлечения, например на яхте отплыть далеко от берега и там ловить рыбу и купаться.

***

Однажды утром Данил проснулся раньше Лиззи. Он сходил на улицу и купил в магазин, который был очень далеко, цветы. Придя домой, он обнаружил, что Лиззи еще спит. Положив цветы на постель он сделал фото, которое выложил в свой тгк. https://t.me/Lexxis_1ficbook/50 Сделав фотографии, Данил убрал цветы на полушку рядом с Лиззи и наклонился над девушкой. Он стал покрывать влажными поцелуями спину начиная от поясницы и заканчивая шеей, шепча при этом слова восхищения для своей любимой. Данил оставил на шее Лиззи слегка розовый засос, и наконец девушка проснулась. Лиззи перевернулась на живот и парень уткнулся лицом в ее голую грудь, вдыхая сладкий запах Геля для душа. — Данил... Ты опять меня разбудил, что на этот раз? — Элизабет нежно гладит Данила по кудрявым волосам. — Пошли на пляж? Искупаемся... Только мы вдвоем... — Данил умоляющее посмотрел на Лиззи. Когда та выдохнула и кивнула, парень поцеловал ее. Лиззи умылась и, выбрав купальник, пошла вместе с Данил на пляж. Они искупались, а после довольные жизнью лежали на песку, обнимаясь. Прижав к груди девушку, Данил серьезно у нее спросил, водя пальцами на ее ладони замысловатый рисунок, понятный только ему: — Лис... Как бы ты отреагировала если бы я сделал тебе сейчас предложение? Ты бы вышла за меня замуж. Элизабет опешила от такого вопроса и на пару мгновений зависла, уставившись в глаза Данила, ища в них шутку. — Эммм... Ну... Я бы наверное очень удивилась и... наверное бы согласилась... Да... Я бы согласилась. — Девушка прижалась щекой к груди Данила. — Ты собираешься делать мне предложение? — Пока нет. — Данил улыбнулся и поцеловал руку Лиззи. Парень перестал улыбаться и вновь стал серьезный. — А родила бы мне ребенка? — Что..? — она вновь опешила и замерла, думая что ответить. — Нет. Во-Первых, дети - это большая ответственность, определенные сложности, большие затраты. Для меня сейчас важна карьера. Мы слишком молоды для детей. Мы, можно сказать, сами еще дети, относительно, конечно. Во-вторых, давай по честному? Ты безответственный. Ты был мне обещание, что не будешь разбрасывать вещи, но я постоянно нахожу твои носки под кроватью, грязные, на минуточку. В-третьих, я не очень люблю детей. Данил улыбнулся, прикусив губу, а затем поцеловал Лиззи, прижав ее к песку. — Обожаю, когда ты говоришь правду...

***

Лиззи еще не знала, что Данил готовить ей масштабный сюрприз. За следующие пол года он изменится до неузнаваемости.